Падшие сердца

Эндрюс Вирджиния

— Дворецкий по–прежнему Куртис, и повар Рай Виски? — спросила я у Тони.

— Конечно. Без них невозможно представить Фарти.

— Рай Виски? — рассмеялся Логан.

— Настоящее его имя Рой Вильямс, но все зовут его Рай Виски, — пояснила я.

— Не все, — возразил Тони. — Когда дело касается моих слуг, я пытаюсь сохранить достоинство.

Я отвернулась и стала смотреть в окно в ожидании, когда покажется Фартинггейл–Мэнор. Мне хотелось, чтобы все было так, как в тот первый день, когда он предстал передо мной: ощутить то же волнение и то же чувство новизны. Я вспомнила удивление, узнав, что у дома есть собственное

имя (теперь это уже не казалось мне странным и необычным). Я всегда считала Фарти живым существом, имеющим свое лицо, свою историю. Этот особняк напоминал вдовствующую королеву, которая, пребывая на покое, продолжает безраздельно властвовать. Мне не хотелось в этом признаваться, но все же я возвращалась домой, где оставалась частица меня самой, о которой я надеялась забыть, выходя замуж за Логана.

Мы ехали на север. Вдоль дороги выстроились большие раскидистые деревья, дававшие приятную тень, за ними виднелись зеленые лужайки. Был погожий летний полдень, и листва деревьев предстала перед нами во всей своей пышной красоте. В этот день, такой светлый и яркий, хотелось начать новую жизнь, надеяться на лучшее.

— А знаете, — заговорил Логан, — я никогда не замечал, как Новая Англия похожа на Уиллис, вот только нет гор и хижин. Эти домики — совсем не бедные хибарки, правда, Хевен?

— Да, — согласилась я. — Но без них Уиллис не был бы Уиллисом.

— Мы собираемся поселиться в Уиннерроу, — продолжал Логан. — Пока мы живем в лесном домике, но в скором времени думаем построить что–нибудь более существенное.

— Вот как? — произнес Тони, поворачиваясь к Логану и сосредоточенно прищуриваясь. Я словно читала его мысли. Он пересматривал свое первоначальное мнение о Логане, чувствуя что–то неожиданное. — Здесь вы как раз и увидите нечто весьма существенное, — добавил Тони. — Фарти построил мой пра–пра–прадедушка, и каждый первый сын, который его наследует, совершенствует Фарти.

— Неужели? — Логан повернулся ко мне, глаза его широко раскрылись от удивления. Своим волнением и нетерпением он напомнил мне маленького мальчика, которому собирались подарить потрясающую игрушку.

— Мы подъезжаем, — объявил Тони. Логан подался вперед, чтобы не пропустить момент, когда деревья расступятся и покажется Фарти. Майлс свернул на частную дорогу, у подъезда на ней были установлены кованые железные ворота, смыкавшиеся в виде арки с изысканно украшенной надписью: ФАРТИНГГЕЙЛ–МЭНОР.

— Я уже однажды проезжал мимо этих ворот, — задумчиво произнес Логан. — Мне очень хотелось заехать внутрь повидаться с Хевен, но я так и не решился.

— Ах так? Похоже, что ваши терпение и настойчивость принесли плоды, — сказал Тони и подмигнул мне. Я прижалась лицом к стеклу, следя за проносившимися мимо елями, соснами, пихтами. Мы приближались к подъездному кругу. И вот сквозь деревья замаячила серая каменная громада. Контуры величественного здания эффектно вырисовывались на фоне кобальтовой сини неба, высоко вздымалась ввысь красная крыша. Я поразилась, что при виде этой картины у меня снова перехватило дыхание. Фартинггейл глубоко поразил и Логана.

— Это и вправду похоже на замок, — очарованно проговорил он.

— И в него снова возвращается принцесса, — продолжил, улыбаясь, Тони, положив свою руку на мою.

Майлс подкатил прямо к широким ступеням, ведущим к резной двери, за которой начинался лабиринт.

— Итак, наше путешествие

начинается, — провозгласил Тони. Я чувствовала, как волнуется Логан. Он залпом допил остатки виски и торопливо вышел из машины. Я же не спешила: меня вдруг охватил неожиданный испуг. Я бросила быстрый взгляд на мощные живые изгороди, служившие стенами лабиринта. По другую сторону стоял коттедж Троя. И хотя день был ясный и солнечный, показалось, что изгороди и проходы в них окутывала какая–то таинственная дымка.

Логан не подозревал, куда ведет лабиринт, но очень хорошо знал о моих чувствах к Трою и даже о том, что мы были помолвлены, но нас разлучила трагическая смерть моего жениха. Все это Логан узнал, когда выхаживал меня в моем лесном домике: у меня был сильный жар, и я бредила. В бреду я звала Троя, мне кажется он даже привиделся мне, когда, открывая в полубеспамятстве глаза, я смотрела на склоненное надо мной встревоженное лицо Логана. Я помню, каким это было для него ударом.

— Но почему ты не можешь мне довериться, обращался тогда ко мне Логан, думая, что я сплю. В его голосе звучала ласка, а рука нежно отводила локон с потного лба. — Я видел тебя с этим Кэлом Деннисоном и готов был прошибить им стену. А однажды встретил с Троем, которого ты все время зовешь, и возненавидел его. Каким же дураком я был, Хевен, каким болваном, и вот потерял тебя…

Но в итоге Логан стал моим мужем, и теперь я испытывала перед ним чувство вины, глядя на лабиринт, думая о Трое и нашей любви, погибшей вместе с ним. Но я ничего не могла поделать с охватившими меня воспоминаниями. Они терзали мне сердце и наполняли глаза слезами. Я спрятала от Логана лицо, понимая, как несправедливо было по отношению к нему думать о другом мужчине, которого я когда–то любила, даже если эти мысли возникли у меня всего лишь на несколько мгновений.

— Невероятно, — сказал Логан. Он стоял, положив руки на бедра и смотрел на открывшийся перед ним вид, удивленно качая головой.

— Сейчас мы пройдем в дом, вы освежитесь после дороги, а потом я все покажу, или… может быть, ты, Хевен, будешь проводником? — быстро спросил меня Тони.

— Нет, нет. Я думаю навестить Джиллиан, — ответила я и подняла глаза на большие темные окна, за которыми заточила себя моя бабушка по материнской линии.

— Конечно, — согласился Тони и повел нас к парадной двери, которую тотчас открыл Куртис. Он отступил назад, я быстро подошла и поздоровалась с ним.

— Добро пожаловать домой, мисс, — сказал Куртис, и я покраснела от смущения. Я взглянула на Тони и заметила на его лице удовлетворение. Можно было почти не сомневаться, что дворецкий говорил со слов Тони. Я представила Логана Куртису.

Войдя внутрь дома, Логан стал ходить по кругу, внимательно все осматривая. В этот момент он походил на жителя с холмов, впервые спустившегося в город. Мне вспомнился благоговейный трепет, который я испытала при первом знакомстве с Фарти. Казалось, это было так давно. Как быстро я привыкла к его богатству.

Я заглянула в огромную гостиную: мой взгляд задержался на великолепном рояле, на котором обычно играл Трой каждый раз, когда приходил из своего коттеджа в большой дом. На мгновение у меня в ушах зазвучала мелодия Шопена — романтическая музыка, очаровывающая меня и вызывающая трепет. Я представила за роялем Троя: его длинные тонкие пальцы летали по клавишам. Дрожь прошла по моему телу.