Пандем
Шрифт:
«Пандем… А пациента Прохорова ты привел на встречу ко мне? Или это случайность?»
«Ты же знаешь, и почище бывают случайности… Он собирался с внучкой в универмаг. Я всего лишь задержал их у канцтоваров на две минуты дольше…»
«Кукловод».
Молчание. И секундное молчание за столом; Ким вскинул голову:
— А?
Но все смотрели не на него, а на Алекса.
— …Совершеннейший козел, — продолжал Алекс как ни в чем не бывало. — Шаманские пляски на бубне. Да,
— У меня приятельницу знахарь вылечил, — нервно сказала Сашкина подруга. — У нее была опухоль… А теперь даже официальная медицина признает, что опухоли нет!
— Подумаешь, — сказал Алекс. — Вот у Кимки в клинике всех больных повыписывали. Говорят, здоровы. А поди знай, что с этими здоровыми случится через полгодика.
«Ким?»
— Они здоровы, — сказал Ким сквозь зубы. — Я вчера в универмаге видел своего пациента. Он здоров.
Алекс улыбнулся той знакомой желчной улыбкой, которая когда-то доводила Кима до бешенства, а теперь только слегка раздражала.
«Я не кукловод, Ким. Мне противно быть кукловодом. Это все равно если тебе сказать, что ты взяточник…»
Ким криво усмехнулся:
«Иногда мне кажется, что ты ребенок, Пандем».
«Штампы, Ким. Стереотипы. Ты боишься меня — твое сознание защищается, ты ищешь во мне маленького и слабого. Чтобы хоть как-то со мной примириться».
— …голый король. Да, он снял два-три крепких фильма, но эта последняя его премьера — более чем убожество…
— …об этом парне, он талантлив, ему бы хоть толику вкуса…
— …плотный текст. Трудно читать, с удовольствием вязнешь, как в киселе… Нет, как в бетоне!
«Пандем, зачем ты?..»
«Чтобы мир был таким, как должно».
— …Да, вот вы смеетесь, а этот Спорников был в эфире на двадцать девятое февраля. На то самое двадцать девятое! И у него сидела целая студия гостей — в прямом эфире! Как-то он смог удержать панику, хотя у него самого в голове балаболили святые Екатерина и Маргарита…
«Пандем!»
«Да?»
«Ты читаешь мысли?»
«Я присутствую при их рождении».
— О господи, — сказал Ким шепотом.
Лера внесла в комнату двухъярусный торт со множеством сдвоенных свечей. Гости зааплодировали.
— Замечательная ночь, — сказала Арина. — Совсем весна.
«О чем я думаю? — спрашивал себя Ким. — О ерунде какой-то. Вот мокрый асфальт, вот бумажка на столбе, вот коробка из-под сигарет в луже… Но не могу же я все время прятать свои мысли! Не могу все время думать, что я думаю…»
— Ветра нет, — сказала Арина. — Если бы не так поздно — я бы прошлась… Кимка, что с тобой?
Ее ладонь приглашала спрятаться. От ветра.
Пахло терпкими духами. Арина любила терпкие.
(Как во сне, когда видишь себя голым посреди проспекта…)
— Вернусь и вызову такси, — сказал Ким, но в этот момент из-за поворота выглянул большой автобус с «гармошкой» на брюхе.
(Я не хочу свидетелей! Я имею право быть в одиночестве… Внутри себя — наедине с собой!)
— Нам повезло, — сказала Арина автобусу. Потом вгляделась в Кимово лицо: — Ты пьяный, что ли?
(Неужели все это — порождение моего мозга?! Двадцать девятое февраля… Но этого щенка кто-нибудь, кроме меня, видел? Никто…)
Ким подсадил Арину на подножку. Салон был почти пуст, если не считать подвыпившего старичка, дремавшего на переднем сиденье, и подростка, рисующего рожицы на запотевшем стекле.
— Ким, ты вроде бы почти не пил? Что с тобой? — Арина села, в этот момент подросток у окна обернулся.
Автобус резко тронулся, Ким с трудом удержал равновесие.
— Ким Андреевич, добрый вечер! — поздоровался Пандем.
— Добрый, — глухо сказал Ким.
— Мы играли в футбол, — пояснил Пандем в ответ на вопросительный взгляд Арины. — С Кимом Андреевичем. В понедельник. За гаражами.
— А-а-а, — Арина улыбнулась, как будто воспоминания о том дне были ей чрезвычайно приятны. — Ты еще пришел весь грязный…
— Да, — сказал Ким.
«Арина меня тоже видит».
— Да, — повторил Ким.
— Так мы соседи? — спросила Арина.
— Почти, — мальчик улыбался. — Только мне на одну остановку раньше выходить, чем вам.
— Это не опасно — так поздно домой возвращаться?
— Ни капельки не опасно!
«Ким, я ведь не человек, я часть мира, а ты ведь не стесняешься деревьев, неба… Не испытываешь неловкости перед морем… Тебя бы не смутило, если бы дождь слышал твои мысли…»
Автобус причалил к очередной остановке.
— До свидания, — сказал Пандем.
— Симпатичный пацан, — сказала Арина, когда дверь за ним закрылась. — Обаятельный.
Глава 5
В семь утра — Ким и без того почти на спал — позвонил Аринин брат, Костя.
— Ким? Прости, если разбудил…
— Ничего, — сказал Ким, выходя с телефоном на кухню.
— Иванке хуже, — сказал Костя и громко вздохнул в трубку.
Иванкой звали Костину годовалую дочку.
— Ким… Тут такое дело… Мы ночью «неотложку» вызывали… Ты не знаешь, не мог бы посоветовать, ну, какого-нибудь педиатра хорошего, ну, ты понимаешь…
— А что с ней? — спросил Ким.