Панцерополис
Шрифт:
Причина такого явления так и осталась неясной. Приблизительно вначале двадцатого века учёные опускали руки и просто заявляли «закон природы».
С тех пор двигатели духовной энергии использовали только в отсутствие лунного света, потому что никто не открыл способа, как избежать этого загадочного закона.
Военные просто думали, что группа Вальтера создала новый дизайн того же типа двигателя.
Оскар наморщил лоб, после чего произнёс:
— И кто, по-твоему, даст
— Не дури. Чтобы выйти за границы неба разрешения не нужно.
— Почему ты так настойчиво выступаешь против нас?
Вальтер убрал руки с груди и преувеличено приложил ладонь ко лбу.
— Почему, спрашиваешь?
— …
— Ну, видишь ли…
— …
— Жгучий дух справедливости не даёт мне передать его военным. Ха-ха-ха.
Стоящий рядом с Оскаром солдат глянул на командира.
— Можно набить его свинцом?
— Нет, он просто такой человек. Проявите терпение.
Оскар шагнул вперёд.
— Ты молод и тороплив, Вальтер. Если ты оставишь военным dp-XXX, то получишь даже больше финансирования и необходимой технологии для достижения космоса. Почему бы не подождать до этого момента?
— Ты реально тупой. Вздумай я передать его военным, так с тем же успехом мог бы запатентовать и продать Америке. Я заработаю достаточно денег, чтобы провести остаток жизни в роскоши.
— Америка?! — взревел Оскар. — Этот двигатель нужен нашей нации!
Вальтер ответил на взгляд мужчины.
— Нашей нации?
Молодой человек больше не улыбался.
Он засунул руки в карманы халата, немного поднял плечи и глянул Оскару в глаза.
— Ты и вправду говоришь нелепые вещи.
Часть 2.
Двадцать лет назад Оскар вернулся с линии фронта предыдущей великой войны. Нация, в которую он вернулся, была истощена так же, как и он.
С тех пор он посвятил свою жизнь солдата на восстановление страны. Даже теперь, заведя жену и ребёнка, это ни капли не изменилось.
И вот почему он смерил взглядом мужчину перед собой.
— Я говорю нелепые вещи?
Его акцентированное слово оттолкнуло взгляд Вальтера.
— Посмотри на себя. Ты понятия не имеешь, сработает ли твоя идея, так почему бы не направить эту технологию в более полезное русло?!
— Мы не создавали dp-XXX для таких скучных вещей.
Вельтер отступил на шаг и оказался на краю палубы, будто перед обрывом.
Не имея путей к побегу, он произнёс медленно и ясно:
— Нас больше заботит то, что мы хотим сделать, чем нелепые вещи вроде нации или армии.
Подобный ход мыслей
Каждый наталкивается на то, что противоречит их естеству.
…Ясно.
Он ответил на слова Вальтера объявлением своего решения.
— Переговоры провалились.
— Надо же, как ты складно всё решил, Оскар.
Оскар выдал горькую улыбку.
— Да, решил. Я разберусь с тобой здесь.
— Хм. Можешь выпендриваться, если хочешь…
— Что?
— Но в следующий раз, когда пустишь кого-то на свой корабль, тебе бы лучше проверить, не несут ли они чё с собой.
Произнеся это, из правого кармана лабораторного халата Вальтер что-то вытащил.
Он держал нечто похожее на небольшой чёрный передатчик.
— Я сумел выиграть достаточно времени.
Реплику молодого человека сопроводило срочное извещение за спиной у Оскара и прочих солдат.
— Тревога! Тревога! Всем кораблям! С направления пять часов приближается неопознанный летательный аппарат! Он движется крайне быстро!
Оскар повернулся к ревущему динамику палубы.
…Что приближается?
И словно в ответ, люк на палубу открылся, и оттуда выскочил молодой офицер.
Он выглядел благовоспитанно и безупречно носил свою форму.
— Генерал-майор Оскар! — воскликнул солдат, поддерживая свою фуражку. — Прошу, поспешите внутрь!
Глаза молодого офицера вместо Оскара были направлены к Вальтеру.
— dp-XXX уничтожил Лабораторию Вагнера и направляется сюда! Мы отправляем Айзен Солдаты, поэтому прошу, покиньте мостик! Неизбежен воздушный бой!
Он принёс важное заявление. Понимая, что это значит, Оскар повернулся к Вальтеру.
Тот выдал слабую улыбку молодому офицеру, стоящему рядом с Оскаром.
— Звучит так, будто тебе несладко, Майер. Военная служба стесняет, разве нет?
— Вальтер! — воскликнул молодой офицер, названный Майером, несмотря на одышку. — Т-ты нарываешься на неприятности с армией?!
— Ну надо же, и ты туда же? Так ведь вы первыми на драку и нарвались. Я всего лишь великодушно и любезно отклонил ваше предложение.
— Но сделал это в жестокой и чрезмерной манере, не так ли?
— Ага, но кто бы первым ни нарывался на драку, она началась, когда всё уже решено. И в данном случае… как бы-то так выразиться? Ну, если глянуть на всё как на финансовую сделку…
Он сделал глубокий вдох.
— Вы окажетесь в минусе.
Внезапно палубу тряхнуло, словно от потери высоты.