Отстань, девочка!

Рэй Вера

Стучу в дверь и, не дожидаясь разрешения войти, влетаю…

— Зоечка Марковна, здравствуйте! — повезло иметь «связи» именно здесь. Зоя Марковна — отличная женщина средних лет, с которой мы случайно познакомились, когда я помогла ей, придержав дверь, чтобы она выехала на инвалидной коляске из холла университета.

Пару лет назад она попала в серьезную автомобильную аварию. Чудом ей удалось выжить, но она осталась инвалидом. Другой на ее месте мог бы сдаться, плакаться из-за своего положения, ненавидеть

весь мир, закрыться в своей квартирке, жалеть себя…

Но Зоя Марковна всем доказала, что, несмотря на ограниченные возможности, можно жить полноценной жизнью. И нормальные люди должны помогать тем, кто в этом нуждается. Не то, что наш ректор, Пузач Борисович. Поэтому приходилось содействовать его единственной извилине в том, чтобы она догадалась в необходимости помочь Зое Марковне. Пока удалось добиться только установки пандуса. Но ничего-ничего, скоро и парковочное место выбьем…

А не получится достучаться до Льва Борисовича, я обращусь в более высокопоставленные органы.

— Мелисса? — смотрит из-под опущенных очков. Ее губы кривятся. — Почему-то ты кажешься мне очень обеспокоенной. Что-то случилось?

— Да… То есть, не совсем… Тут такое дело…

— Так и знала, что из-за меня ты встрянешь в неприятности. А оно тебе надо? Мелисса, столько лет жила вот так и остальные как-нибудь проживу.

— Нет, Вы здесь не причем… Мне помощь Ваша нужна…

— Помощь? — женщина улыбнулась. — Я тебя внимательно слушаю. Чем могу, тем помогу. Ты же знаешь, я очень ценю то, что ты для меня делаешь…

Я рассказала Зое Марковне в общих чертах о том, что меня беспокоит. Она слушала внимательно, а потом сказала:

— Ты знаешь, я же не имею права разглашать информацию о студентах посторонним лицам.

— Понимаю… — обреченно выдохнула. Я была практически на 100 % уверена, что Зоя Марковна мне не откажет.

— Но я иногда бываю настолько невнимательной. Вот было дело, забыла кабинет закрыть… А еще, однажды, чуть не потеряла ключи от кабинета… — она выкатилась из-за стола, направилась к двери, после чего защелкнула замок на ключ…

— Как ты говоришь, зовут твоего самозванца… — подъехала к многочисленным ящикам, нашла наш курс.

— Бородинский… Дмитрий…

— Бородинский… Бородинский… Так, стоп. Это ж то самое личное дело, которое ректор брал. Только пару минут назад заходил, вернул, я его даже на место положить не успела. Оно у меня на столе… — подъезжает к своему рабочему месту. — Так, где оно, было где-то здесь! — на столе Зои Марковны творился, так называемый, творческий беспорядок. Но это только сейчас, обычно у нее все лежит на своих местах.

Видимо, она чем-то сильно увлеклась, потому и случился этот самый беспорядок. Когда она передвигала стопки бумаг, я заметила что-то блестящее и яркое.

— Ух ты! А что это у Вас здесь?! —

я подошла ближе, и моему восторгу просто не было предела. Небольшое льняное полотно, на котором была изображена картина, почти завершенная. Но рисунок был нанесен не красками, а выполнен из маленьких лоскутков ткани, которые словно повторяли мазки кистью. — Это просто… невероятно! — не смогла я скрыть своих эмоций. Портрет женщины… Одна половина — выполнена в черно-белых тонах, вторая — в ярко-оранжевых.

— Это мое маленькое хобби… Я думала назвать эту картину «внутренний мир»…

— Богатый, несмотря на будничную серость?

— Именно… Ты очень тонко чувствуешь…

— Прекрасное… Зоя Марковна. Вам нужно бросать этот университет и заниматься Вашим любимым делом. Зачем гнить в этой серости, когда можно ежедневно жить в ярко-оранжевых красках, радоваться жизни, быть счастливой…

— Оооо, девочка… Ты мудра не по годам, — уголки ее губ смягчились. — Это в твоем возрасте все кажется очень легко и просто, а на самом деле все иначе…

— На самом деле взрослые любят все слишком усложнять… — моя собеседница выдохнула.

— Я подумаю над твоими словами, Мелисса… Ах вот, кстати, то, что тебе нужно… — Зоя Марковна протянула заветную папку. Я резко схватила ее… Пальцы обжигало… Открыть ее я не решалась. Наверное, пыталась оттянуть этот момент до последнего. Момент, в котором мое сердце точно будет разбито, потому что оно в очередной раз выбрало не того…

Дрожащими пальцами перелистнула первую страницу…

Бородинский Дмитрий Вячеславович… 2003 года рождения… А рядом фотография — нет, это не тот Дима, которого я знаю… Это совершенно другой человек.

Я убедилась в том, о чем подозревала все эти дни… Кто тогда мой Дима? То есть, он не мой… Совсем не мой.

Павел Краснов… Краснов…

Я точно где-то слышала или видела это имя… Ответ был на поверхности — слова Дениски, надпись на номерном знаке автомобиля…

Только тогда я обо всем этом забыла. А в моей голове родилась совершенно другая версия. Глупая и безумная… В этом вся я — Мелисса Беляева.

Глава 20

Павел

— Ну как тебе роль воспитателя? — Нинка позвонила в тот самый момент, когда я, уставший до изнеможения, бухнулся на кровать. Как чувствовала, решила окончательно добить…

— Устал, как собака…

— Послушай, Паш… — голос Нины звучал обеспокоенно. — Ты же только пытаешься выглядеть жестким, но на самом деле ты не такой… Я точно знаю… Вспомни, каким ты был в юности, как о младшем братике мечтал.

— Или о старшем… Ты меня тогда бесила до ужаса.

— Я тебя? Можно подумать, это я вечно маме бежала жаловаться по любому пустяку…