Память
Шрифт:
– А так и было в прошлом году. И – да, он действительно серьезен. По крайней мере, следует отдать СБ должное – о своих они заботятся. Очень по-барраярски архаичная черта для организации, старающейся быть как можно современнее.
– А это что, м-м? – Майлз выудил из папки еще один предмет. Зашифрованные инструкции, предназначенные только для него.
Куин вежливо отошла за пределы видимости, и Майлз быстренько запустил информацию на комме. Хотя из врожденного любопытства она не удержалась от вопроса: – Ну что? Приказы из дома? Поздравления? Жалобы?
– Ну… ха. – Он озадаченно откинулся на спинку стула. – Коротко
– А что случится, – тут Куинн, прислонившаяся к комм-пульту с противоположной стороны, нашла нечто интересное в изучении собственных ногтей, – если ты снова свалишься – во время путешествия?
– Ничего особенного, – пожал плечами Майлз.
– Откуда ты знаешь?
– Э-э…
Взгляд Элли стал острым. – А я и не знала, что психологическое неприятие снимает с IQ столько баллов. Черт тебя побери, ты должен что-то делать с этими припадками! Ты не можешь просто… игнорировать их существование, хотя, похоже, именно это ты и пытаешься делать.
– Я пытался что-то сделать. И думал, что дендарийский хирург с этим может справиться. Я безумно рвался обратно на флот, к врачу, которому могу довериться. – Ну, довериться-то ей можно, только она сказала, что ничем не может мне помочь. Теперь мне нужно придумать что-нибудь еще.
– Ей ты доверился. А почему не мне?
Майлз изобразил рассчитанное на жалость пожатие плечами. Но явная недостаточность такого рода ответа заставила его умиротворяюще добавить: – Она подчиняется приказам. А ты, как я боялся, могла бы попытаться сделать что-нибудь для моего же блага, неважно, хочу я того или нет.
Потратив минуту на то, чтобы переварить это, Куинн продолжила уже слегка менее терпеливо: – А как насчет твоих соотечественников? Сейчас Имперский военный госпиталь в Форбарр-Султане уже почти дотягивает до галактических стандартов.
Майлз замолк, потом произнес: – Мне следовало это сделать прошлой зимой. А теперь я… обречен искать другое решение.
– Иными словами, ты лгал начальству. И теперь попался.
«Еще не попался». – Ты знаешь, что я рискую потерять. – Он поднялся, обошел комм-пульт и взял ее за руку, пока она не принялась грызть ногти. Они обнялись. Майлз откинул голову, закинул руки Элли на шею и притянул ее лицо вниз для
– Ох, Майлз! Скажи им… скажи, что тогда твой мозг еще не до конца оттаял от криозаморозки. Что ты не отвечал за свои суждения. Сдайся на милость Иллиана, быстро, пока не сделалось еще хуже.
Майлз покачал головой: – Это можно было бы сделать в любое время вплоть до прошлой недели, и оно бы сработало, – но после того, что я натворил с Форбергом? Не думаю, что может быть хуже. Я сам не проявил бы никакой милости к подчиненному, выкинувшему такой номер. Так с чего это делать Иллиану? Разве что Иллиан не представляет себе наличия столь первоочередной проблемы.
– Боги великие и малые! Не думаешь же ты, что можешь по-прежнему это скрывать?
– Из рапорта о нашей операции оно весьма аккуратно изымается.
Пораженная ужасом, Элли от него отшатнулась. – Ты и вправду отморозил себе мозги!
Майлз раздраженно огрызнулся: – Иллиан весьма тщательно культивирует свою репутацию всезнающего бога, но она – чистой воды обман. Не позволяй значкам с Глазами Гора, – он изобразил пальцами эмблемы СБ, сложив в колечко большие пальцы с указательными, поднеся их к глазам и поморгав по-совиному, – давить на твой здравый смысл. Мы лишь пытаемся выглядеть так, будто всегда знаем, что делаем. А я видел секретные файлы и знаю, как выходят промашки, знаю всю эту кухню. Этот чудной чип памяти в мозгу у Иллиана делает его не гением, а в высшей степени несносным типом.
– Есть множество свидетелей.
– Все операции дендарийцев засекречены. Солдаты не станут трепать языком.
– Но не между собой. Разговоры идут по всему кораблю, половина из них – выдумки. Люди спрашивали об этом меня!
– Э-э… а что ты им рассказала?
Она сердито дернула плечом. – Я намекнула, что это было неисправностью скафандра.
– А-а. Хорошо. И всё же… они все здесь, а Иллиан-то – там. На огромном расстоянии. Что он может узнать, кроме того, что я ему сам расскажу?
– Не так уж далеко. – Оскал Куинн сделался немного похожим на улыбку.
– Да ладно, прибегни к своему здравому смыслу! Ты же можешь, я знаю. Если бы СБ собиралась меня на этом застукать, они бы сделали это много месяцев назад. Очевидно, что все джексонианские свидетельские материалы полностью от них ускользнули.
На шее у Элли забилась жилка. – Никакого здравого смысла тут нет! Ты что, утратил хватку, потерял свой чертов разум? Богом клянусь, с тобой становится так же невозможно справиться, как с твоим клон-братом Марком!
– А Марк-то каким боком попал в этот спор? – Плохой признак, симптом того, что в этой полемике все сейчас покатится под откос. Три самых жутких ссоры, какие когда-либо случались у них с Элли, были из-за Марка, и все три – недавно. Боже правый! Во время этого задания он избегал – по большей части – привычной интимной близости с Элли из боязни, что она окажется свидетельницей очередного припадка. Вряд ли он смог бы оправдаться, что это, дескать, некий особо впечатляющий вид оргазма. Уж не приписала ли она его холодность их продолжающимися разногласиями по поводу брата? – Марк не имеет к происходящему никакого отношения.