Озорник
Шрифт:
Франческе было двадцать девять – возраст, когда точно знаешь, чего хочешь от жизни.
Она не знала.
У нее было все – или почти все.
Должность в компании, уважение других, внешность, ум. Но она отдала бы все это только за возможность стать счастливой, стать кому-то действительно нужной.
Отдала бы за то, чтобы просто не быть одинокой.
Раннее разочарование сделало ее пугливой до любви – даже, скорее, недоверяющей.
Она привыкла выглядеть блистательной, уверенной в себе женщиной, а на самом деле в свои двадцать девять была все еще юным и неопытным созданием, боящимся малейшего изменения в своей жизни.
В тот вечер в доме генерального директора устраивался фуршет по случаю Дня Благодарения.
Ей сказали, что из-за границы приезжает его сын – вполне многообещающий молодой человек.
Кажется, его звали Роберт, у него были зеленые глаза, приятный голос – и ему недавно исполнилось девятнадцать.
– Какой же он молодой человек, сущий мальчишка! – подумала она тогда.
И тут же забыла об этом.
Фуршет обещал быть грандиозным, к нему готовились весь месяц, и у Франчески залегли пока еще едва заметные синие круги под глазами.
Одеваясь к празднеству, она неожиданно бросила взгляд в зеркало – и увидела ту молоденькую доверчивую девушку, которой она была много лет назад
Что за глупости.
Это было слишком давно, да и слишком больно было теперь ворошить прошлое после всего, что случилось.
Выходя из дому и садясь в машину, Франческа снова скрылась за знакомой маской состоявшей женщины – в привычном образе она чувствовала себя намного уютнее.
Гостей было столько, что у нее уже через час от усталости разболелась голова. Она решила пройти в бильярдную, где обычно в такие вечера никого не было.
В бильярдной – огромной комнате, основную часть мебели которой составляли столы для игры в бильярд – стояла кромешная темнота. Франческа потянулась рукой к выключателю, и неожиданно яркий свет запомнил помещение.
Она была не единственной, кто в сегодняшний вечер решил сбежать от гостей.
На стуле у стены напротив сидел молодой человек – и Франческе отчего-то показалось, что он заранее знал, что она придет сюда.
Его нельзя было назвать красивым с точки зрения классической красоты, но он, несомненно, был до невозможности очарователен.
Начиная с зеленых, невыносимо лукавых глаз и растянутых в белоснежной ухмылке губ.
– Озорник, – сама не зная отчего, прошептала она.
Немного позже Франческа узнала, что он и есть тот самый Роберт, недавно вернувшийся в Англию.
Они разговаривали и разговаривали, и он так много смешил ее, что она хохотала как сумасшедшая, забыв обо всем. Хотя бы раз в жизни позволив себе снова стать взбалмошной девчонкой.
А потом он вдруг спросил, умеет ли она играть в бильярд. Она не умела, и он предложил показать. Конечно, она примерно знала правила – недаром ведь столько раз ходила на матчи.
И все-таки согласилась.
Когда Роберт стал показывать ей, как правильно держать кий, его рука случайно коснулась ее – но он не смутился и стал говорить дальше.
А Франческа попросту сделала вид, что не заметила, тогда как внутри у нее все перевернулось.
После этого они еще немного поиграли в бильярд, поговорили – и довольно быстро разошлись – она всегда старалась уйти пораньше, а он еще остался на фуршете, который обещал затянуться надолго.
Уже дома Франческа снова начала думать о нем.
– Озорник, ну какой озорник! – все повторяла она, засыпая.
В ту ночь ей снились зеленые глаза и улыбающиеся губы.
В последующие дни они не виделись, и Франческа постепенно начала забывать о знакомстве на фуршете. Она вновь стала жить обыкновенной жизнью, ушла в дела и вскоре уже относилась к их беседе как к приятной случайности, окрасившей ее вечер.
Все изменилось, когда Роберт однажды пришел в отдел к отцу. Они столкнулись с Франческой в кафетерии, и она потом все спрашивала себя, были ли их встречи простой случайностью?
Он втянул ее в новый разговор, и она почему-то доверилась ему – стала рассказывать о себе, о своей жизни. Франческе, как и многим из нас, было гораздо легче раскрыть душу почти незнакомому человеку.
Так началась их история.
Роберт стал все чаще появляться в ее офисе. Их можно было увидеть в кафе на первом этаже, в зимних оранжереях, в кабинете самой Франчески.
Она не видела ничего предосудительного в их общении, для нее он оставался мальчишкой. Необыкновенно обаятельным, интересным, иногда даже загадочным. И все-таки мальчишкой.
Франческа видела в нем дружескую поддержку, который ей так долго не хватало. Не более.
Однако, она перестала зачеркивать дни в календаре в ожидании отпуска, перестала вообще следить за временем, несколько раз даже опоздала на работу, чего ранее никогда за ней не замечалось.
Франческа изменилась.
На нее стали как-то странно поглядывать, и не случайно – она вся искрилась, глаза ее радостно блестели и улыбались даже тогда, когда сама она оставалась серьезной.