Отверженные сердца

Биггз Шерил

Трэвис с наслаждением вдыхал знакомый аромат жасмина, касаясь языком сосков женщины, похожих на крошечные розы, выросшие на булыжной мостовой. Сюзанна вздрогнула и сильнее прижалась к Трэвису. Он продолжал ласкать ее тело, скользя по каждой ложбинке и исследуя каждый уголок. Прикосновение его сильных рук вызывало у Сюзанны легкое головокружение. Страсть переполняла ее, а чувства были доведены до той опасной грани, за которой она уже не могла управлять ими.

Трэвис поднял голову и вновь нашел ее губы. Его поцелуи становились все более требовательными, а

ласки все более откровенными. Одиночество, которое он так долго скрывал, прорвалось наружу.

Ни Трэвис, ни Сюзанна не слышали, как несколько подвыпивших старателей вышли из Серебряной Леди» и, проходя под окнами отеля, достали пистолеты и начали пальбу в ознаменование последних новостей.

Они создали мир, существующий только для них двоих, где нет ни войны, ни боли, ни смерти, а есть только яркий солнечный свет.

Сюзанна крепко обняла Трэвиса, боясь лишиться рассудка от его прикосновений. Он начал страстно целовать ее лицо, шею, грудь, а его пальцы тем временем скользнули в самый сокровенный уголок женского тела.

– О, Трэвис, – прошептала Сюзанна. Острый приступ желания охватил все ее существо.

– Позволь мне любить тебя, Сюзанна, – хрипло прошептал Трэвис, целуя ее в ухо. – Так, как мне следовало поступить семь лет назад.

– О, да! – воскликнула Сюзанна, прижимаясь к нему. Она приехала сюда из-за Брета, но в глубине души знала, что главной причиной ее появления в Вирджиния-Сити был Трэвис. Сюзанна хотела заставить его изменить свое отношение к ней, возбудить в нем желание, подобное тому, которое когда-то испытала она сама; хотела наказать и, в конце концов, погубить его.

Но теперь единственное, чего ей хотелось, это любить Трэвиса, испытывать сладкие муки его прикосновений. Сюзанна вновь ощутила его ласки; волны блаженства затягивали ее в свою пучину и порождали все новые и новые приступы любовного голода.

Трэвис почувствовал, что больше не в силах ждать. Его возбуждение достигло апогея, и Сюзанна понимала это. Она решила уступить ему, сознавая, что, возможно, позже будет сожалеть об этом. И все же сердце подсказывало ей, что она поступает правильно. Именно этого мужчину Сюзанна ждала всю свою жизнь, и сейчас с ее стороны было бы глупо отказать ему.

Внезапно Сюзанна ощутила острый приступ боли и вскрикнула от неожиданности. Мужское естество Трэвиса слилось с ее плотью, сорвав с нее последние одежды целомудрия. Обнаружив, что он только что лишил Сюзанну девственности, Трэвис сильно удивился. Ей уже исполнилось двадцать три года, то есть намного больше того возраста, когда девушки обычно выходят замуж. Трэвис не сомневался, что за прошедшие семь лет у Сюзанны было немало мужчин. Но он ошибался. Трэвис закрыл глаза и мысленно выругался на самого себя. Охваченный чувством вины, он непроизвольно отстранился от Сюзанны.

Ее руки обвились вокруг его шеи.

– Трэвис, пожалуйста…

После этих слов Трэвис окончательно перестал контролировать себя. Их тела слились в единое целое, разжигая пожар внутри друг друга. С каждым проникающим вглубь нее толчком Сюзанна содрогалась от безумного

желания, и мир, в котором она жила до этой минуты, становился все более и более нереальным. Ее бедра ритмично двигались навстречу Трэвису, и этим движениям, казалось, не будет конца. И уже когда они оба находились во всепоглощающей бездне страсти и были близки к высшей точке наслаждения, Сюзанна едва заметно ощутила, как Трэвис напрягся всем телом и содрогнулся от толчков головокружительного удовольствия. Ее собственный мир взорвался и разлетелся вдребезги.

ГЛАВА 16

– Я же сказала, что вам туда нельзя? – кричала Мэвис Бил, едва поспевая за Магнолией.

– Я прекрасно вас поняла, – бросила Мэгги через плечо, устремляясь вдоль узкого коридора.

– Я бы не хотела видеть людей вашего сорта в моем заведении.

Магнолия остановилась так резко, что Мэвис едва не столкнулась с ней. Она обернулась, и взгляд ее был полон негодования.

– Что значит «моего сорта», миссис Бил?

Мэвис выпрямилась.

– Вы сами прекрасно знаете, мисс Магнолия. Вряд ли для вас оставят место сборщицы винограда в раю. Я уверена в этом на все сто.

– Неужели? В таком случае, миссис Бил, не советую вам приближаться ко мне, иначе вы до конца узнаете, на что я способна.

– Попробуй!

Магнолия остановилась перед дверью Сюзанны и громко постучала. Трэвис вздрогнул.

– Кого это черт носит? – подумал он вслух.

Сюзанна, все еще находившаяся в его объятиях, что-то пробормотала в ответ. Кто бы там ни был, пусть уходит. Трэвис укрыл Сюзанну простыней и лег рядом с ней.

Дверь распахнулась, и Трэвис не поверил своим глазам, увидев врывающуюся а комнату Магнолию. Ее зеленое платье казалось изумрудным при свете лампы, висевшей у двери, а растрепанная грива рыжих волос делала Мэгги похожей на разъяренную львицу. Трэвис рывком поднялся, и простыня слетела с его атлетических бедер.

Сюзанна, не вполне понимая, что происходит, натянула одеяло до подбородка и смущенно смотрела на вошедших женщин. Щеки ее раскраснелись.

– Итак, миссис Бил. – Глаза Магнолии гневно блестели, метая стрелы в сторону Сюзанны и Трэвиса. – Думаю, теперь вы будете судить о других с большей осторожностью, не так ли?

– Мэвис… – угрожающе начал Трэвис.

– Я пыталась убедить мисс Магнолию, что ей не следует приходить сюда, – оправдывалась с порога Мэвис. Она сама была обозлена до предела. – Пыталась остановить ее, но что можно сделать с проклятым мулом?

Магнолия бросила в ее сторону пренебрежительный взгляд.

– Отправляйся-ка лучше на кухню, старая корова!

Мэвис сжала кулаки.

– Все в порядке, Мэвис, – вмешался Трэвис. – Мисс Рошел уже уходит.

Мэвис злобно прищурилась.

– Пусть поторопится, иначе я пошлю за шерифом. Таким, как она, не место в моем заведении. – Шелестя юбками, Мэвис удалилась.

Трэвис уставился на Магнолию.

– Какого черта тебе здесь нужно, Мэгги?

– Мне очень хотелось увидеть тебя, дорогой. Но я пришла не из-за этого.