Падь
Шрифт:
Дорога проходила через ухоженные виноградники. Гроздья крупных ягод тяжёлыми кистями свешивались с лозы, вспыхивая янтарным светом в лучах заходящего солнца. Лошади, почуяв близость конюшни, высоко подняли головы и тихо заржали, ускоряя шаг. По мере того, как обоз продвигался к замку, путешественницу начинало трясти больше и больше. Она готова была соскочить с телеги и бежать, куда глядят глаза. Хотя, возможно, именно в замке её ждёт долгожданный финиш: включатся прожектора, опустится занавес. Снова замаячила призрачная надежда.
Наташа ожидала увидеть крепостной ров, наполненный
Раздался глухой топот копыт по булыжнику. Позади с грохотом опустилась решётка, с лязганьем закрылись ворота.
Громкие голоса приветствия наполнили воздух, и он пришёл в движение осязаемыми волнами. Казалось, что он не такой, как за стенами, а особенный: густой, влажный, с едва уловимым запахом хлора.
Всадники скрылись за углом замка. Бригахбург давал распоряжения, распускал людей, позволяя оставить гружёные телеги до утра. Слышался стук копыт, звон уздечек и нетерпеливое ржание выпрягаемых лошадей.
Чуда, которого так ждала Наташа, не произошло. Какие прожектора? Стоило солнцу спрятаться за горой, всё вокруг погрузилось в непроницаемую пугающую темноту, усиливающуюся нависающими каменными стенами. Возле телег проходили люди с полыхающими факелами. Мужчины и женщины переговаривались вполголоса, с любопытством оглядываясь на карету.
Никто не обращал на Наташу внимания. Она, вся сжавшись и нахохлившись, как напуганный воробышек, слившись с темнотой и плотнее кутаясь в накидку, неподвижно сидела в телеге, стараясь не привлекать внимания. Спрятав лицо в складках ткани на восточный манер, она наблюдала за происходящим.
Герард остановился возле кареты графини, открывая дверцу.
Юфрозина, держась за его руку, с высокомерным видом спустилась на мостовую. Плотно повязанный серый платок закрывал лоб по самые брови.
— Ну и моська у этой Фроськи, — прошептала девушка неприязненно. — Ненавижу.
Бригахбург проводил невесту сына к ярко освещённому факелами высокому крыльцу.
Наташа хмыкнула:
— Воссоединение с семьёй состоялось.
На нижней ступеньке стояла невысокая женщина в чёрном бесформенном платье с накинутой на плечи вязаной шалью. На овальном лице блестели чёрные глаза. Чепец, низко надвинутый на лоб, скрывал волосы и возраст.
Что ей говорил граф, слышно не было. Она, глядя на него, открыто и радостно улыбалась. Что-то ответила, притрагиваясь к его руке. Он накрыл её ладонь своей, поглаживая.
Язык жестов говорит о многом. «Ну, вот и жёнушка пожаловали, — решила девушка. — В таком возрасте и при такой внешности остаться холостяком сложно».
Женщина вместе с гостьей скрылась в тёмном проёме настежь распахнутой входной двери.
Его сиятельство обернулся, переводя взгляд с одной телеги на другую. Он явно кого-то искал. Встретившись
Подойдя к Наташе, стал вполоборота, оглядываясь по сторонам. Глянув на неё, протянул руку к её лицу. Она отпрянула, расширив глаза. Рука мужчины застыла: «Боится», продолжила движение, оттянула край накидки вниз, открывая лицо полностью. Иноземка не сводила с него настороженных глаз. Герарда окатило жаром. Он тяжело вздохнул, морщась.
На крыльце показалась женщина, проводившая Юфрозину. Едва взглянув на незнакомку, подошла к его сиятельству.
— Клара, устрой её на ночь.
Наташа сползла с телеги. Ноги дрожали. Сняла накидку, кладя на облучок, зябко ёжась. Платье, прикрытое косынкой, в свете факелов слабо мерцало разноцветными искрами. Огляделась. Двор замка оказался вымощен булыжником. Лошадей уже увели.
— Кто это, хозяин? — Клара бесцеремонно и неприязненно рассматривала незнакомку.
— Пока не знаю. В лесу нашли.
— Так куда её? В гостевые покои или к прислуге?
— В гостевые, а завтра посмотрим, — устало потёр лицо Бригахбург.
— И обслужить, как гостью? — вздёрнула женщина аккуратный носик, скривив губы в недоброй ухмылке.
— Клара, всё, как всегда, — сказал хозяин раздражённо, окидывая дрожащую иноземку сверху донизу. Добавил, обращаясь к ней: — Забери свой мешок.
Через мгновение из темноты появился мальчишка лет десяти с её рюкзачком. Он с любопытством его потряхивал, прислушиваясь к исходящим из него гремящим звукам.
Наташа приоткрыла изумлённо рот. Она не верила своим глазам!
— Спасибо, ваше сиятельство.
Мужчина пристально смотрел ей вслед: «Кто же ты?»
Клара вела гостью по лестнице к входной двери. В дверном проёме показался высокий, хорошо одетый молодой мужчина. Увидев поднимающихся женщин, он, сложив руки на груди, прислонился плечом к дверному косяку и с ленивой улыбкой на красивом лице с интересом рассматривал незнакомку. Наташа скользнула по нему усталым взглядом, отметив, что он похож на графа, но немного худее. Хмыкнула: «Красавчик с завышенной самооценкой». Тот, заметив её пренебрежение, выгнул бровь в немом вопросе. Переведя взор на сопровождающую, поинтересовался:
— Брат уже прошёл в свои покои?
— Нет, господин барон, он ещё во дворе.
Дверь сзади за женщинами с шумом закрылась.
Они шли через большой полукруглый зал, освещённый единственным факелом на стене. В нос ударил слабый запах жареного мяса, ароматных приправ и мёда.
Наташа едва не подавилась слюной, поняв, как голодна. Голова закружилась. От слабости подгибались ноги.
Они поднялись по лестнице на второй этаж и свернули вправо в тёмный длинный коридор, слабо освещаемый одиночными факелами в прикреплённых к стенам держателях. В тишине гулко стучали подошвы обуви Клары. Пройдя немного, она обернулась, убеждаясь, что за ней следуют. Распахнув тяжёлую двустворчатую массивную дверь, вошла, растворяясь в темноте. Через мгновение девушка услышала: