Оттенки и цвета
Шрифт:
– Господин Оуэн имел ввиду что-то конкретное? – наконец прокомментировал он, раскрашивая вопрос соблазнительным оттенком своей улыбки.
Девушка промолчала. Очевидно определившись с тем, как он поступит дальше, Джефри почувствовал себя увереннее и продолжал:
– Передай своему господину, что я искренне тронут оказанным вниманием и, дабы избавить его от утомительной муки предугадывания, я впредь буду непременно сообщать
Девушка продолжала молчать, то ли ожидая более прямого указания относительно своей ненужности, то ли давая мужчине последний шанс оценить ту степень возможных удовольствий, от которых тот собирается отказаться.
– Тебя как зовут? – неожиданно спросил Джефри. Неожиданно для себя.
– Мими, сэр. – Девушка опустила глаза, когда мужчина двинулся в её направлении. Он мягко взял её за плечи.
– Тебе сколько лет, Мими?
– Девятнадцать, сэр.
– Ты давно здесь работаешь?
– Я родилась тут.
Джефри пристально смотрел на девушку сверху вниз и несколько раз в поле его зрения оказывалась дразнящая воображение женская прелесть, которая поднималась и опускалась в такт его же собственного сердца.
– Ты должно быть ненавидишь своего господина? – вдруг спросил он.
– Почему? Он всегда добр ко мне. – Ответ прозвучал до крайности интригующе.
– А то, что он заставляет тебя делать?
– Он никого никогда не заставляет.
Джефри не знал за какую из своих эмоций ему ухватиться.
– Так стало быть, ты пришла сюда по своей воле?
– Я бы не посмела, сэр. Господин Оуэн спросил не хочу ли я оказаться вам чем-нибудь полезной.
– И, насколько я понимаю, ты выразила согласие.
Девушка промолчала.
– Да? – Джефри отпустил её и сделал несколько шагов назад.
– Да, сэр, – решилась девушка. Смущение и растерянность охватили её полностью
– А ты могла оказаться?
Опять пауза. Джефри не переставал удивляться происходящему. Он ловил себя на мысли, что каждую минуту всё больше и больше погружается в невероятную среду таинственного. Ему непременно нужно было остановиться и внимательно проанализировать последние события, но любопытство дышало в спину.
– Итак, ты не могла отказаться, – заключил Джефри.
– Я не думала об этом, сэр.
– Почему?
– Господин Оуэн очень добр ко мне, – повторила девушка, – и он никогда не сделает того, что было
– И факт того, что ты здесь, не заставляет тебя думать иначе?
– Нет, сэр. Господин Оуэн лишь просил меня узнать, что вам будет угодно.
– И всё?
– Да, сэр.
– Тогда мне будет угодно следующее: – его тон стал немного резче. – Раздевайся.
На удивление Джефри, девушка молча подошла к ближайшему креслу, сняла тапочки и несуетливо принялась расстегивать всевозможные пуговицы и развязывать разнообразные завязочки, постепенно освобождая свое тело от скрывающих его одежд. Её глаза были опущены, и это вводило в ещё большую неопределенность относительно охватывающих девушку чувств. Какой бы пошлой не выглядела эта картина в глазах благовоспитанного человека и какими бы развратными не чудились поступки молодой девушки, Джефри почувствовал, что от всего этого веет чистейшим целомудрием. Когда женские руки добрались до корсета и, расстегнув несколько пуговиц, слегка приоткрыли грудь, Джефри не выдержал:
– Стой!
Какими бы невинными не были его намерения вначале, сейчас Джефри понимал, что ещё чуть-чуть, и ему уже будет трудно определиться в правильности своих поступков.
– Тебе всё равно? – спросил он.
– Простите, сэр? – переспросила девушка и внезапно подняла глаза. В её взгляде было столько незатейливости и простодушия, что хотелось плакать.
– Тебе всё равно с кем ты будешь спать?
– Нет, сэр.
– И ты не возражаешь против того, чтобы провести эту ночь со мной?
– Вы же не сделаете мне больно, сэр, – прозвучало почти по-детски.
Джефри оторопел:
– Почему ты так думаешь? – слетело с его губ, но это было вовсе не то, что на них вертелось.
– Если бы Господин Оуэн знал, что вы сделаете мне больно, он бы не попросил меня придти сюда.
«Потрясающе», – подумал Джефри. Хозяин Грин Касл, очевидно, безраздельно властвует над душой этой девчушки и прочно оккупировал её сознание, воплощая собой образ некоего бога или великодушного покровителя.
– Ну хорошо, – продолжил он вслух, – слушай меня. Одевайся и уходи. – Джефри развернулся и, дойдя до кровати, бросил свое тело в мягкие объятия одеял. Его уста больше не издали ни звука, а глаза воровато подсматривали, как девушка исполняла последнее указание.
Конец ознакомительного фрагмента.