Палачи и киллеры
Шрифт:
«ВОЙНА КОРМИТСЯ ВОЙНОЮ»
Во времена тридцатилетней войны (1618-1648) в долине Фуны бесчинствовали наемники полководца Валленштейна. Характер этой войны обусловил то, что наемники появились во многих районах Германии, а в некоторых местах застревали надолго. Ландскнехты грабили и убивали, жгли дома и амбары, угоняли скот.
В такой ситуации вдова князя Иоганна Георга I княгиня Доротея, владевшая Радегастом и Зандерслебеном, решилась на весьма необычный поступок. В январе 1626 года она обратилась с посланием к фельдмаршалу императорских войск графу Коллальто. В нем она с горечью писала, что непрекращающиеся постои и рейды его солдат совершенно разорили край. Она умоляла
Поначалу обращение не привело ни к каким результатам. Мирным жителям по-прежнему приходилось спасаться бегством от солдат-грабителей. Они скрывались на маленьких островках посреди болот. Поскольку чужеземные захватчики ничего не знали о тех немногих тропах, что вели туда, беженцы чувствовали себя в относительной безопасности. И все же они продолжали страдать от набегов банд наемников. Те постоянно угрожали их жизням и не давали спокойно возделывать поля.
Тогда княгиня обратилась с новым посланием, на этот раз к полковнику фон Виттенхорсту, одному из приближенных Альбрехта Валленштейна. Но прошло много месяцев, пока ей наконец не пообещали, что в будущем через ее княжество больше не будут следовать войска.
Но что значили подобные обещания в условиях, когда во всей стране шла кровопролитная война? Озверевшие наемники не щадили ни жизни мирных жителей, ни тем более их имущества. Это была самая длительная война в истории «Священной римской империи германской нации» в период разложения феодального строя. Каждый князь стремился расширить свои владения и сферу влияния за счет других, в частности, за счет императора. В свою очередь, Габсбурги значительно увеличили «наследственные земли» за счет Чехии и Западной Венгрии.
На первый взгляд казалось, что стороны воевали друг с другом из-за разногласий по религиозным вопросам. Так, в 1608 году возникла Протестантская уния во главе с курфюрстом Пфальцским. Через год была создана Католическая лига, где тон задавала Бавария, обладавшая наибольшей военной мощью, Поддержку обеим сторонам оказали иностранные державы. Англия и Нидерланды стали союзниками Унии, в то время как Испания, где правила династия Габсбургов, пришла на помощь Лиге. В итоге большая война вылилась во множество мелких сражений и грабительских набегов.
В ту пору Валленштейн произнес фразу: «Война кормится войною», ставшую девизом всех ландскнехтов. Главнокомандующий имперскими войсками разработал особую методу, приведшую в результате к реформе всего военного дела. Для дома Габсбургов он набрал хорошо вооруженную вымуштрованную армию наемных солдат, а расходы на нее покрыл по разработанной системе. Валленштейн обложил население дополнительным налогом, а также получил кредит от банкира Яна де Вита. На эти средства он организовал мануфактуры по производству амуниции, боеприпасов и вооружения но единым стандартам. Тем самым было положено начало военной индустрии. Когда в 162 5 году благодаря Валленштейну в распоряжении императора оказалось полностью экипированное 20-тысячное войско, тот предоставил ему солидные кредиты и. щедро одарил земельными угодьями.
Во время тридцатилетней войны наемники процветали. Они служили сегодня одному, а завтра другому, переходя из лагеря в лагерь, Интересуясь размерами жалованья и долей добычи. Там, где появлялись ландскнехты, сразу же начались грабежи, убийства, поджоги и насилия. Население дрожало при одном упоминании их имен. Благодаря войне они оказались в чрезвычайно привилегированном положении. У любого из них имелось собственное оружие, снаряжение и даже прислуга, и жалованье им определяли в зависимости от количества всех этих предметов и слуг.
Во главе отряда, как правило, верхом на коне ехал капитан. За ним шествовали мушкетеры и аркебузеры, барабанщик, трубач, а затем уже фельдфебель, ландскнехты
Застигнутые врасплох, защитники не смогли дать отпор врагу. Банды наемников бешеным вихрем пронеслись по улицам города и, как обычно, начали вершить кровавые дела. Они швыряли горящие факелы в деревянные рыбацкие домишки в предместье города. Ветер быстро перенес огонь на соседние здания. Прошло совсем немного времени, и весь город был охвачен пожаром.
Жители в ужасе и смятении пытались спастись бегством от гнавшихся за ними ландскнехтов и не уступавшей им в быстроте огненной стихии. Но почти повсюду их подстерегала смерть. Многие, обезумев от страха, бросались в Эльбу, и почти все погибли в ее водах. Некоторые искали прибежища в кафедральном соборе, другие под сводами женского монастыря. Пожар пощадил лишь несколько зданий. К вечеру 10 мая 1631 года гордый город на Эльбе представлял собой лишь груду дымящихся развалин.
Наемники Тилли, перепуганные и раздосадованные, злобно взирали на дело рук своих. Им некого было винить, что прахом пошли все надежды на хорошую наживу и лихой кутеж по случаю победы. В те времена действовал неписаный закон — взятый приступом город на три дня отдавался на разграбление захватившим его войскам. Любой из командиров наемных отрядов, пожелавший воспрепятствовать этому, рисковал вызвать мятеж в рядах своих солдат. Тилли также следовал общему правилу. Но в Магдебурге грабителям почти ничего не досталось. Тем яростнее они принялись искать разного рода тайники, где жители могли спрятать имущество.
Чем дольше длилась война, тем больше зверели наемники. Зачастую они отделялись от больших отрядов и объединялись в мелкие шайки, которые стремились лишь награбить побольше добра. Их совершенно не интересовали цели, которые преследовал в этой войне тот или иной феодальный властитель.
Законы и обычаи Тридцатилетней войны не могли не оказать своего воздействия на шведские войска, которые во главе с королем Густавом-Адольфом II вмешались в борьбу. Они были сформированы из мобилизованных крестьян, горожан и дворян и на первых порах отличались дисциплинированностью и порядком. Шведские солдаты, вооруженные меткими скорострельными мушкетами, показали свое полное превосходство над отрядами наемников и одержали победу во многих битвах. Но в ходе непрекращающихся военных действий шведская армия как по кадровому составу, так и по чинимым ее солдатами разбою и насилиям все больше и больше стала походить на обыкновенную орду наемников. Ландскнехты, мародеры в расчете на хорошую поживу охотно шли к шведам, и те, подобно другим бандам наемников, также оставляли на своем пути разоренные дотла города и деревни. Когда раздавался крик «Шведы!», население, доведенное до отчаяния войной и грабежами, в панике бежало в леса, горы или просто куда глаза глядят.