Ожог
Шрифт:
— Там и твое место, Эш. — Джоузи умолкла, вспомнив его недавние слова. — Послушай, разве у нас уже есть дети?
Эш улыбнулся. Его улыбка была покровительственной, полной мужской самоуверенности.
— По-моему, все к этому идет. Сколько их будет — решать тебе. Я бы сначала хотел парочку мальчишек, а потом девочку. Ей ведь понадобятся старшие братья, которые всегда будут о ней заботиться. Они не будут похожи на моих старших братьев. Тем было наплевать на свою сестру. Но мы будем настоящей семьей.
— Да, Эш. Мы будем настоящей семьей, — с любовью
— Шестеро? — переспросил ошеломленный Эш. — Это целых шесть беременностей! Мне надо будет постараться.
— Может, не будем откладывать детей на потом? — всерьез спросила Джоузи.
— Ты права, не будем. Мне совсем не хочется быть старым ослом к тому времени, когда родится шестой. Но первым ребенком мы займемся не раньше, чем ты выйдешь из больницы и полностью окрепнешь. — Эш полез в карман и достал коробочку. — Я искал подходящий момент, чтобы подарить тебе это. Но вряд ли можно найти более подходящий момент, чем сейчас, когда мы говорим о том, сколько детей будет в нашей семье.
Он открыл коробочку. Джоузи ахнула, глядя на потрясающее бриллиантовое кольцо. Оно вспыхивало множеством граней, принимая и усиливая солнечный свет, лившийся из окна. Казалось, в палате вспыхнуло маленькое солнце.
Эш опустился на одно колено и нежно взял левую руку Джоузи:
— Согласна ли ты стать моей женой, Джоузи? Согласна ли ты стать матерью моих детей и идти по жизни рядом со мной? Никто и никогда не будет любить тебя сильнее, чем я. Это я готов доказывать тебе каждый день нашей совместной жизни.
Он торжественно надел кольцо на ее палец. Слезы туманили игру бриллиантовых бликов.
— Да, Эш! Я согласна стать твоей женой. Я тебя очень люблю. И очень хочу детей. Много детей.
Эш наклонился и осторожно подхватил Джоузи на руки. Он целовал ее, пока ее сердце не начало таять.
— И я очень люблю тебя, малышка. Не сомневайся в этом. Доказательство моих слов ты получишь потом, когда вернешься домой. Там я буду с тебя пылинки сдувать и баловать до неприличия.
Любуясь блеском кольца, Джоузи нежно погладила щеку Эша:
— Любовь моя, жду не дождусь, когда снова буду дома.
Глава 37
— Ты устроил мне потрясающий праздник, — замирая от восторга, сказала Джоузи. — До сих пор не верится.
Она смотрела на битком набитый бальный зал отеля «Бентли», который на сегодня превратился в выставочный.
Эш обнял ее и крепко прижал к себе:
— Я здесь ни при чем, малышка. Это сделал твой талант. Помнишь, какие глупости говорил тебе мистер Даунинг? А настоящим любителям живописи не терпится купить твои картины. Не пройдет и получаса, как все они будут раскуплены. Вместо обычной продажи — аукцион. Ставки за картины твоей эротической серии постоянно повышаются. Там идет нешуточная война цен.
Элегантно одетые люди с фужерами очень дорогого шампанского в руках ходили по залу, любуясь ее творчеством. Казалось, здесь собрались все нью-йоркские
— Тебе неприятно, что люди разглядывают изображения моего тела? Ты ведь никому не хотел показывать эти картины, собираясь быть их единственным зрителем.
Эш улыбнулся и поцеловал ее в губы.
— У меня есть живой оригинал. Зачем мне застывшие изображения? Другим приходится додумывать, представлять то, чего им не увидеть на полотнах. А я вижу это каждую ночь. И оригинал — для меня, и только для меня. Так что пусть любуются тем, чем они могут любоваться.
Джоузи тоже улыбнулась. Ей понравился его ответ.
— Но если ты напишешь что-нибудь очень уж откровенное, тогда я куплю эти картины за любую цену. И можешь сколько угодно сердиться на меня. Но полностью обнаженную Джоузи могу видеть только я. Даже на картинах.
Она шутя пихнула Эша под ребра:
— Не волнуйся. Я тоже держу под контролем степень своей обнаженности на картинах.
— Спасибо, успокоила, — пробормотал Эш. — Мне еще не хватало начищать зады мужским особям, которые будут пускать слюни, разглядывая твои картины.
— Смотри, а вот и наши девочки! — Джоузи вырвалась из объятий Эша и бросилась им навстречу.
— Джоузи! — радостно завопила Бриттани, крепко обнимая ее. — Слушай, ты теперь у нас знаменитость! Что там делается! Люди чуть ли не в драку лезут — так им хочется купить твои картины.
Джоузи поцеловала ее и махнула Кею, терпеливо стоящему в стороне.
Еще через мгновение Джоузи оказалась в объятиях Миа и Бетани.
— Девочки, вы просто неотразимы, — сказала она, разглядывая их вечерние платья. — А ваши туфли! Представляю, где они потом окажутся! — шепотом добавила она.
Все засмеялись.
— Мы обязательно должны выпить за успех Джоузи, — сказала Миа. — Шампанского нам!
Их мужчины застонали, но стон был скорее притворным. Они предвкушали продолжение выставки. Джоузи очень надеялась, что Эш сегодня будет посмелее.
Все время, пока она восстанавливалась после больницы, Эш действительно сдувал с нее пылинки. Он боялся даже дотрагиваться до ее тела, не говоря уже о сексе. Джоузи уже сама не выдержала. Прежняя неистовость Эша куда-то подевалась. Теперь он был исключительно нежен. Нельзя сказать, чтобы это ей не нравилось. Но Джоузи скучала по его напору и порывистости и даже грозила взять инициативу в свои руки.
Джоузи не понимала, почему Эш вбил себе в голову, что бурный секс может отождествиться у нее с нападением. Приятно, конечно, когда с тебя пылинки сдувают, но через какое-то время такая опека начинает тяготить. Джоузи отчаянно хотелось испытать прежние ощущения, эту тонкую грань между «слишком» и «недостаточно». Ей хотелось возвращения их прежних постельных забав, когда Эш не сдерживался, выпуская наружу все свои потаенные желания.