Ожерелье
Шрифт:
– Конечно, не вопрос. Ты хочешь, чтобы я забрала ее после школы?
– Это было бы чудесно. Спасибо, мам.
– И не переживай, Фрэнка там не будет. Несмотря на то что ты совершенно ошибаешься на его счет.
– Я тебя люблю, мам.
Как только она повесила трубку, в комнату вошел Дэнни. От него пахло лосьоном после бритья, который Эми и Сьюзен подарили ему на день рождения. Она повернулась к мужу:
– Молли звонила. Я сегодня поработаю в закусочной, хорошо? А мама заберет Эми.
Дэнни кивнул с отстраненным видом и
– Приходи вечерком к Молли. Она накормит тебя бесплатным ужином, и еще там будет одна хорошенькая официантка Сьюзен, которая будет не прочь пофлиртовать с тобой.
До того как Дэнни ответил, Эми дернула ее за руку:
– Мамочка, я правда сильно опаздываю…
Дэнни впервые за утро оживился:
– Этой ночью у тебя была зубная фея? – спросил он у дочери.
– Да! Она оставила целых два доллара!
– Ого! Да ты у нее любимица! Хорошего тебе дня, Эми-Шлэми!
– И тебе, папочка-шляпочка!
Дэнни улыбнулся. Эми всегда умела его развеселить, в каком бы настроении он ни находился.
Сьюзен и Эми сели в машину и покатили в сторону школы, проехав мимо «Гостевого двора». Там всегда гостили десять или двадцать неудачников, один из них стоял возле своей разбитой старой машины и доставал из нее что-то похожее на ящик с инструментами. Пока «Додж-Дарт» проезжал по улице, постоялец не сводил с него глаз. У него было плоское уставшее лицо, и выглядел он как человек с непростой судьбой. Эми дотронулась до единорога на своем ожерелье:
– Ты знаешь, почему единороги такие крутые?
– И почему же, милая?
Эми начала болтать о единорогах и кентаврах, но Сьюзен слушала ее вполуха. Она думала о том разговоре, который состоялся у них ночью с Дэнни. Они уже лежали в своей кровати и обсуждали ее желание вернуться в колледж.
Сьюзен получила свой диплом в Общественном колледже Адирондака в двадцать один год, сразу после того как вышла замуж. Она никогда не отказывалась от мысли об образовании, ей хотелось стать медсестрой. Но сама по себе школа ей никогда не нравилась, к обучению у нее особых способностей не было, и работа у Молли в закусочной была для нее более удобным вариантом. Потом в их жизни была череда беременностей и выкидышей, затем родилась Эми, и Сьюзен посвятила всю себя воспитанию дочери.
Однако вчера настал тот момент, когда она призналась мужу, что подумывает о том, чтобы пройти курс обучения.
– Какой, например?
– Может быть, «Анатомия, или Рост и развитие человека». Курсы, которые нужны для школы медсестер.
– Любимая, я только за, – произнес Дэнни, поглаживая ее по руке. – Давай только для начала поднакопим деньжат. На рынке намечаются перемены, мы опять будем на коне, и нам не надо будет залезать в кредиты.
Сьюзен была очень благодарна мужу за то,
Эми все чирикала о своих мифических животных.
– Мама? – голос дочери звучал недовольно. – Мамочка, ты меня совсем не слушаешь.
Сьюзен повернула с шоссе 9N на длинную улицу, ведущую к школе.
– Прости, милая, что ты говоришь?
– Я никогда не сниму с себя это ожерелье. – Эми гладила бусинку в виде дельфина. – Никогда.
Сьюзен улыбнулась:
– И даже когда будешь принимать ванну?
– Да!
– И даже перед сном?
Эми активно затрясла головой:
– Нет! Даже когда я умру.
Они остановились перед школой – кирпичным зданием, которое было построено лет двадцать назад, когда экономика города была на подъеме. Лучшие подружки Эми – Шерри, Кейт и Сэнди – стояли на тротуаре у входа.
– Я тебя люблю, сладкая. Бабушка заберет тебя в половине четвертого.
– Я тебя тоже люблю, мамочка.
Эми быстро поцеловала ее и, как только машина тронулась с места, побежала к девчонкам.
Практически всегда, после того как отвозила дочку в школу, Сьюзен возвращалась домой. Дэнни уже был на работе, а она после уборки на кухне могла спокойно полистать журнальчик перед тем, как отправиться к Молли. Это было ее время, которое Сьюзен посвящала себе.
Но сегодня, поскольку ей предстояло провести весь день в закрытом помещении, она захотела прогуляться по Ривер-роуд, идущей вдоль реки Гудзон. Везде была непроходимая грязь, поэтому она решила не сходить с асфальтовой дороги. Светило солнце, и должно было быть не менее десяти градусов. Возможно, сегодня днем дойдет и до плюс пятнадцати.
Сьюзен наслаждалась видом на реку, в плеере по радио играло кантри – ее обожаемые Тим Макгроу и Фейт Хилл, звездная музыкальная пара. Она приветственно махала рукой водителям всех проезжавших мимо легковых и грузовых автомобилей. Многих из них она знала лично.
Когда Сьюзен закончила свою прогулку, она поехала в «Стоунс», где купила детскую зубную пасту для Эми, и в сетевой магазин продуктов IGA, где купила любимый соус для спагетти Дэнни на завтрашний вечер. Затем она направилась к Молли, чья закусочная находилась примерно в одиннадцати километрах, и добралась как раз к обеденному времени.
Спешить было особенно некуда. Первыми посетителями кафешки стали четыре старушки в шерстяных пальто, занявшие угловой столик. Они приходили сюда каждую пятницу и всегда оставляли скудные чаевые. Но Сьюзен старалась не осуждать их. Скорее всего, этот выход по пятницам был их единственным светским мероприятием на неделе, единственным, на что у них хватало денег.
Около полудня пришли какие-то дорожные рабочие, за ними заглянули люди из церкви, занявшие пару столиков. Когда она сложила все свои чаевые, получилось всего двадцать долларов.
Конец ознакомительного фрагмента.