Отверженный
Шрифт:
Рядом с ним, пристроившись на краю откидной койки, сидел андроид модели «Хьюго-БД12».
Классная машина.
Мысль поразила, словно удар током.
Он смотрел на андроида, а в глазах росло недоумение, страх… хотя он прекрасно понимал, что именно с ним произошло.
А как же прошлое? Моя жизнь, память?!
Все осталось на месте, с той лишь разницей, что он теперь вполне осознавал — трудно обозначить термином «жизнь» то существование, которое влачила горстка мутировавших, изменившихся людей в руинах древней бункерной зоны.
Слишком много
От перевозбуждения его зрачки расширились, казалось, еще немного, и голова лопнет…
Он попытался встать, чувствуя, как за ним следит неотрывный взгляд андроида.
– Нет. Не нужно. Сам. — Он отстранил руку Хьюго и встал.
Кайл хотел побыть один.
Ему требовалось прийти в себя, как-то принять новое знание.
Не верилось, что все это наяву и происходит именно с ним. Нетвердой поступью он преодолел несколько метров, дойдя до открытых дверей, затем добрался до края обширной, простиравшейся за ними площадки, оперся руками о перила и посмотрел вокруг.
На него внезапно пахнуло древностью: «странная пещера» являлась не чем иным, как криогенным модулем колониального транспорта. Огромная сфера, поделенная внутри на множество палуб, выглядела мрачно и таинственно.
Люди давно покинули ее, забрав с собой почти всю планетарную технику, — эти данные вместе с остальной информацией передал ему Хьюго, который успел исследовать ближайшие ангары, предназначенные для планетопреобразующих машин, и прочитать отчеты автономных систем, свидетельствующих об успешном пробуждении большинства колонистов.
Кайл смотрел на далекие огни, отмечавшие работу исправных компьютерных терминалов, и его рассудок постепенно успокаивался, разум начинал воспринимать данность, оценивая ее совершенно иначе, свидетельствуя о том, что прошлое невежественное восприятие уже не вернется к нему, оно больше не послужит ему щитом, отгораживающим сознание от новых, незнакомых ранее проблем…
Он долго стоял, глядя в сумрак покинутых людьми, обесточенных палуб, где мертвыми глыбами возвышались криогенные камеры, затем повернулся и отыскал взглядом дройда.
Хьюго по-прежнему сидел на краю койки.
Кайл вернулся к нему, присел рядом и спросил:
– Ты дал мне знания. И что дальше? Зачем ты это сделал?
– Я понимаю, сэр, ваше сознание сейчас как будто расколото на две половины…
– Меня зовут Кайл, — прервал его юноша.
– Да, я знаю. — Дройд повернул голову. — У меня не оставалось выбора, Кайл. Без людей существование подобной мне машины теряет всякий смысл. Ты единственный человек, которому я нужен.
– Ты так поступил, чтобы стать нужным. — Кайл не упрекал его, напротив, он все острее начинал понимать, как сильно ему повезло, и стечение обстоятельств, приведших его сюда, на борт древнего колониального транспорта, можно было бы назвать счастливой судьбой, если бы не множество «но».
– Я не стану отрицать этого. Мы нужны друг другу. Я саморазвивающаяся машина, мое сознание уже народилось и должно иметь цель.
– А что делать мне? — В вопросе юноши прозвучало глухое отчаяние. — Я ведь понимаю теперь, что все мои родичи — мутанты. Им даже импланты не помогут, верно?
– Я сейчас не могу судить определенно. Ты
Кайл усмехнулся.
Нравится ему или нет, но Хьюго прав: они не поймут и не примут человекоподобную машину.
– В любом случае мы должны помочь им.
– Я подумаю над этим, Кайл, обещаю, — заверил его андроид. — Уверен, что им не грозит непосредственная опасность. Чего нельзя сказать о тебе.
– В смысле? — насторожился юноша.
Избавившись от невежественных страхов, он не вполне понимал, что может грозить ему лично на запустелых палубах древнего колониального транспорта.
– Готов ли ты выслушать мои опасения?
– Почему нет? Говори.
Хьюго надеялся, что Кайл поймет его.
– Я вижу признаки катастрофы и последующего упадка, — начал андроид. — По моим наблюдениям, с момента посадки прошло четыре столетия. На борту нет ни людей, ни основной планетарной техники. Под транспортом расположена частично разрушенная бункерная зона, куда, судя по образам, что хранит твоя память, давно проникли некоторые формы исконной жизни планеты. Плюс — упоминание о «невидимой смерти», которая, как ты теперь должен понимать, — радиация. Именно она повинна в мутациях, которым подверглись люди. Может оказаться, что, кроме небольшого анклава твоих родичей, не уцелел никто, а ты, по воле случая, теперь единственный представитель человечества на данной планете.
– То есть мое «уродство» на самом деле эталон? — Разум юноши на удивление быстро адаптировался к полученным знаниям и уже начал использовать их.
– Да, твой геном практически не имеет отклонений от среднестатистических норм, — ответил ему Хьюго. — Поэтому нам следует в первую очередь выяснить, что случилось с остальными людьми, прибывшими сюда на борту «Эвенгарда». Выжили ли их потомки? Сохранили ли они чистоту вида?
– Значит, ты говорил об опасности одиночества? — догадался Кайл.
– Ты правильно меня понял. Я не могу существовать вне человеческой цивилизации. Ты, получив определенный объем знаний, уже не сможешь вернуться к прежнему образу жизни. Выходит, мы с тобой — единственная надежда друг для друга.
Кайл кивнул.
Он понимал, о чем говорит андроид. И от этого вдруг снова вернулся страх.
Глава 5
Они собирались долго и тщательно.
За время подготовки к первому выходу за пределы колониального транспорта Кайл успел подробно поведать дройду историю своей прошлой жизни, а Хьюго, в свою очередь, оценив полученную информацию, нашел способ помочь обитающим в глубинах бункерной зоны видоизменившимся людям. Он отыскал на технических палубах несколько примитивных ремонтных механизмов и, запрограммировав их должным образом, отправил вниз, дав четкое целеуказание — найти источники энергии, которыми пользуются сородичи Кайла, и поддерживать их в рабочем состоянии.