Пацифист

Касим

— Правда? — Задумчиво спросила Тоф, опустив голову к земле.

— Да. — Кивнул я, начав готовить Чи для следующей демонстрации. — Открою тебе небольшой секрет. Тоже самое можно провернуть и с нашей чувствительностью.

В этот момент я начал выпускать в землю волны Чи, слегка поднимая и опуская плечи.

— Дядя? — Непонимающе завертев головой Тоф, на лице которое сначала отразилось непонимание, а потом страх. — Где ты?

Сказав это она ударила по земле кулаком, отправив по ней волну Чи, из-за чего мне пришлось поднапрячься, чтобы

не выдать себя.

— Куда ты пропал?! — Выкрикнула она, решив что меня рядом нет.

— Я здесь. — Ответил я, перестав поддерживать технику и появившись в восприятии племяшки, заставив ту вздрогнуть. — Я никуда не уходил.

— Да как ты это сделаешь, дядя?! — Взорвалась она, видать устав удивляться.

— Я же говорил тебе, что многому тебя научил. Многому, но далеко не всему. — Важно продекларировал я, подняв палец, вспомнив про одного снежного барса и его учителя-опекуна.

Правда этой техникой я овладел лишь недавно, из-за ее невероятных требований к контролю внутренний Чи. Дело в том, что сеймочуствительность построена на волнах, которые маги земли чувствуют благодаря контролю своей стихии. Но что такое волна?

Если отбросить большую часть физики, то это легкое смещение материи, под воздействием самых разных факторов, которая распространяется по более-менее однородной среде, постепенно затухая. Чувствуя эти смещения, а также самостоятельно создавая такие и напитывая их Чи, чтобы получать отклик при столкновении с другими объектами, мы с Тоф можем ощущать окружающий мир.

Размышляя об этом и, вспоминая школьный курс физики, я пришел ко одной интересной теории — а возможно ли гасить эти волны, делая мои шаги неслышимыми и необнаружимыми для сейсмочуствительности? В теории — да. Ведь существовал эффект, когда наложение друг на друга двух волн с одинаковыми фазами усиливало их эффект, а с противоположными, наоборот, нивелировало.

Загоревшись этой идеей три года назад, во время плавания на корабле на Северный Полюс, когда мне было нечего делать, я начал оттачивать этот навык. Попытки на ощупь подобрать то самое ощущение, позволявшее либо гасить, либо усиливать свои собственные «волны», затянулись надолго. Все же микроконтроль над стихией и энергией всегда был самым тяжелым в наработке параметром. Конечно талант, а точнее чувствительность к Чи, тоже играла свою роль, но не такую большую, как при исполнении традиционных ката.

Из-за этого нащупывайте правильного направления, а после закрепление получившегося результата заняли порядка двух лет, окончившись аккурат перед моим отбытием с Северного Племени Воды.

Много ли мне это дало? И нет, и да. С одной стороны я не стал сильнее как маг и боец, так и оставшись сильным мастером собственной стихии, овладевшим на среднем уровне большинством ее ответвлений, а с другой — мой контроль и умение создавать тонкие и детализированные конструкции шагнули на новый уровень.

Теперь я мог создавать из камня, металла, кристалла и песка скульптуры такой точности и детализированности, что даже

самый предвзятый критик не смог бы придраться.

Хорошее достижение, пока я не вспомнил один из эпизодов сериала, в котором Тоф, особо не напрягаясь, за пару мгновений создала из песка точную копию Ба Синг Се. Сколько тогда должно было стукнуть племяшке? 12? 13? Удивительно, что после такого моя самооценка не повесилась на ближайшем дереве.

— Так почему тебя три года не было? — Спросила задумчивая Тоф, выдернув меня из собственных размышлений. — Ты вообще по нам скучал? Вспоминал?

— Каждый день, дорогая. — Сказал я, положив руку ей на плечо и прижимая ее к себе. Вырываться она, слава Духам, не стала, что значило о ее готовности меня выслушать. — Я вспоминал о вас каждый день, мечтая поскорее увидится.

— Но все равно не возвращался. — Нахмурившись заметила она. — Слишком увлекся магией. Она всегда стояла для тебя на первом месте, дядя.

— Это не так, Тоф. — Сказал я, повернув к ней голову. — Магия для меня лишь инструмент. Способ создавать что новое, полезное.

— Например? Те железяки, в которых ты ходишь? Или тот тоннель, по которому теперь беженцев из Омашу привозят? — Иронично подняв бровь, спросила племяшка. На счет последнего, это был прямой приказ царя Буми, которого наши семьи не могли ослушаться. Дело в том, что после поражения под Ба Синг Се Народ Огня пересмотрел свою военную доктрину и начал усиливать давление на южную часть континента, в будущем планируя взять второй по величине город Царства. Поэтому в Гаолинь, под руку семей Бейфонг и Гаян, начал течь пока тонкий ручеек беженцев.

— Не совсем. — Возразил я ей и, немного посомневавшись, решил раскрыть ей одну тайну:

— Не буду лгать — одной из причин, почему я так долго задержался в Северном Племени Воды было изучение их магии и культуры. Но был и другой повод.

Сказав это я достал из-за пазухи маленькую коробочку из красного дерева, которая до этого лежала в одном из карманов плаща, чтобы не дай Духи не пострадать во время битвы на Арене.

— Что это? — Спросила Тоф, когда я положил ее прямо к ней в руки.

— Сначала открой. — Предложил я, придерживая племянницу за плечо. — Только осторожней, они очень хрупкие.

Понимающе кивнув, она открыла шкатулку и мягко провела пальцами по бархатной подушечке, на которых лежали две тонкие, стеклянные линзы.

— Что это? — Удивленно спросила Тоф, аккуратно удерживая между пальцами тонкую стекляшку.

— Стеклянное око. — Ответил я, не зная как в местном языке звучало бы слово линза. Да, очки и подзорные трубы уже существовали, но точного названия стекол, используемых в них, знали лишь ученые и мастера их изготовляющие. — Мое изобретение, которое я начал создавать как только ты родилась.