Овелон
Шрифт:
Такой «мухобойкой» самое то охотиться на «чужих»…
Удивительный диссонанс. Первый чем-то походил на выходца из позднего средневековья, а второй словно из технологичного развитого будущего…
Интенсивный обмен мнениями быстро подошел к концу. «Робокоп» подошел ко мне и прижал сверху коленом. В этот момент я почувствовал себя так, словно на меня бетонную плиту сверху опустили. Не слишком приятное ощущение.
Ухо коснулась какая-то склизкая субстанция. Я затрепыхался, пытаясь избавиться от неприятного ощущения, но после пережитого
Бесполезно, руки еле шевелились, бессильно скребя по серому песку. Еще через секунду я с ужасом осознал, что непонятная хрень, аккуратно уложенная на меня, ожила и быстро юркнула в ушную раковину.
Сразу же появились кошмарные ассоциации насчет заражения инопланетными паразитами. Кричать и ругаться не получалось из-за пересохшего горла. Любые другие проявления возмущения истязателями нагло игнорировались. Одно хорошо – тяжесть сверху пропала, здоровяк снова отошел к более заурядно одетому соратнику.
Я лежал у их ног и чувствовал себя совершенно по идиотский. Встать не могу, в ухо засунули какую-то гадость, где нахожусь и что вообще происходит совершенно неясно.
Плюсы, впрочем, тоже имелись. Дикие перепады боли исчезли, оставив вместо себя усталость и желание снова отрубиться, чтобы проснуться в банальной больничной палате и увидеть вокруг себя обычную обстановку без всяких фантастических декораций.
К сожалению высшие силы не услышали мою мольбу и оставили все как есть. Я лежал, странная парочка стояла рядом, молча ожидая каких-то реакций.
В мозгу слабо шевельнулась надежда, что бесцеремонные пришельцы не ждут пока из моей груди полезет всякая чертовщина, как в известном ужастике. Становиться инкубатором для инопланетных тварей категорически не хотелось. Да и просто умирать в общем-то тоже.
Таким образом прошло одна-две минуты. Конечности потихоньку оживали, понемногу снова наливаясь силой. И я стал прикидывать, как бы половчее удрать от странной парочки, избежав выстрела в спину.
– Ты меня понимаешь? – раздавшийся вопрос заставил непроизвольно вздрогнуть.
Голос доносился из шлема «робокопа». И что самое удивительное весьма «чистый» без примесей так называемой «искусственности» характерной для внешних динамиков.
– Да, – осторожно ответил я, шокированный тем, что слова незнакомого языка обрели смысл.
– Хорошо, – мужик в скафандре удовлетворенно хлопнул в ладоши, небрежно придерживая свою винтовку чудовищных размеров зажатой под локтем.
Интересно, сколько эта дура весит? Выглядит тяжелой. Наверняка без встроенного экзоскелета не обошлось.
– Тебе повезло, что ты выжил, немногим это удается, – подхватил разговор второй, тот что поменьше.
Я с трудом сглотнул. Ситуация выглядела настолько нестандартной и необычной, что с трудом удавалось держать себя в руках. Если бы не пройденный спецкурс психологической подготовки, то даже не знаю, как бы я реагировал на подобное.
Обычные
Так и здесь. Я не стал впадать в панику, взял себя в руки и постарался успокоить бешено колотящееся сердце.
– Где мы? – спросил я, с трудом поворачивая шею, чтобы оглядеться.
Вокруг… скажем так, местность не изобиловала растительностью, скорее напоминала пустыню с обильным вкраплением невысоких скалистых наростов.
Что за место? Черт его пойми, непонятно. Небо… ох ты же ееее… а неба-то и нет. Ну как бы. Была свинцовая бездна, уходящая в никуда. И солнца тоже не видно. Совсем. Небесное светило отсутствовало напрочь. И похоже дело тут вовсе не в плотной облачности или наступающем вечере.
Это открытие меня так поразило, что на несколько секунд я все-таки сбился и едва не впал в панику. Потому что к такому в частной клиники, специализирующейся на психологической подготовке военных специалистов из частных военных компаний, не готовили.
Неужели другая планета? Ну дела…
– Это междумирье, – ответил низенький с любопытством изучая мою реакцию на происходящее.
Междумирье значит, ладно… А альфа-центавра находится видимо за ближайшим углом… прелестно….
– Вы меня спасли? – спросил я, принимая сидячее положение.
Тело двигалось с очень большим трудом. Знакомое в чем-то ощущение, наступающее после интенсивных физических нагрузок.
Вот только за весь рейс из Цюриха я максимум, что поднимал, так это стакан с минеральной водой.
Проклятье, Пол, наверное, обалдел, увидев, как я буквально у него на глазах растворяюсь в воздухе. Оставалось пройти всего ничего…
– Нет, только подсадили червя-переводчика, – любезно просветил меня коротышка с копьем.
Детина, покрытый с головы до ног железом хранил молчание. Судя по поведению, он выступал в паре в положении ведомого.
– Червь-переводчик, – медленно повторил я и уточнил: – Это то, что вы запихнули мне в ухо?
– Да, – мой собеседник растянул рот в жизнерадостной улыбке.
Чего это у него такое хорошее настроение? Прямо подозрительно. Смотрит на меня, как бездомный кот на кусок свежей колбасы. Не нравился мне его энтузиазм.
– Это какой-то паразит?
– Верно. Сейчас он обживается у тебя в коре головного мозга.
Мне поплохело. Воображение не так уж ошиблось, рисуя картины из кино. Когда сообщают, что в башку подсадили какой-то инородный живой организм, поневоле начнет тошнить и никакая подготовка тут не поможет.