ОЯШ. Книга 2
Шрифт:
— Слышь, пидрила, ты чему радуешься? — злобно ухмыльнулся я, закинув биту на правое плечо, и начав ей немного по нему постукивать. — Мы, блять, охотники за привидениями, епт! Гоусбастерс, типа! Пришли творить «добро и справедливость» и покарать тебя!
— Даже если так, то вы все равно не сможете противостоять тому ужасу…
— Захлопнись, говнюк! — я сжал левую руку в кулак и выпустил все три лезвия, удивив призрака. — Сестренка, заводи пилу! Сейчас мы ему покажем, кого в этом поезде стоит бояться!
Усмехнувшись,
Недолго думая, мы с Мэй тут же бросились за ним, а кошатина, из которой я точно сделаю шашлык, как вернемся домой, решила остаться в этом, прокричав, что она все равно не сможет навредить призраку. Вот же ж… шкура сраная! Какой от нее толк вообще, нихера не понимаю?!
Выскочив из вагона, мы с кузиной преодолели тамбур, и когда открыли дверь во второй вагон, Мэй испуганно взвизгнув, едва не уронила работающую бензопилу мне на ногу. На мгновение я даже подумал, что придется Лоле делать мне еще один протез, для ноги, но все обошлось…
— М-манекены?! — пробормотала Мэй, глядя на десяток пластиковых ублюдков, стоявших в вагоне, и которые все как один повернули к нам свои безликие головы, когда мы открыли дверь. — О-они что, сейчас и правда двигались?
— Угу, двигались. Только не пойму, чего ты боишься? — пожал я плечами, заходя внутрь. Как только я переступил порог, и зашел в вагон, двери вдруг сами собой закрылись, и я услышал крик Мэй, которая кричала о том, что не может открыть дверь. Ну и ладно…
А манекены тем временем, развернув в мою сторону свои сраные искусственные тела, медленно двинулись ко мне, причем двигались они реально как-то… по-манекенски. Ну чисто роботы, я бы даже сказал! Говенные роботы…
— Что, суки, думаете это меня заперли с вами? — прошипел я, перехватив биту покрепче, и приготовившись впервые использовать свои «коготки» в настоящем бою. — Нет, это вас заперли со мной, сладкие! Бу-га-га! А я сейчас немного злой…
Подпустив к себе один из манекенов, я ударил его со всей силой битой по башке, да так, что она нахер оторвалась от тела, и разбив стекло улетела в призрачный туннель. Манекен одной рукой стал ощупывать воздух, в том месте где была его головка, хех, а я тем временем, максимально выпустив злую ауру и выдавив злобную улыбочку, отчего несколько манекенов аж сами выбросились из окна, начал лезвиями кромсать остальных на куски.
Можно сказать, что в этом вагоне началась кровавая баня, только вместо крови, тут были куски пластика. Я отрезал манекенам руки, пальцы, сносил битой головы, расчленял их так зверски, как только мог… в общем, я веселился! Ведь что могут, по идее, вообще сделать людям пластиковые куклы, которые
Отхреначил правую руку одному манекену… пригнулся, двинул по коленке битой другому манекену, сломав его ногу, отчего он зашатался…резко выбросив руку с лезвиями вверх, я воткнул их в подбородок третьему манекену, а затем, почти не напрягаясь, разрезал пластиковую башку на три части, вертикально…
Разрубая на кусочки пластиковых ублюдков, я едва не хохотал, ведь благодаря этому, я немного стряхнул с себя сон, но лишь немного, ведь они были теми еще слабаками. Даже с Судзукой драться было веселее, блин…
Но веселье не могло длиться вечно, что обиднее всего! Расправившись со всеми манекенами, я убрал лезвия, и постукивая битой по плечу подошел к манекену с отрезанными ногами, который куда-то пытался уползти. Блять, выглядит прямо как в той истории «Я не чувствую ног, Пейн!», угу…
— Куда пополз, кусок пластика? — злобно усмехнулся я, надавив ботинком на спину манекена. Тот уткнулся безликой башкой в пол, а я, подняв биту над головой, шмыгнув носом, со всей силы опустил ее на затылок пластиковой башки, отчего та разлетелась на крова… тьфу!… пластиковые ошметки!
Хмыкнув, я оглядел вагон, в котором повсюду валялись оторванные конечности и прочие пластиковые куски, я вернулся к двери, из-за которой все еще был слышен голос кузины, и открыл ее. В этот раз дверь легко поддалась и передо мной предстала Мэй, которая выглядела так, словно сейчас разревется.
— Никогда не понимал, чего люди боятся манекенов, — усмехнулся я, когда Мэй вошла в вагон, и удивленно оглядываясь, какого-то хрена всхлипывая. — Ладно, погнали уже дальше! Мне уже даже стало интересно, что будет ждать нас в следующем вагоне!
Покинув второй вагон, мы с Мэй преодолели тамбур, и встали возле двери в третий. Ебанутый Паровозик по-прежнему что-то орал, голосом алкаша, который обкурился травы, будучи под героином, а кузина еще всхлипывала. Когда я повернул ручку на двери, я с ноги открыл ее, и хотел уже влететь внутрь, предвкушая возможно, уже настоящую кровавую баню, но Мэй вдруг оттолкнула меня в сторону, и заведя пилу, первая вбежала внутрь, крича «Всех порубаю!»… и само собой, я не успел зайти за ней следом, как дверь захлопнулась!
— Вот просто, какого хрена ты творишь?! — прошипел я, услышав громкий визг, а затем такой звук, словно сестренка задела лезвие что-то железное. Блин… и что мне делать?!
Фыркнув, я убрал биту в свою душу, чтобы не мешалась, и ногами залез на ограждение. Да уж, не думал я, что когда-нибудь придется заниматься такой херней, словно в каких-нибудь экшен-фильмах про Дикий Запад, где обязательно должна быть сцена с дракой на крыше поезда… или я что-то путаю? Или там просто должен быть поезд? Да похер, сейчас это не так важно!