Отступник
Шрифт:
– Если ещё когда-нибудь ты украдешь у меня победу, – сплюнул он, стараясь говорить как можно искреннее, – то на место этой отрубленной головы я поставлю твою!
Тут Дзирт увидел, что девочка-эльф у его ног, несмотря на все свои старания, начала подрагивать от сдерживаемых рыданий, и решил дольше не искушать судьбу.
– А теперь пошли отсюда, – проворчал он. – От вони в этом наземном мире рот наполняется желчью!
Он устремился прочь, за ним, смеясь, пошли остальные, подхватив ошеломлённого товарища.
– Наконец-то
В своей слепоте Дайнин даже не понял, какая ирония содержится в его словах.
– Перед тем как вернуться, мы должны выполнить ещё одну задачу, – сказала жрица группе у входа в пещеру. Ей одной была известна вторая цель вылазки. Верховные матери Мензоберранзана приказали нам стать свидетелями самого большого ужаса во внешнем мире, чтобы мы могли предупредить о нем нашу родню.
«Нашу родню!» – с сарказмом подумал Дзирт. Насколько он мог судить, налётчики уже видели здесь самый большой ужас – самих себя!
– Смотрите! – вскричал Дайнин, указывая на восток. Тонкая полоска света обозначила тёмные очертания отдаленных гор. Обитатели поверхности, наверное, и не заметили бы её, но тёмные эльфы отчётливо увидели это, и все, даже Дзирт, инстинктивно отпрянули.
После минутного созерцания этого зрелища Дзирт отважился сказать:
– Как прекрасно….
Взгляд Дайнина сделался холодным как лёд, но ещё холоднее был взгляд жрицы, брошенный на Дзирта. Она скомандовала группе:
– Снимите плащи и всё снаряжение, даже оружие. Быстро. Сложите всё в тень пещеры, чтобы свет не падал на них.
Когда приказ был выполнен, жрица вывела их навстречу приближающемуся рассвету.
– Следите! – раздался беспощадный приказ. Небо на востоке окрасилось в багряно-розовый цвет, потом стало совсем розовым. Рассвет заставил тёмных эльфов недовольно зажмуриться. Дзирт решил не обращать внимания на неприятное ощущение; он отвергал теперь всё, что говорил им Мастер Знаний и что хоть как-то касалось наземных эльфов.
И тут это произошло. Верхний край солнца показался из-за горизонта на востоке. Мир поверхности пробуждался навстречу его теплу, его животворящей энергии. Но те же лучи своим яростным огнём ослепляли тёмных эльфов, причиняя боль их глазам, не привыкшим к такому освещению.
– Смотрите! – закричала жрица. – Оцените весь этот ужас!
Налетчики один за другим с криками боли устремлялись в мрак пещеры, и скоро Дзирт остался рядом с жрицей один. На самом деле свет раздражал его точно так же, как и остальных членов отряда, но он наслаждался теплом, принимая его как очищение и подставив ему всего себя, чтобы обжигающие лучи очистили его душу.
– Пойдем, – сказала наконец жрица, не понимавшая, в чём дело. – Теперь мы обрели мудрость. Можем вернуться на родную землю.
– На
– В Мензоберранзан! – крикнула жрица, решив, что это существо мужского пола совершенно спятило. – Пошли, пока этот ад окончательно не сжег кожу на твоих костях. Пусть наши наземные родственнички страдают от жары – это подходящее наказание для их жестоких сердец!
Дзирт неуверенно хмыкнул. Подходящее наказание? Ему хотелось бы собрать тысячу таких солнц с неба и поместить их в каждый собор Мензоберранзана, чтобы они сияли там вечно.
Но больше и он не мог выносить свет. Шатаясь, он забрался в пещеру и надел снаряжение. В руках у жрицы опять появился шар, и Дзирту вновь предстояло первому пролезть в щель. Когда вся группа собралась в туннеле, он занял своё место во главе колонны и повёл её назад, вниз по дороге, ведущей в темноту.
Обратно в темноту их существования.
Глава 21
Да будет это угодно богине
– Угодили ли вы богине?
Вопрос Матери Мэлис таил в себе угрозу. Рядом с ней сидели другие женщины Дома До'Урден – Бриза, Вирна и Майя. Они старались выглядеть бесстрастными, скрывая ревность.
– Ни один Дроу не ранен, – ответил Дайнин голосом, густым от сладости злобы присущей Дроу. – Мы опрокинули и уничтожили их! – У него аж слюни потекли, когда он вспомнил то чувство наслаждения, которое получил от кровавой резни. Мы искромсали их на мелкие кусочки!
– Сколько на твоём счету? – перебила верховная мать, более интересующаяся возможными последствиями для собственной семьи, чем общим исходом набега.
– Пятеро, – гордо ответил Дайнин. – Я убил пятерых, все – женщины.
Верховная мать одобрительно улыбнулась Дайнину, затем бросила сердитый взгляд на Дзирта.
– А он? – спросила она, не ожидая, что ответ её обрадует.
Мэлис не сомневалась в искусстве младшего сына владеть оружием, но начинала подозревать, что Дзирт слишком многое унаследовал от Закнафейна: его эмоциональность и нежелание участвовать в подобных предприятиях.
Улыбка старшего сына смутила её. Дайнин подошёл к Дзирту и одобряюще положил руку на плечи брата.
– Дзирт убил только одного, – начал он, – но зато это ребенок женского пола.
– Всего один? – нахмурилась Мэлис. Притаившийся в тени Зак с ужасом прислушивался к разговору. Он хотел бы забыть жестокие слова старшего До'Урдена, но они крепко засели у него в голове. Из всех зол, когда-либо встречавшихся ему в Мензоберранзане, это известие, несомненно, было самым страшным: Дзирт убил ребёнка.
– Но как он это сделал! – воскликнул Дайнин. – Расчленил на части! Со всей яростью Ллос вонзил он саблю в её извивающееся тело! Паучья Королева должна оценить это убийство выше, чем все остальные.