Паладин
Шрифт:
— А ты сама не можешь её как-то использовать? — продолжая разговор про эссенцию, интересуюсь у разминающей ноги после долгого сидения на корточках котодевочки.
— Нет, — покачала головой Нэроко, после чего сдвинула ногой усохшие останки последнего слизня и начала затирать подошвами сапожек свой ритуальный узор. — Я могу приготовить некоторые простые составы для разных типов ран или от лихорадки, но для зелий, где применяется эссенция, нужно специальное лабораторное оборудование. Ну и знания. Я кое-что читала, но для настоящего алхимика этого мало. В лучшем случае, мои навыки сойдут за ученические. А зачарование и артефакторика — и вовсе
— То есть предлагаешь всё продать?
— Можно оставить немного на всякий случай, — закончив топтаться, подняла на меня глаза нэка. — Но решать тебе, я же отказалась от своей доли, — казалось бы, на этом моменте она должна намекнуть голосом или мимикой, что таки хочет получить толику малую, но… нет.
Вопреки всем ожиданиям, что я унаследовал при жизни в обществе тотальных жадности и рвачества, а также ранее продемонстрированным пробивным замашкам, вообще ничего в её облике даже с натяжкой не намекало на то, что кшарианка претендует на долю. Даже этаких женских сигналов, направленных на то, чтобы заставить мужчину самому предложить, не было. Хотя, сказать по правде, она и до этого таких сигналов ни разу не подавала. Ну, либо в местных реалиях они выглядели как-то иначе, нежели привычные мне…
— Эх… — ещё раз взвесив мешочек на руке, я вздохнул и перенёс его в Инвентарь. — Забудь, половина твоя. Не хватало ещё, чтобы я грабил свою напарницу, которая ещё и сделала всю работу…
— Но ведь это ты убил всех слизней, — забавно наклонила левое ушко эдак под углом вбок девушка.
— Но обрабатывала-то их ты.
— … — меня задумчиво разглядывали.
— Что? — первым сдался я.
— Ты неправильный авантюрист, — моргнув, сообщили мне бескомпромиссным тоном. — Я уже давно это заметила, — хвостиком «кач-кач». — Ты не задумываешься о деньгах и легко идёшь на уступки по разделению прибыли…
— И? — подбодрил я её, ибо замолчала, а к чему она клонит, я так и не понял.
— Не могу понять, — этак озадаченно взмахнула ушками Нэроко.
— Чего именно?
— Драконы должны любить золото, но тебе всё равно. Богатый аристократ не стал бы разговаривать с простой Медной, и тем более разговаривать так, как это делаешь ты. А любой авантюрист тем более должен пытаться выбить себе максимально возможную долю за любую работу. Поэтому ты неправильный дракон, аристократ и авантюрист.
— Эм… Начнём с того, что я не дракон…
— Как скажешь, — и взгляд внимательный-внимательный… как у меня был на лекциях в институте, когда я нифига не слушал.
— Так, ладно, — массирую переносицу, не задумываясь отозвав перчатку. — У тебя есть какие-то претензии? — надо переходить в атаку, иначе, чувствую, это не закончится.
— Нет. Я — правильный авантюрист, я не откажусь от денег, — прозвучало с достоинством и чувством сопричастности к чему-то разумному, доброму, вечному… и при этом голос она даже на полтона не изменила.
— Хорошо, — вздох вырвался сам собой, вместе с нахлынувшим ощущением, что я опять каким-то образом проиграл. — Пойдём к палатке — хоть перекусим перед дорогой назад.
— Угу…
Путь до места стоянки и приготовление обеда прошли без происшествий, а вот когда мы уже хрустели белыми сухарями под душистый травяной сбор с сахаром, на небе начали собираться тучки, да и ветер, что и так с утра был довольно свежим, ощутимо усилился, шумя кронами деревьев. Спустя ещё пару минут отдельные облака сменились сплошной серой пеленой, и
— Похоже, будет гроза, — констатировала нэка, глядя вверх и недовольно дёргая ушками, на которые падали ещё редкие, но стремительно увеличивающиеся в числе капли.
— Хм-м… — мрачно протянул я, одним глотком допивая чай.
С выводом Нэроко я был полностью согласен, но вот что делать, оставалось под вопросом. Собирать палатку прямо под дождём и куда-то бежать было той ещё идеей, но и спрячься мы в этой палатке, это же сколько времени потом уйдёт на просушивание? Хотя к чёрту — мы всё равно уже не успеем её спасти от промокания.
— Забирайся внутрь, я займусь посудой, — в ворохе искр перенося свою опустевшую чашку в Инвентарь, командую девушке, что явно ожидала от меня какой-то реакции.
— Хорошо, — кшарианка тоже допила отвар и принялась спешно собирать свои узелочки с сухарями и сахаром.
Между тем дождик усиливался, заставляя прогоревшие, но ещё не остывшие угольки в костре с каждым мигом шипеть всё более злобно и громко, да и первый громовой раскат где-то вдалеке послышался. Неполная минута суеты — и Нэроко юркает под матерчатую крышу, пропихивая вперёд себя посох и свой рюкзачок, я же заканчиваю заниматься котелком, заодно убирая в Инвентарь всё остальное, что мы успели так или иначе достать и расположить вокруг себя к обеду. Наступающая с гор стена воды была мне хорошо видна, поэтому спешил я очень даже старательно, но всё равно чуть-чуть не успел, ныряя под козырёк палатки, когда порыв ветра уже окатил тело сплошным душем брызг.
Отозвав броню и тщательно закрыв вход, я присел напротив нэки и прислушался. Сверху стучало, но продукция фэнтезийно-средневекового текстиля вроде держала, не спеша пропускать воду внутрь. Раскаты грома звучали всё ближе, деревья шумели, в палатке царил сумрак…
— Аккорд зова. Сияние чистоты, что рассеет темноту. Белый свет помощи. Рождается маленькое солнце! — негромко пробормотала Нэроко, шевеля посохом, и последний момент выправился, сменившись мягким белым светом от повисшего под потолком шарика магической энергии.
— И как долго у вас в горах идут грозы? — понимая, что спрашиваю, в общем-то, глупость, тем не менее нарушаю тишину.
— По-разному. Может, через несколько минут тучи унесёт, а может, и на пару дней.
— Понятно… — в голове возникла мысль, что я очень удачно озаботился маленькими жизненными потребностями ещё до обеда, как и котодевочка рядом со мной, что избавляло от возможных проблем.
Означенная же котодевочка, немного посверлив нечитаемым взглядом моё лицо и пошевелив ушками на звуки из-за пределов нашего укрытия, пересела ногами к выходу и стала стягивать свои мягкие сапожки, обнаружив под ними вполне современные мне чёрные чулки. Видеть мне их и раньше доводилось, но как-то они не цепляли моё внимание, скорее всего, как раз из-за привычности вида, хотя, по идее, в средневековье таких вещей как раз быть не должно. Впрочем, у нас тут анимешное фэнтези, так что неудивительно. А вот что удивительно, так это, прошу прощения за подробности, отсутствие запаха. Мы так-то пару дней топали по достаточно тёплому климату, и она всё это время была в сапогах, без возможности принять душ или ванну, а это всё-таки испытание, после которого даже самая чистоплотная девушка должна… ну… понятно что. Однако даже сейчас я ничего не улавливал, и это было странно.