Отряд Неудачников

Магазинников Иван Владимирович

Хмурый, Хмурый... Что-то знакомое… А уж не тот ли это паренек, на которого…

— Слушай, а этот Хмурый — это не у него ли ваш чемпион сосиску отобрал, перед тем как… Ну ты понял? — опередила меня с вопросом Сирена.

— Ага. И, тот, видать, наслал на него смертельное гейское проклятье.

— Такое бывает разве? — удивился я.

— Всякое говорят, — пожал тот плечами, — Но люди ведь не каждый день на куски разлетаются?

— Спасибо за познавательную беседу, Смекалин, но мне кажется, тебе уже пора, —

кивнул я в сторону двери.

— Да я уже и закончил, — он ухмыльнулся, подмигнул мне и начал собираться.

Когда студент уже выходил из аудитории, я окликнул его:

— Погоди! Последний вопрос: а почему Масяня-то?

— Так ведь она Масленникова Анька — потому и Масяня.

— Ясно. Вот теперь точно все, свободен.

Сирена уселась прямиком на парту, не обращая никакого внимания на то, что ее юбка сильно задралась, открывая захватывающий дух вид на округлые бедра.

— Забавно, да? — улыбнулась она.

— Что именно?

— Да все вот это. Еще немного, и я сама поверю в древние гейские проклятья, от которых люди насмерть лопаются!

— Думаешь, тот байкер тоже дорогу Хмурому перешел?

— Вряд ли. А вот у какой парочки они вчера пиво отобрали, получив это самое проклятье вдогонку — я догадываюсь.

Звучит вполне логично. По крайней мере, на фоне всего творящегося здесь бреда. Я попытался логически обосновать любовную драму Масяни и Лома:

— Как думаешь, а могла эта красотка бросить своего чемпиона не от большой и внезапно вспыхнувшей любви к Лелику, а от большого и весьма обоснованного страха?

— Что ее тоже настигнет гейское проклятье?

— Был бы он действительно из альтернативно ориентированных, тогда к нему бы сам Ломов ушел, а не девка его.

Сирена рассмеялась, а я залюбовался ее длинными стройными ножками, улучив момент, пока она не видит, куда направлен мой взгляд.

— Значит, у нас есть новый подозреваемый?

— Даже два.

— Ого! Пытаешься реабилитироваться за свой вчерашний провал?

— Вроде того. В общем, есть у них тут один странный дед…

— Погоди, — прервала меня девушка, вытаскивая вибрирующий смартфон, — Да? Когда?! Где? Руки-ноги на месте? Хорошо, сейчас будем.

Она убрала телефон и повернулась ко мне:

— Только что кто-то пытался убить Физика…

Глава 13. Маски сброшены

— Но… у меня сейчас пара!

— Пусть сидят и котиков рисуют — у нас было покушение на агента! В общем, ждем тебя. Это возле остановки случилось, Физик сейчас там …

В аудиторию начали стекаться студенты, и Сирена выскользнула наружу.

Дождавшись, пока все соберутся, я выдал задание:

— Значит так, товарищи алкоголики, хулиганы и наркоманы! Сегодня у нас с вами будет самостоятельная подготовка к проверочной работе. Читаем параграфы с восьмого

по десятый и запоминаем отличительные черты архитектуры разных периодов эпохи Возрождения. Да, что вы хотели? — кивнул я студентке, поднявшей руку.

— Бонифаций Петрович, а это правда что вы теперь у нас и экзамены принимать будете?

— Скорее всего. Ваша горячо любимая Изольда Зольдатовна вряд ли успеет оправиться до наступления сессии, так что придется вам меня потерпеть еще какое-то время.

— Клево! — понеслись по рядам шепотки.

Похоже, слава моя шагает впереди меня — всего-то и нужно давать молодым дарованиям побольше свободы и мотивации к ее получению.

— Меня вызвали в деканат, буду минут через десять-двадцать. Сидеть тихо, Кучеренко — тебя назначаю за старшего. Все, занимаемся!

Разумеется, наивно полагать, что все они ринутся грызть гранит науки. Тем хуже для них.

Выйдя из главного корпуса, я сразу направился в сторону остановки, где уже собирался народ, раздавался вой полицейских, и куда спешила… пожарная машина? Что там такое творится вообще?

А творилось там действительно непонятное. Дорогу потоку машин преграждал упавший столб светофора, который упал прямо на крышу огромного черного внедорожника, вмяв ее почти до сидений. За рулем его сидела какая-то блондинка, уронив голову на руль. Лобовое стекло было разбито, так что мне удалось рассмотреть струйки крови, заливавшие лицо и волосы женщины.

Остальные сиденья оказались пусты — она была в машине одна.

«Уборщик. Зачисти место в шаге от основания упавшего столба…»

Голос раздался прямо в моей голове, а значит, Сирена использовала Коммуникатор, специальное приложение наших микрочипов. Я подошел как можно ближе, стараясь не привлекать внимания, и внимательно осмотрел нужное место. Ничего особенного, лишь несколько осколков от лобового стекла да подсохшее пятно лужи.

Ага, со смазанным, но все еще довольно выразительным отпечатком руки. Не исключено, что и на осколках могли остаться капли крови Физика. Поэтому я, не задумываясь, покрыл все это место густой мыльной пленкой, выкрутив в настройках параметр «Агрессивности» на максимум. По идее, это должно уничтожить все следы органики и достаточно размягчить грязь, чтобы отпечатки «поплыли».

«Уборщик. Как справишься, или дальше по улице. В ста метрах через дорогу будет кафе. Ждем тебя за столиком в углу справа».

Я проследовал инструкциям, и действительно обнаружил за столиком бледного Физика и Сирену, отпаивающую его кофе. Разумеется, с коньяком. Хотя, судя по запаху, это был скорее коньяк, слегка разбавленный кофе.

— Ты как? — спросил я коллегу, присаживаясь на свободный стул, — Штаны надо чистить?

— Не дождешься…

— Ну не знаю, выглядело все очень жутко. Я бы точно обделался.