Палуба
Шрифт:
Побродив по улицам около получаса, бывшие одноклассники решили разбиться по группам. У каждого, как оказалось, были свои планы, и к тому же было действительно трудно держаться вместе в пестрой толпе горожан, собравшихся в субботний поход по магазинам.
— Давай возьмем напрокат велосипеды и съездим куда-нибудь за город, — предложила Риган, обращаясь к Кит.
— Давай, я согласна. Немного физической нагрузки мне не повредит. Боюсь, правда, что и велосипеды у них того же качества, что и десять лет назад, — ответила Кит.
— Бог мой! Надеюсь, что это не так! Мне вовсе не хочется снова терять
Они прокатились по городу, с отвращением комментируя каждую встречаемую на пути новую постройку. Потом свернули в южную часть Оксфорда, проехали мимо церкви “Крайст Черч Мидоу”, а в час остановились пообедать в баре на берегу Червел ривер. Подруги уселись за столик у окна и с наслаждением принялись вдыхать запахи влажной земли, постепенно прогреваемой еще слабым солнцем, и крепкие, “дубовые” ароматы бара. Все это опять напомнило им то, какие походы по питейным заведениям они устраивали десять лет назад в компании мальчиков, учеников колледжа “Кебл”.
— Кто знает, что сталось с этими ребятами, — задумчиво произнесла Риган, отпив из своего бокала легкого светлого пива. — Было бы здорово как-нибудь повидаться с ними.
— Ох, наверное, они сейчас работают где-нибудь в Лондоне и получают кучу денег, — предположила Кит. Она наблюдала за группой отдыхающих, медленно плывших на большом прогулочном катере вниз по течению реки.
— Тогда нам было трудно представить, что все эти мальчишки действительно могут стать крупными политическими деятелями. Помнишь, как мы однажды постучали в дверь этому Иану?
— Помню. “Если это парень, то буду одеваться. Если девушка, то входи”. — Кит отлично сымитировала напевный уэльский диалект Иана. — Интересно, что бы он сказал, если бы увидел, как ты выхватываешь пистолет или надеваешь на кого-нибудь наручники?
— Вероятно, он попросил бы и то, и другое у меня взаймы.
Доедая поданный на десерт пастуший пирог, подруги не преминули выразить удивление по поводу того, как Клер все-таки умеет очаровывать мужчин. При этом согласились, что их однокашница не обладает абсолютно никакими особыми талантами.
— Кстати, Кит, мы ведь так ни разу и не видели ни одного из ее мужей. Можно себе представить, какие это субчики! Они, должно быть, похожи на того твоего парня, с которым ты договорилась о свидании, так сказать, “вслепую”, и который приперся в “Спаго'с” в большой меховой шапке на башке.
— Точно! А ведь, между прочим, тот тип значился в журнале, публиковавшем объявления желающих найти себе партнеров, как один из десяти самых завидных женихов страны.
— Об этом ты мне не рассказывала. Так ты нашла его через журнал? А какой именно? — заинтересовалась Кит.
— Названия не помню, — пошла на попятную Риган, — но что его издателем была мамаша того самого парня — это точно.
Они вернулись в общежитие в четыре часа дня. Там их ждали приглашения в Ллевелин-холл. Подруги решили, что могут часок соснуть и, добравшись до кроватей, повалились на выцветшие
Два школьных автобуса, чьи автомобильные запахи выветрились, вероятно, уже где-то в конце шестидесятых годов, ждали приехавших на встречу выпускников “Сент-Поликарпа” в шесть часов вечера у выхода из общежития, чтобы отвезти за две мили к дому леди Экснер. Пока автобус прыгал по проселочным ухабам, Риган успела переговорить с теми из своих бывших одноклассников, с кем еще не встречалась после приезда в Оксфорд, При этом, слушая их рассказы о том, что с каждым из них случилось за прошедшие десять лет, она то и дело возвращалась к беспокоящей ее мысли. Мысли о том, что она узнала сегодня утром: Атена так и не вернулась к своим родителям, так нигде и не объявилась.
Водитель автобуса, в котором ехала Риган, один из недавно принятых на работу преподавателей “Сент-Поликарпа”, едва не проскочил поворот на Ллевелин-холл. Опомнившись, он резко затормозил и, тут же включив заднюю скорость, столь же резко подал назад. В результате пассажиров пару раз сильно бросило вперед. При этом они напоминали кукурузные зерна, прыгающие по сковородке и готовые вот-вот превратиться в попкорн.
— Тыща извинений, — пробурчал незадачливый шофер больше для себя, чем для окружающих, повернул автобус на длинную, усаженную дубами аллею, через минуту со скрежетом остановил его напротив крыльца одиноко стоящего особняка.
Кит повернулась к Риган.
— По-моему, мы уже начали торжественно отмечать десятую годовщину выпуска.
Кряхтя от боли, сопровождавшей каждое их движение после неожиданных виражей автобуса, питомцы “Сент-Поликарпа”, спотыкаясь, вывалились из машины. Многие потирали ушибленные руки и ноги.
— Мне надо что-нибудь срочно выпить, — сказал кто-то недалеко от Риган.
"Я бы сразу выпила пару стаканчиков этого “что-нибудь”. — подумала девушка.
Леди Экснер явно ждала их приезда. Большая входная дверь Ллевелин-холла распахнулась, оттуда выскочила пожилая дама и с восторженными приветствиями стала приплясывать вокруг своих гостей, без запинки проговаривая имена каждого из них.
Казалось, будто она только вчера с ними рассталась.
— Ой, Господи, ты только посмотри на нее! — произнесла потрясенная Кит.
Когда девушки видели леди Экснер в последний раз, ее волосы цвета серого металла были стянуты на затылке тугим пучком. Одета она была в свои неизменные плиссированную шерстяную юбку, блузку с длинными рукавами и высоким воротом, на котором красовалась серебряная брошь с портретом свекрови, и шерстяной шотландский свитер. Теперь же леди Экснер предстала в сверкающем золотом шелковом костюме и подходящей по цвету блузке с широким, весьма открытым воротом.
Стоявшая позади Риган Клер сказала: — Клянусь, что она еще и в парикмахерскую теперь наведывается.
Риган еле сдержалась, чтобы не стукнуть говорившую. При этом она и сама отметила, что воинственный некогда пучок на затылке леди Экснер превратился в короткие завитушки того же цвета, что и костюм.
Леди Экснер с готовностью заговорила о происшедшей с ней метаморфозе. Сопровождая гостей в так называемую художественную студию, окна которой выходили прямо в сад, она весело щебетала: