Шрифт:
От автора
Истосковавшиеся по теплу после долгой, холодной и ветреной зимы мы, деревенские мальчишки, любили собираться за околицей. Кое-где в ложбинах еще лежал почерневший снег, но сквозь пожухлую траву уже вовсю пробивалась первая зелень. Высоко в небе заливался жаворонок, и каждый из нас стремился отыскать глазами неутомимого вестника тепла и приближающихся каникул. Забравшись в заросший бурьяном, обвалившийся окоп, оставшийся от военных времен, мы ловили лучи теплого весеннего солнца и читали книги.
Читал кто-нибудь один, а все остальные, сбившись в тесную кучку, затаив дыхание, слушали.
Вспоминая детство, я всегда с особым чувством и благодарностью думаю о книгах, которые каждый день открывали передо мной новое и неизведанное. И радуюсь за сегодняшних мальчишек и девчонок, которым столько еще предстоит пройти этой увлекательной дорогой, открывая и познавая огромный мир на страницах прочитанных книг.
В старших классах средней школы я полюбил книги о дальних путешествиях в неведомые страны, об открытиях учеными древних цивилизаций, погребенных под вековой пылью городах, гробницах и кладах. Николай Миклухо-Маклай, Николай Пржевальский, Петр Козлов стали моими любимыми авторами. Книгу Козлова «Монголия и Амдо и мертвый город Хара-Хото» прочитал много раз. Манили к себе таинственные Монголия и Китай, диковинные находки, трудности и опасности в пути.
Уже через много лет я узнал, что загадочный Хара-Хото, который поразил путешественников своим безмолвным величием, был некогда цветущей столицей Тангутского государства — соперника Китая и монголов за владычество в Центральной Азии. В 1227 году Хара-Хото разрушили монголы. Как рассказывают предания, у его стен умер грозный повелитель и завоеватель Чингисхан.
Прошли годы. Но чувство необычного и интересного где-то там, «за тридевять земель», осталось. Когда приходилось слушать на лекциях или читать в книгах восторженные рассказы об архитектурных сооружениях Древней Греции и Рима, гигантских скульптурах острова Пасхи, грандиозных храмах и городах инков и ацтеков, замирало сердце, и если бы представилась возможность, то, не раздумывая, полетел, поехал, пошел пешком, чтобы самому увидеть эти чудеса света.
Только со временем начинаешь понимать, что с самых первых шагов своей жизни мы тоже путешественники, открывающие для себя мир, который, словно многогранный драгоценный камень, способен сверкать самыми невероятными фантастическими красками. И многое зависит от характера человека, богатства его души, знаний, умения за, казалось бы, привычным и поэтому обыденным видеть необыкновенное, захватывающе интересное.
Остаться равнодушным к бессмертным полотнам Леонардо да Винчи и Рафаэля, божественным скульптурам Микеланджело и чарующей музыке Баха могут совсем немногие, совершенно ограниченные люди. Но как часто мы проходим мимо большого, красивого и значительного только потому, что это рядом, вокруг нас, и мы к этому привыкли и не всегда в состоянии должным образом оценить.
Мое представление о
Никогда не забуду октябрьское утро 1961 года. Накануне поздно вечером мы приехали к большому холму под названием «Гора-Шапка», расположенному в шести километрах от старого казачьего села Пояркова. Много легенд сохранилось у местных жителей об этом холме. В одной из них рассказывается, будто сотни лет назад сюда пришел какой-то великий полководец и приказал воинам построить большую крепость. Люди носили землю в шапках и насыпали гигантский холм, а потом вершину укрепили неприступными рвами и бастионами. Отсюда и пошло название «Гора-Шапка». Житель Пояркова казак Иван Сафронович Измайлов еще в начале века даже написал об этой крепости стихотворение.
Я медленно еду равниной открытой, Кой-где по ложбинам кустами покрытой, Налево пестреют покосы и нивы, Направо синеют Амура извивы. А прямо — вот памятник прошлого века, Стоит, сохраняя след дел человека, Гора, в народе ей «Шапка» названье. Как пояс по ней, освященный веками, Высокий и прочный чернеется вал.Строки простые, бесхитростные, но важно, что и на заре нашего века крепость волновала местных жителей. Какова судьба ее создателей? Разгадать загадку и приехала наша небольшая экспедиция.
Рано утром я вылез из палатки. Солнце еще не показалось из-за горизонта, но по воздуху уже плыли мягкие отблески света. Через несколько минут я уже карабкался по крутому склону холма, поросшего высокой травой, дубняком и березками. Первые ночные морозы успели зажечь на деревьях багряное пламя. Вот наконец и вершина... Сквозь предрассветную мглу отчетливо вырисовывались грозные бастионы и глубокие рвы. Вершину холма опоясывал высокий вал с остатками башен. На восточном склоне холма хорошо видны выровненные площадки, на которых когда-то стояли здания и дворцы.
Величественной и грозной казалась крепость. Вдруг из-за горизонта брызнули золотые лучи солнца... Серебристый огонь мгновенно разлился по бескрайней равнине, перекинулся на юго-запад, где за широкой голубевшей лентой Амура возвышались могучие цепи Хингана. Окружавшее безмолвие было непривычно и даже угнетало. И казалось, что сейчас крепость проснется, наполнится шумом, жизнью. Сотни воинов в боевых блестящих на солнце доспехах станут на стенах, чтобы в любую минуту отразить нападение врага. В кузницах зажгутся горны, ювелиры сядут за свое привычное ремесло. По улицам с веселым гамом побегут босоногие ребятишки.