Ожерелье из звезд
Шрифт:
— Как я мог усидеть в Англии, когда услышал, что Ваше Величество будет здесь почетной гостьей! ~ галантно отозвался герцог.
Императрица весело рассмеялась. Немного поговорив с ней, герцог вернулся к своим гостям, которых усадили неподалеку от голландской принцессы Софии и кронпринца Пруссии Фридриха.
Высокие гости оживленно разговаривали с герцогом и сэром Чарльзом, а Беттина, воспользовавшись этим, молча любовалась роскошными коврами, которые были постланы на песке у них под ногами, и бронзовыми подносами с кофе, финиками и всевозможными
Ей было любопытно наблюдать за арабскими вождями, одетыми в длинные, широкие одежды из белой шерстяной ткани. У всех на поясах висели кинжалы, украшенные драгоценными камнями.
Внезапно один из вождей поднял руку, подавая какой-то сигнал, — и площадка перед палаткой почетных гостей заполнилась всадниками-арабами. Они мчались во весь опор, и их белые одежды развевались на ветру, словно крылья. На скаку они стреляли из ружей. Их необычайно красивые и резвые скакуны подняли тучи пыли — и не успела она осесть, как начались шестимильные гонки на верблюдах-дромадерах. Сидевшие на их горбах погонщики пронзительными криками подгоняли своих животных.
Потом гостей хедива развлекали дервиши из Судана. Некоторые их них держали между зубами раскаленные угли, другие глотали живых скорпионов…
Потом дервишей сменили факиры, и их магические трюки заставили Беттину затаить дыхание: она и не подозревала, что люди способны на такие чудеса!
Было очень трудно заставить себя оторваться от необычайного представления, но им необходимо было вернуться на яхту, чтобы переодеться для торжественного приема, который должен был состояться во дворце хедива.
Ко времени их возвращения в гавань над городом в небо взлетали огни фейерверка: высоко поднимались ракеты, рассыпая в небе многоцветные звезды.
Беттину дожидалась ее горничная, Роза, чтобы помочь ей принять ванну перед тем, как надеть самое нарядное белое платье. Ванна была как нельзя кстати: пыль и песок покрывали все ее тело.
Беттина со вздохом посмотрела на милое и довольно простое платье, которое она купила в Лондоне. Она не сомневалась в том, что леди Дейзи да и другие дамы будут похожи на ярких райских птиц, и опасалась, что по контрасту с ними покажется отцу — и, может быть, герцогу — недостаточно нарядной.
— Наверное, все леди наденут драгоценности, — сказала она, обращаясь к Розе.
— Да, конечно, мисс, — ответила та. — Его светлость дали леди Дейзи фамильную тиару Элвестонов, а она ничем не хуже короны!
После недолгой паузы она с чуть заметной улыбкой добавила:
— А на леди Тэтем будут изумруды Элвестонов.
«А у меня не осталось даже маминой бриллиантовой звезды!» — печально подумала Беттина.
В дверь постучали. Роза на минуту выглянула в коридор и вернулась, держа что-то в руке. Всмотревшись, Беттина увидела несколько звездчатых орхидей — как те, что она приколола к своему платью в первый день плавания.
— Это мне? — удивленно спросила она.
— Это прислал герцог, мисс.
— Как чудесно! — радостно воскликнула Беттина. — Это
Орхидей было так много, что их хватило не только для украшения прически. Приколов веточку к платью, Беттина решила, что они служат более удачным украшением, чем любые драгоценности. Благодаря цветам ее наряд обрел законченность.
Войдя в салон, где должны были собраться все гости перед отъездом во дворец хедива, она сразу же почувствовала на себе взгляд герцога и направилась к нему поблагодарить за внимание.
— Большое вам спасибо за орхидеи, — сказала она. — Вы очень добры, что вспомнили обо мне. И благодаря вашим цветам я выгляжу гораздо лучше.
— Они похожи на вас, — негромко проговорил герцог. — Но не думайте, что вы нуждаетесь в украшении, когда ваши глаза напоминают те звезды, которыми мы любовались.
Беттина изумленно посмотрела на герцога, не веря, что он серьезно мог адресовать ей подобный комплимент. Но тут в салон вошла леди Дейзи, украшенная сверкающими бриллиантами, и Беттина отошла и встала рядом с отцом.
— Довольна, что оказалась здесь, девочка? — спросил он.
Ей не было нужды отвечать на этот вопрос. Да, по правде говоря, она и не нашла бы слов, чтобы выразить свои чувства. Одного взгляда на нее было достаточно, чтобы понять, что она испытывает.
Дворец, построенный хедивом меньше чем за шесть месяцев, был окружен утопавшими в цветах садами. В них был воздвигнут павильон, где за столы могли усесться одновременнотысячи человек. На высоких пальмах виселикитайские фонарики, а во всех помещениях дворца глаза слепили хрустальные люстры, выписанные из Парижа. Повсюду стояли позолоченные кресла и столики с мраморными столешницами, а висевшие на стенах картины тоже были привезены из Франции.
Гостей обслуживала целая армия официантов в алых ливреях и напудренных париках. Сэр Чарльз сказал Беттине, что в помещениях кухни к пиршеству готовились пятьсот поваров.
Каретам, в которых ехали гости, было трудно пробраться ко дворцу, потому что улицы были запружены толпами народа, собравшегося поглазеть на танцоров, жонглеров и музыкантов.
В самом дворце царила суматоха. Залы были переполнены: в них было трудно дышать, а о том, чтобы перейти с места на место, вообще не могло быть и речи.
Поначалу Беттина решила, что орденские звезды на фраке герцога просто ослепительны, но она поняла, что ошиблась, когда увидела дипломатов, буквально увешанных наградами, и вождей с усеянными драгоценными камнями рукоятками кривых сабель.
Была уже почти полночь, когда приехала императрица Евгения, показавшаяся всем еще более обворожительной в платье из вишневого атласа, расшитом бриллиантами. На ее темных волосах сверкала небольшая корона.
К счастью, герцог со своими гостями был приглашен в столовую для царственных особ, иначе им вряд ли бы удалось что-нибудь поесть или выпить: в павильоне буквально яблоку негде было упасть.