Отверженные сердца
Шрифт:
– Наши лошади за углом, – напомнила Эдди. – Нам надо поторопиться.
– Нет, подождем, – приказал Захари. – Они не должны нас заметить. Пусть сначала сядут верхом и отправятся в путь. В темноте невозможно двигаться слишком быстро. – В подтверждение своих слов он взглянул на безлунное небо.
Эдди с отвращением посмотрела на Киттла. Руководство дает ей самое ответственное задание в ее жизни, и когда она просит помощи, кого ей присылают? Захари Киттла! Это лучшее, что ей смогли предложить! После окончания задания
– Теперь пошли, – прервал он раздумья Эдди. – Проследим за ними. Это единственное, что мы можем сделать. Следить и наблюдать.
Эдди передернуло от негодования.
– Наблюдать? – она непонимающе уставилась на Захари. – Они будут грабить, а мы собираемся только наблюдать?
Киттл с укором взглянул на Эдди, словно на маленького ребенка, не способного мыслить логически.
– Именно так, мисс Хейли.
– Но почему? Почему бы нам на арестовать их прямо на месте преступления? Разве мы здесь не для этого?
Захари вздохнул. Очевидно, он не привык пускаться в объяснения.
– Я не хочу, чтобы сегодняшней ночью меня пристрелили, мисс Хейли. Вам понятно? В деле участвуют полдюжины мужчин. И еще мисс Линдсей. А нас только двое. Соотношение не в нашу пользу.
Эдди улыбнулась.
– Да, но я не могу наблюдать за ограблением и ничего не предпринимать.
– Мисс Хейли… – вздохнул Захари.
– Не называйте меня так, – отрезала Эдди. – Я здесь в качестве мисс Хейс.
– Хорошо, мисс Хейс. Пожалуйста…
– Мистер Киттл, я не знаю цели вашего приезда сюда, но меня прислали не только для того, чтобы наблюдать за мисс Линдсей, но также чтобы выяснить, кем на самом деле являются Клэренс Лонше и Бен Морган. Их обоснованно подозревают в членстве в Ордене рыцарей «Золотого Круга». Да будет вам известно, – насмешливо добавила Эдди, – что мы считаем их ответственными за организацию нескольких актов саботажа против правительства, в результате чего погибли люди. Не говоря уже о краже золота и серебра с рудников. Лонше и Морган обвиняются также в шпионаже, следствием которого стали два крупных поражения Союза в стычке с конфедератами.
– Я прекрасно знаю об этом, мисс Хейс.
– И не хотите ничего предпринимать.
– Это мой приказ.
Эдди отвернулась от него и направилась к лошадям.
– Так вы идете со мной, мисс Хейс? – спросил Захари, взяв в руки поводья.
– Зачем? К тому моменту, когда мы доберемся туда, все уже закончится. И если мы не собираемся ничего предпринимать, зачем вообще нам идти туда? Я бы предпочла отправиться в отель и лечь спать.
– Нам необходимо выяснить, кто еще участвует в этих грабежах, мисс Хейс. Но это невозможно сделать, стоя здесь и препираясь с вами.
– Я не препиралась.
– Не надо меня дурачить, мисс Хейс.
– Сомневаюсь, что это трудно сделать, –
Киттл уже сидел верхом и злобно смотрел на нее.
– Если вы не хотите идти со мной, мисс Хейс, дело ваше. Но мне придется сообщить в своем отчете, что вы сочли необязательным сопровождать меня и предпочли отправиться спать.
Эдди ухмыльнулась.
– Могу поспорить, что вам это доставит немалое удовольствие, мистер Киттл. – Она вскочила на лошадь. – Все мужчины одинаковы и не выносят, если женщина доказывает, что может работать не хуже.
– Как раз наоборот, мисс Хейс. Такой отчет сильно огорчит меня. Вы показали себя многообещающим агентом, и мне будет очень жаль, если окажется, что это не так.
Эдди посмотрела на него с нескрываемой ненавистью.
– Многообещающим агентом? Какая самоуверенность, мистер Киттл! – она едва не произнесла слов, недостойных настоящей леди.
– Поспешим, мисс Хейс. Я прошу вас. Иначе мы вообще ничего не увидим. – Захари натянул поводья.
Эдди никак не могла успокоиться. Ей хотелось пристрелить всадника и ни в чем не повинную лошадь. Самодовольный нахал! Пусть отправляется обратно в Вашингтон!
– Итак, мисс Хейс?
Эдди заставила себя улыбнуться.
– Я готова, мистер Киттл.
Трэвис заставил своего Коршуна идти в ногу с лошадью Сюзанны.
– Какого черта ты здесь делаешь, Сюзанна? – прошептал он. – Ты же сейчас должна находиться в салуне и давать свое последнее выступление.
– Тот же вопрос я могу задать тебе. Ты столько времени дурачил меня, расспрашивая о моих связях с Орденом рыцарей. Но оказывается, ты их лидер в Вирджиния-Сити. И у тебя общие дела с Лонше и Морганом. – Она покачала головой. – Боже, какая я дура.
– Сюзанна, прекрати немедленно. Все совсем не так, но сейчас я не могу объяснить тебе этого. Возвращайся в город.
– Я не могу.
Трэвис посмотрел на нее взглядом, в котором смешались раздражение и подозрительность.
– Что значит «не могу»?
– Сюзанна, – раздался голос Клэренса, подъехавшего сзади. Он впервые назвал ее настоящим именем в присутствии Трэвиса. – Когда мы доберемся до места, не отходи от меня ни на шаг.
– Нет, она будет со мной, Лонше, – возразил Трэвис.
– Я так не думаю, – обозлился Клэренс.
– Она будет со мной, – повторил Трэвис.
– Ну что ж, – улыбнулся Лонше. – Как хотите. – Он пожал плечами и добавил: – Я лишь подумал, что должен побеспокоиться о Сюзанне.
Трэвису не понравились его последние слова. С каких пор Лонше стал таким уступчивым? Зачем ему надо, чтобы Сюзанна находилась рядом? Внезапно Трэвис понял: Клэренс Лонше ведет двойную игру. И ему не нужны лишние свидетели. Правая рука Трэвиса непроизвольно потянулась к кобуре.