Ожерелье из звезд
Шрифт:
Свет луны заливал покрытый снегом небольшой сад, окруженный стеной, — именно по этому саду и была названа отведенная ей комната. Вдалеке Беттина видела деревья, голые ветви которых сгибались под тяжестью снега.
«Это — сказочная страна, — сказала она себе, — и хотя герцог, конечно, прекрасный принц, я не могу надеяться на то, что я — это принцесса, которую он искал всю свою жизнь».
От этой мысли девушка совсем упала духом. Отпустив тяжелую штору, она прошла к кровати и легла.
Пламя камина высвечивало
«Все здесь удивительно прекрасно, но дому не хватает любви», — вдруг подумала Беттина.
Глаза у нее начали закрываться, и страна снов уже открывалась перед ней, когда она вдруг услышала какой-то тихий звук, донесшийся со стороны окна.
Поначалу она его едва заметила, а потом решила, что, наверное, по стеклу стучит ветка плюща. Во время ветра такое случалось часто, и во время пребывания в пансионе ей не раз приходилось просыпаться по ночам, потому что стены школьного здания были опутаны вьющимися растениями.
Звук повторился — и теперь Беттина явственно услышала, как открылась стеклянная дверь ее балкона. Она села в кровати — пока еще не испугавшись, а только удивившись. Шторы раздвинулись — и в ее спальню вошел… лорд Юстес!
Света от камина было достаточно, чтобы явственно разглядеть его лицо. Несколько секунд она смотрела на него в полном изумлении, а потом воскликнула:
— Лорд Юстес! Что вы здесь делаете?
Он решительно направился к ней, даже не сняв шляпы. И почему-то выглядел угрожающе в темном длинном дорожном пальто.
— Зачем вы приехали в замок? — спросила она.
— Я приехал за тобой!
— Что… вы хотите этим сказать?
— Именно то, что сказал.
Он подошел к кровати. Беттина смотрела на него, с трудом веря в происходящее. Ей даже показалось, что это дурной сон, но, увы, лорд Юстес резким, полным гнева голосом вернул ее к действительности.
— Я же говорил тебе, что намерен на тебе жениться, — сказал он. — И поскольку я понимаю, что сама ты не в состоянии принять такого решения, я принял это решение за тебя.
— Не понимаю, о чем вы говорите! — воскликнула Беттина. — Вы должны уйти отсюда — уйти сейчас же! Вы не имеете права находиться здесь, в моей спальне, — и вы прекрасно это знаете!
— Я и собираюсь уйти, — ответил он, — но ты уйдешь вместе со мной.
Тут он занес над ней руку, и Беттина увидела, что в его пальцах зажат носовой платок. Она испуганно отодвинулась, насколько позволяла постель, и, закрываясь руками, вскрикнула:
— Что вы… делаете? Уходите! Не прикасайтесь…
Не успела она договорить, как лорд Юстес набросил платок ей на лицо, лишив возможности говорить. Он завязал платок у нее на затылке, хотя она пыталась помешать ему,
Беттина не могла толком сопротивляться; ей мешало одеяло. Она не успела вырваться от него и спрыгнуть с другой стороны кровати: лорд Юстес достал у себя из кармана широкую полосу ткани и, заставив ее прижать руки к бокам, крепко примотал их ей к телу. Он действовал настолько быстро и уверенно, что не успела Беттина понять, что происходит, как уже полностью лишилась способности двигаться.
Тогда лорд Юстес сорвал с нее одеяло, перетянул ей щиколотки второй полосой ткани, а потом завернул ее в одеяло, не обращая внимания на беспомощные попытки девушки освободиться.
Беттина поняла, что ей нечего надеяться на чью-то помощь, оставалось рассчитывать только на себя. В следующую минуту лорд Юстес замотал ее в одеяло так, что закрыл даже лицо, и подхватил на руки.
Тут Беттина поняла, что он намерен увезти ее с собой.
Она с отчаянием, подумала, что если ему удастся это сделать, то ни герцог, ни отец не смогут ее отыскать — и она будет целиком во власти лорда Юстеса, чего тот и добивался.
Ей хотелось кричать, молить о помощи — но ока не могла издать ни звука.
Девушка догадалась, что лорд Юстес вышел с ней через стеклянные двери на балкон, а потом начал спускаться по каменным ступеням лестницы, которая вела с балкона в обнесенный стеной сад.
Придя в полное отчаяние, Беттина стала мысленно звать герцога. Сердце говорило ей, что ее любовь заставит его услышать ее зов, заставит почувствовать, что она находится в опасности и нуждается в его помощи.
«Спаси меня! Спаси меня! Помоги мне! О, Боже — сделай так, чтобы он мне помог!» — мысленно молила она.
Лорд Юстес спустился в сад и направился по снегу к чугунной калитке, через которую из сада можно было попасть на лужайку перед замком. Трава была покрыта толстым слоем снега, заглушавшего его шаги. Беттине, которая была закутана с головой и не видела ничего вокруг, казалось, что темнота, обступившая ее, никогда уже не разожмет свои цепкие пальцы.
«Помоги мне! Помоги! — мысленно звала она герцога. — Он… увозит меня… и ты уже… никогда не сможешь… меня найти!»
И тут, словно небо действительно откликнулось на ее мольбу, она услышала знакомый голос. Герцог спрашивал:
— Что тут, к черту, происходит? Кто это? Раздался возглас — резкий, как пистолетный выстрел.
— Боже правый! Это вы, Юстес? Что вы здесь делаете?
— Забираю то, что по праву должно принадлежать мне, — грубо бросил лорд Юстес.
Беттина испугалась: вдруг герцог не поймет, что именно уносит лорд Юстес. Ей хотелось закричать, что опасность грозит ей, что он должен ее спасти… Но она не могла даже пошевелиться: руки лорда Юстеса сжимали ее, словно тисками.