Память моего сердца

Роман

2014

– 1-

Клер умерла.

Алекс поймала себя на мысли, что осознала

этот факт только сейчас. Не пару дней назад, когда мобильный зазвонил, оторвав от эскиза, который Алекс набрасывала, и рыдающий голос матери сообщил страшную новость. Не вчера, когда на семейном совете было принято решение, что именно она должна поехать и помочь с похоронами. Только сейчас, на кладбище, перед ямой, в которую готовились опустить гроб.

Могильщики уже справились с работой и вылезли из могилы, чтобы попить воды и передохнуть. Отойдя в сторону, они вытирали грязными рукавами потные раскрасневшиеся лица и вполголоса о чем-то переговаривались. Небольшая группка местных жителей, собравшихся проводить Клер в последний путь, стояла, переминаясь с ноги на ногу и обмахиваясь. День выдался солнечным и неподобающе жарким для позднего октября. Клены, обильно произрастающие на маленьком старом кладбище Литл-Пойнт-Рок, стояли алыми, но сбрасывать листву не торопились. Дул легкий ветерок, нежно перебиравший листья, как любовник перебирает пальцами волосы любимой, но облегчения не приносил. Алекс, надевшая этим утром черное обтягивающее шерстяное платье, почувствовала, как по спине бежит струйка пота.

Гроб, обитый кроваво-красным бархатом, стоял у края могилы на подставке. Его не открывали, потому что ни один гример не смог бы восстановить лицо Клер настолько, чтобы на него можно было взглянуть без содрогания. Алекс посмотрела на сердце из бумажных красных роз, выложенное на крышке, и подумала, что мало кто может представить, что испытала Клер перед смертью. Наверно, никто не может. Внезапная, ужасная гибель, в которую сложно было поверить.

– Примите мои соболезнования, мисс Фитцпатрик, – раздался грудной женский голос. – Кевину я их уже выразила.

Встрепенувшись от неожиданности, Алекс повернула голову, увидев стоявшую рядом высокую и крупную брюнетку. На ней был темный деловой костюм – пиджак из твида с юбкой. Гладкие длинные волосы и густая челка делали ее моложе своих лет, но морщинки в уголках глаз и вокруг рта говорили о том, что ей никак не меньше сорока.

– Мы с вами еще не знакомы, – улыбнулась женщина в ответ на растерянный взгляд Алекс и протянула ухоженную руку с серебряным браслетом на запястье. – Я – мэр этого городка, Стелла Хартли.

– Ух ты… – выдохнула Алекс, со смущением пожав ее мягкую ладонь.

– Что такое?

– Не каждый день со мной подходит знакомиться сам мэр.

Женщина рассмеялась.

– Вы наверно приехали из крупного города? В Литл-Пойнт-Рок не так много жителей. Все друг друга знают. Мы – как одна большая семья.

– Да, – с ответной улыбкой согласилась Алекс, – в моем городе с мэром познакомиться не так-то просто. Хотя, уверена, многие этого хотели бы.

Она перевела взгляд на гроб и снова помрачнела.

– Клер – ваша единственная сестра? – с сочувствием спросила

Стелла Хартли.

– Да. – Алекс опустила глаза, чувствуя, что не должна была так радостно улыбаться, стоя у гроба сестры. – Старшая.

– Господи, ну конечно старшая! – фыркнула Стелла Хартли и фамильярно взяла девушку за подбородок, приподнимая ее лицо. – Сколько вам лет, милая?

– Двадцать… – протянула Алекс, не зная как реагировать на такое обращение.

– Вся жизнь впереди, – взгляд собеседницы стал мечтательным и ласковым. – Вы были очень близки с Клер?

– Не особенно, – Алекс качнула головой и мягко высвободилась из ее рук. – Клер вышла замуж за Кевина и уехала сюда лет… восемь назад. С тех пор мы виделись только раз. Созванивались тоже редко. У нас довольно большая разница в возрасте – двенадцать лет. Мало общего.

– Понимаю. Она перестала играть в игрушки раньше, чем вы играть в них начали.

– Да. Очень точное определение.

– А ваши родители? – Стелла Хартли, похоже, вознамерилась принять искреннее участие в проблемах семьи Алекс. – Как они пережили это горе?

– Отец вряд ли понял, что произошло, – неохотно призналась девушка, – у него болезнь Альцгеймера.

Собеседница сочувственно прищелкнула языком.

– А мама… – Алекс не договорила, внезапно почувствовав еле заметное чужеродное прикосновение.

Сила. Она завертела головой, пытаясь определить источник. Как на самом деле называется подобное вторжение в сознание, Алекс не знала, но почему-то сразу назвала это про себя Силой. Почему девушка решила, что это именно вторжение в сознание, она тоже не могла себе ответить. Просто пришло понимание, и все. Создавалось ощущение, что кто-то очень осторожно, едва касаясь, прощупывает ее мозг. Взгляд Алекс натыкался на серые надгробия, разбросанные по зеленому лугу, но не находил того, кто за ней наблюдал. А в том, что за ней наблюдают, она уже была уверена каким-то шестым чувством.

Алекс почувствовала, как волосы на затылке встают дыбом. Маленькое кладбище, до этого казавшееся ей благодаря ярким кленам и солнечным лучам даже уютным, вдруг стало холодным и пугающим. Солнце утратило яркость, и клены поблекли. Девушке захотелось сейчас же сорваться с места и бежать, куда глаза глядят, лишь бы подальше отсюда. По коже прошел мороз. Алекс обхватила себя руками в попытке согреться. Но неприятные ощущения только усилились. Словно тот, кто пытался влезть ей в голову, понял, что раскрыт, и уже не стесняясь, орудовал в ее сознании. Сила, воздействующая на Алекс, удвоилась. Девушка почувствовала себя совершенно беспомощной. Как будто ее грабили, наставив пистолет, а она ничего с этим не могла поделать.

– Что с вами, милая? – положив руку девушке на плечо, напомнила о себе Стелла Хартли, и вдруг Сила отхлынула.

Алекс растерянно посмотрела на собеседницу. Жаркие лучи солнца снова согрели девушку, напоминая, что она одета слишком тепло, не по погоде. Наглая синица уселась на гроб Клер и радостно чирикала. Никто не торопился согнать птицу. Стелла Хартли с выражением любопытства на лице ожидала ответа.

– Простите… о чем мы говорили? – наморщила лоб Алекс. Тревога еще переполняла ее мысли.