Ожерелье смерти
Шрифт:
— Так месяц назад был убит Вилкин, — сказал Фомин.
— Думаешь, один исполнитель работает? — Сидящий перед включенным вентилятором плотный майор милиции внимательно посмотрел на Фомина.
— Похоже, что так, — кивнул Александр. Он встал. — Пойду допрошу Вьюна.
— Так его вчера вечером в СИЗО отправили, — сказал плотный.
— Но ведь трое суток кончаются только завтра, — удивленно остановился Фомин.
— Я вчера карманника привез с Савеловского, — сказал майор, — а Вьюна как раз в «воронок» сажали.
Женщина
— Чего?! — недовольно заорала она.
— С человеком плохо! — раздался приглушенный крик.
Дробно стуча каблуками по гулкому полу, женщина побежала вперед. Подскочив к двери, заглянула в глазок. Молотивший по двери кулаками рослый татуированный парень, подчиняясь ее требовательному «Отвали!», со смехом отскочил в сторону. Прапорщик увидела лежащего на полу невысокого человека в спортивном костюме. Вокруг его головы медленно расползалась темно-красная лужа. Грубо выматерившись, она бросилась к дежурному телефону.
Женщина в темных очках нервно спросила атлета:
— Ты уверен, что его убьют?
— Конечно, — дернул тот налитыми силой плечами. — Сегодня же.
— Отец тобой доволен, — сняв очки, женщина положила их в маленькую сумочку.
— А ты? — шагнув вперед, атлет взял ее руку своими жесткими сильными пальцами.
— Конечно, — засмеялась она. — Ты делаешь то, что надо. И я…
— Нина! — Мужчина ткнулся лбом в ее колени. — Я больше так не могу. Я люблю тебя.
— Я знаю, — она взъерошила ему волосы. — Но постарайся понять, Вячеслав, — она тяжело вздохнула. — Я всего лишь дочь. И, как ты знаешь, совсем не желанная. Даже отчество…
Обняв Нину, атлет впился в ее губы. Нина прижалась к нему всем телом. Рука атлета жадно гладила ее упругое бедро. Пальцы другой мяли высокую грудь. Задрожав, Нина начала расстегивать его рубашку. Учащенно дыша, Вячеслав губами ухватил ее сосок. Запрокинув голову, задрав подол юбки до пояса, Нина раздвинула ноги.
— Возьми меня, — простонала она. — Слышишь. Прямо здесь. Сейчас. Я хочу тебя.
Рванув молнию на своих джинсах, атлет сдернул с Нины трусики.
— Браво! — раздался насмешливый женский голос. Вячеслав вскочил. Судорожно одернув юбку, поднялась и Нина.
— Какого черта?! — зло закричала она.
— Я не думала, что ты так занята, — с издевкой сказала стоящая в дверях стройная блондинка.
— Что тебе надо? — рванувшись к ней, прокричала Нина.
— Спокойно, — остановил ее равнодушный голос стоящей у двери блондинки. — Морду набить я тебе успею. А сейчас поздоровайся с отцом. А ты, Ромео, — язвительно посоветовала она атлету, —
Вячеслав хотел что-то сказать, но, услышав негромкое покашливание в двери, испуганно взглянул на побледневшую Нину и бросился к другой двери.
— Папа, — сказала Нина, — ты приехал? Но зачем? Я же сказала, что все сделаю!
— Именно поэтому я здесь, — холодно ответил пожилой мужчина. За его спиной стояли трое крепких парней.
— Я тебя не понимаю. — Нина хотела шагнуть навстречу отцу, но запуталась в спущенных трусиках и пошатнулась. Взмахнув руками, сумела удержать равновесие. Присела, подхватила трусики и, поднявшись, надела.
— И это моя дочь — презрительно пробормотал мужчина.
— Успокойтесь, Илья Сергеевич, — засмеялась блондинка. — Истории известны случаи, когда даже королевы ради своей женской прихоти ложились под шутов.
— Слушай, ты! — закричала Нина.
— Это ты слушай! — загремел Илья Сергеевич. — Кто и почему убил Задворского?!
— Вьюн о нем дал Фомину показания, — не сводя яростного взгляда с улыбающейся блондинки, ответила Нина.
— А почему не убрали Фомина? — уже тише спросил мужчина.
— Черкесы согласились на убийство уголовника только в случае смерти Задворского. К тому же убийство Фомина нам невыгодно. — Увидев, что отец удивился, негромко добавила: — Ведь именно он арестовал Психа на квартире Сушко.
— Да, — подняв телефонную трубку, ответил невысокий гибкий парень. Немного послушав, кивнул: — Хорошо. Я передам.
Положив трубку, обратился к сидевшему на кресле-качалке плотному человеку лет сорока пяти:
— Задворский убит людьми Нины Павловны.
— Отлично, — тот довольно потер руки. — Старик узнает — его инфаркт хватит, — пригладив пальцами небольшие светлые усики, рассмеялся. Затем, оборвав смех, зло проговорил: — Зови Глыбу. Пора за это дело всерьез браться.
Нервно покусывая губы, Катя почти с ненавистью смотрела на телефон.
— Что с тобой? — спросил вошедший в комнату Киборг.
— Его так и не нашли! — взволнованно ответила она. — Он, наверное, уже в Москве. Он убьет меня!
— Для этого ему надо будет перешагнуть через мой труп, — усмехнулся Киборг. — А это сделать совсем не просто.
— Ты его не знаешь! — закричала Катя. — Он может все! И перешагнет через десятки трупов!
— Ты думаешь, он сумеет справиться со мной? — засмеялся бритоголовый. — Запомни: те, кто так считал, были не чета твоему уголовнику, но давно сгнили. Неужели ты думаешь, я отдам ему тебя? Ты моя! И всегда будешь моей! — Он подошел к Кате и положил руки на ее крутые бедра. — Не бойся, я не дам тебя в обиду.
— Милый, — томно прошептала Катя. — Родной мой Миша. Когда ты рядом, я никого не боюсь. Ты самый сильный, самый желанный.