Ожог
Шрифт:
— Значит, вы обе думаете, что я напрасно раздула трагедию? — тяжело вздохнув, спросила Джоузи.
— Нет, мы так не думаем, — за себя и Бетани ответила Миа. — Нельзя подыгрывать Эшу. Теперь он убедился, как серьезно ты относишься к своему творчеству. Думаю, он уже сто раз пожалел о случившемся. Но неужели он совершил нечто такое, чего ты ему никогда не простишь? Неужели твое самолюбие настолько уязвлено? Говорю тебе: Эш мог что-то крупно недодумать, но он слушал свое сердце, а оно говорило: «Помоги ей». Эш не ангел, однако человек он искренний. Поверь мне, если бы он не ценил
Это был взгляд со стороны на ее вчерашний демарш. Взгляд честных, заботливых подруг. Неужели Эш и впрямь совершил что-то непростительное? Она могла сколько угодно сердиться на него, но нужно ли было перевозить вещи? Говорить о разрыве? Рвать то, что было таким… крепким и устойчивым?
— Девчонки, какая же дура я была вчера, — прошептала Джоузи, закрывая лицо руками. Бетани погладила ее по спине. — Я не должна была так поступать с ним, — продолжала сокрушаться Джоузи. — Накричать на него — да. Наговорить резкостей. А теперь… Представляю, как он разозлился на меня.
— Эш не разозлился на тебя, — возразила Миа. — Он будет очень рад твоему возвращению.
Джоузи покачала головой. В ее глазах снова появилось отчаяние.
— Все гораздо хуже, чем вы думаете. Он сказал… Он сказал, что любит меня, а я… ответила, что не верю. Наговорила ему обидных слов. Сказала, что его объяснение в любви может быть еще одной манипуляцией. Представляете?
— Он тебе это впервые сказал? — осторожно спросила Бетани.
Джоузи кивнула.
— Тогда понятно, почему ты себя так повела, — сказала Миа. — А ты его любишь?
— Да, — выдохнула Джоузи. — Окончательно и бесповоротно. Я втрескалась в него, как девчонка-подросток. Чуть ли не с первого дня.
— Так это же замечательно! — просияла Бетани. — Раз вы любите друг друга, вы помиритесь. Эш простит тебя, а ты — его.
— Думаешь, это так просто? Я сейчас понимаю, какой истеричкой была вчера. Не нашла ничего лучше, как приехать к нему на работу и устроить сцену. Если бы можно было вернуть время на сутки назад!
— Любовь не делает нас совершенными, — сказала Миа. — Мы все допускали ошибки, от которых потом кусали локти. Такое было у нас с Гейбом, у Бетани с Джейсом. Теперь у вас с Эшем. Любовь и не должна быть совершенной, иначе в ней исчезнет жизнь. Но благодаря любви мы становимся совершеннее… Поезжай к нему, Джоузи. Или позвони. Помирись с ним и дай ему возможность помириться с тобой.
Тяжкий груз, давивший на плечи Джоузи, постепенно исчезал. Не весь, конечно, но ей стало легче. Появилась надежда, ощущение, что случившееся — неприятный эпизод в их жизни, но не конец отношений. Вчера поступок Эша виделся ей абсолютно непростительным. Сегодня она уже так не думала. Ошибок хватает у каждого. Кому из них будет легче простить другого? Джоузи не сомневалась, что Эшу. У него действительно было щедрое сердце.
— Спасибо вам, девочки, — облегченно улыбнулась Джоузи. — Я сейчас вернусь домой, приму душ и позвоню Эшу. Надеюсь, он выслушает мои извинения и не отключится после первых же слов.
— Обязательно выслушает, — уверила ее Миа. — Идем. Мы подбросим тебя до квартиры.
— Спасибо, но я
— А ты не устанешь? Отсюда до твоего дома приличное расстояние.
— Я знаю более короткий путь. И потом, мне нужно набраться смелости, чтобы позвонить ему.
— Хорошо. Только обязательно держи нас с Бетани в курсе. Ждем твоих эсэмэсок.
— Обязательно вам напишу. Еще раз спасибо вам, девочки. Вы меня почти не знаете, а ведь приехали поддержать меня.
— На то и существуют подруги, — усмехнулась Миа.
Они вышли из паба. Джоузи обняла их и помахала вслед отъехавшей машине, пообещав держать их в курсе ее примирения с Эшем. Поправив на плече сумку, Джоузи пошла по направлению к дому. Мысли и сейчас хаотически кружились в ее мозгу, однако на душе уже было не так мрачно.
Оставалось надеяться, что Эш простит ее и что он действительно ее любит.
Путь до дома оказался длиннее, чем она думала. Она даже устала. Конечно, сказывались вчерашние переживания и бессонная ночь. Но, невзирая на усталость, Джоузи горела желанием быстро пополоскаться в душе и позвонить Эшу.
Как назло, мобильник она оставила дома и сейчас ругала себя за рассеянность. Наверняка Эш завалил ее эсэмэсками и голосовыми сообщениями. Все это позволило бы ей лучше представить его настроение и примерный ход их разговора.
Джоузи вынула ключи и только тут обнаружила свою вторую оплошность. Уезжая с подругами, она не закрыла двери. Можно, конечно, объяснять это своим состоянием, бессонной ночью и так далее. Но все-таки надо быть внимательнее. Если они с Эшем помирятся, он снова возьмет на себя все заботы о ее безопасности. Похоже, он и сегодня не оставлял ее своим вниманием. Однако, подходя к дому, она не увидела двоих маячивших парней. Означало ли это, что Эш вскоре сам приедет к ней? Или… О другом варианте думать не хотелось.
Усилием воли Джоузи прогнала тревожную мысль. Она вошла и привычно заперла входную дверь. Войдя через какое-то время в гостиную, Джоузи поняла, что она не одна, и застыла на месте. Напротив нее стояли трое мужчин. Выражение их лиц не предвещало ничего хорошего. В двоих она сразу узнала парней, болтавшихся перед ее окнами, которых она приняла за людей Эша. Нет, это не люди Эша, и сюда они явились не для ее защиты.
Прежде чем Джоузи успела шевельнуться, один из троих оказался у нее за спиной, отрезав путь к двери. Как будто плотно задвинутая защелка позволила бы ей убежать!
— Что, мисс Карлайл, не ждали гостей? — издевательски усмехнулся третий. От его голоса у Джоузи по спине поползли мурашки. — У меня есть послание, которое вы должны передать Гейбу Хэмилтону, Джейсу Крестуэллу и Эшу Макинтайру.
Спросить, кто они такие и по какому праву вломились в ее жилище, Джоузи не успела. Ее обожгло болью, и в следующее мгновение она уже лежала на полу, беспомощная и ошеломленная.
Ее били все трое. Нос залила кровь. Рот — тоже. Что-то случилось с дыханием. Джоузи стало трудно дышать. Больно было не только снаружи. Странная боль охватила ее изнутри. Она не могла даже крикнуть.