Панацея

Макарова Алиса

К сожалению, та же идея положила конец многолетней дружбе с Наруто. Ещё до оглашения имени счастливчика, который удостоится чести получить самую значимую в научных кругах премию, Наруто, отвечая на провокационные вопросы охочих до сенсации журналистов, неизменно подчёркивал, что идея производства креатурного мяса в промышленных масштабах нежизнеспособна из-за дороговизны.

«Нам следует делать упор на выращивание

и промышленную переработку насекомых. Может, кому-то придётся не по вкусу идея жевать кузнечиков, но это полноценный источник белка. На Земле нас уже больше семи миллиардов. Если человечество хочет выжить, оно должно обратиться к иным источникам питательных веществ, которые было бы просто добыть и использовать. Самое очевидное из них – насекомые», – неизменно заявлял он.

Оглашение имени Ксавьера как двойного лауреата Нобелевской премии стало настоящей сенсацией. Впервые в истории один человек был удостоен сразу двух Нобелевских наград. Одну Ксавьеру вручили как учёному биологу и биохимику за разработку технологии выращивания креатурного мяса. А за выдающийся вклад в окончательное решение проблемы мирового голода он получил ещё и Нобелевскую премию мира.

Новость произвела эффект разорвавшейся бомбы. Распространяясь с бешеной скоростью, слава о профессоре Ксавьере Фернандесе, который навсегда спас человечество от голода, облетела весь мир. Сотни журналистов со всего света кинулись опрашивать его коллег, учеников, знакомых, однокурсников. Это напоминало какое-то безумие. Репортёры умудрялись даже находить тех людей, которые в детском саду предположительно сидели на соседнем горшке с Ксавьером. Интервьюеры выпытывали у десятков знакомых Ксавьера, что они чувствуют, получив шанс прикоснуться к легенде столетия. Тысячи телеканалов обрывали ему телефон, пытаясь зазвать к себе в студию. Десятки университетов приглашали его читать лекции и провести открытые встречи. Каждый день с почты к дому Ксавьера приезжал отдельный фургон, выгружая сотни писем и десятки посылок от студентов, последователей, охотников за автографами и благодарных почитателей. Казалось, ему позвонили и написали все, кто имел хоть малейшее отношение к его биографии.

Не звонил только Наруто. После оглашения имён лауреатов он заперся у себя в лаборатории, избегая назойливых репортёров. Все газеты напечатали разгромные статьи о провале профессора Наруто. «Хвала богам, нам не придётся

есть козявок!», «Ксавьер, спаси нас от налетевшей саранчи!», «Не время для блох!» – состязались в остроумии заголовки изданий.

Лидия, секретарь и личный помощник Ксавьера, как-то обмолвилась, что из-за грандиозного шума поднятого СМИ, несколько крупнейших инвесторов, вложивших средства в разработки Наруто, посчитали саму идею скомпрометированной и более не привлекательной и отказались от дальнейшего сотрудничества, свернув все экспериментальные производственные программы. Лишившись поддержки инвесторов, Наруто пытался подать заявку на получение государственных грантов, но все научные и государственные умы уже захватила идея выращивания креатурных пищевых волокон, и финансирование его научных проектов по переработке насекомых было признано нецелесообразным и урезано в ноль. Лишившись средств к существованию, команда Наруто начала раскалываться. Один за другим коллеги-биохимики переходили в другие лаборатории и научно исследовательские центры. За пару месяцев утекли даже студенты-лаборанты. В конце концов, Наруто остался один.

Глава 4. Пропажа

В четверг пропала Мия. Когда в обед она не вернулась из школы, Ату пыталась дозвониться до неё, подумав, что та после занятий заскочила к одной из подружек. Но телефон не отвечал, и, когда Мия не появилась к ужину, Ату забила тревогу. Первым делом она позвонила подруге Мии. Та огорошила её известием о том, что девочку потеряли и в школе. С самого утра она не пришла на занятия. Незамедлительно позвонив Ксавьеру, Ату поставила на уши всю местную полицию. Они запросили данные геолокации, но к тому моменту телефон Мии был уже выключен.

Поиски продолжались всю ночь. К утру результатов не было. Присоединившиеся к розыску девочки соседи и волонтёры из местной молодёжной общины обходили все переулки, парки, чердаки, подвалы и питейные заведения, но нигде не могли найти и следов Мии. Картина прояснилась лишь к вечеру третьего дня, когда полиция запросила видео с камер наблюдения местного автовокзала. На кадрах было видно, как Мия садится в тёмную машину с заляпанными грязью номерами. Кадиллак был немедленно объявлен в розыск, но вселяющая надежду ниточка тут же оборвалась – номерной знак был фальшивым.

Конец ознакомительного фрагмента.