Ожог
Шрифт:
— Да на ком? Если бы я встретил тебя раньше…
Они немного посмеялись, перебрасываясь старыми шуточками. УАллы было хорошее настроение. Максим не мог больше откладывать главный вопрос и спросил, не знает ли она что-нибудь о Дмитрие. Когда он в последний раз появлялся на ее горизонте.
— Слушай, я даже точно не знаю. Давно не звонил. Месяца два точно…
Железно.
Ого-го. Оказывается, вот как давно.
— Может быть, ты просто с ним не разговаривала, а он пробовал дозвониться? —
— Нет, вряд ли. По сотовому бы я вычислила, а так… мне бы передали.
— Кто?
— Ну, муж.
— А как его зовут?
— Макар. Я вообще-то Алла Савинова теперь…
— Поздравляю, — сказал Снегов. — Когда это с тобой приключилось?
Хм, а Кочнев ничего не говорил.
— Три месяца назад.
— Не знал, Димыч не рассказывал.
— Так что с ним?
— То есть, ни вчера, ни на днях он не появлялся?
— Нет. Не темни, рассказывай давай, в чем дело, — потребовала Алла.
— Просто не могу его застать дома, думал, ты в курсе. — Значит, она вообще ничего не знает, сказал себе Максим. Рассказывать или нет?
— Не имею понятия. Мы когда с ним три месяца назад общались — поссорились. Я ему сказала, что замуж выхожу, а он обозвал Макара придурком и ушел. Пьяный был.
— Понятно.
— И это все? — спросила Алла.
— А что еще?
— Не знаю. Не темнишь? Все равно узнаю.
— А ты не могла раньше поинтересоваться, что с твоим бывшим происходит?
— Почему я должна интересоваться? Он не хочет меня знать, а я ему не нянька, чтобы всю жизнь следить за ним! У всех своя жизнь. Между прочим, четыре ведь года прошло!
— Дела у него не очень, по-моему, идут.
— Конечно, не очень, если он без бутылки прожить не может. Его лучше воспринимать на расстоянии, так для всех легче, понимаешь.
— Безусловно, я же писатель, — сказал Максим. — Мне положено все понимать.
— В смысле?
— Да просто.
Алла помолчала.
— У него своя жизнь — и все. Когда он раньше звонил, я же с ним всегда разговаривала, слушала. А потом он решил, что все это и не надо. Я же не могу заставить его звонить мне каждый день и рассказывать новости… У меня же семья теперь, Макс.
— Да, все правильно. Извини, что отвлекаю от семьи. Буду дозваниваться, шею ему намылю за то, что пропал. — Максим рассмеялся. Он надеялся, что Алла не стала подозревать его в сокрытии правды. Объясняться с ней, рассказывать длинную предысторию сейчас не имело смысла.
— Ну смотри, — сказала Алла. — А может, мне самой ему звякнуть?
— Э, нет, не надо. Ничего особенно срочного нет.
— Ну ладно. Тогда счастливо.
— Удачи, Ал. Привет мужу.
Она засмеялась и повесила трубку.
Максим нисколько не поверил в то, что Алла отказалась от идеи позвонить
Максим слушал гудки с трубке и воображал, что Кочнев бежит к телефону.
Но, по всей видимости, Дмитрий бежать не собирался. Снегов который раз общался с пустотой, посылая в нее бесполезные SOS.
— Подождем до завтра, — сказал Максим, бросая трубку в кресло, где недавно спал.
Зато хорошие новости ждали его по электронной почте. Аид ответила. С чувством ликования Максим кликнул на «re: Почему не пишешь так долго?»
Сообщение открылось, и он стал читать.
— Дин, помоешь посуду? — спросила мать после ужина. — Я устала.
— Ладно, без проблем.
Женщина повесила фартук на дверь и повернулась к дочери.
— Как твои дела? Что в школе?
Дина улыбнулась. Обычный ритуал. Родители спрашивают то, что им положено спрашивать, а ты отвечаешь то, что положено отвечать. Вопрос — положительный ответ.
— Порядок, привыкаю, — сказала Дина.
Мать поглядела на нее, девушка отвернулась к раковине, включая воду.
— Скоро закончишь школу, невероятно. Оглянуться не успеешь… — сказала женщина.
Дина напряглась. Пытку разговорами о будущем и философскими вздохами она не выдержит. Можно обойтись без них сегодня?..
Девушка капнула на влажную губку моющего средства. Мать не уходила, стояла в дверях. Можно было почувствовать каждый взмах ее ресниц. Ну пусть поймет, что дочь не расположена беседовать на подобные темы.
Образовавшаяся пена покрыла поверхность большой тарелки, на которой выкладывались к ужину куски жареного мяса. Дина медленно водила губкой, ожидая, когда мать уйдет. Она в конце концов устала, так пускай отдыхает.
Дина поглядела через плечо, и от ее взгляда мать точно ветром сдуло.
Нехорошо, конечно, так напрямую выказывать свое неудовольствие, но правда же — сейчас не время для разговоров. Мысли Дины занимало совершенно другое — та пустая квартира на первом этаже. Кажется, она снилась ей днем. Это был не кошмар, просто набор мутных образов: комната, ванная, кухня. Потом во сне появилась капля крови на бетоне перед дверью. Дина смотрела на нее, пока та не стал закипать, точно поверхность под ней нагрелась. От крови пошел мерзкий запах. Когда Дина открыла глаза, ей показалось, что вонь горелого пропитала всю комнату. Вскоре запах рассеялся. Скорее всего он был лишь во сне.