Паника
Шрифт:
— Господин!
Тот-Кто-Пришел вынырнул из грез прошлого и обратил взор на стоящую перед ним.
Ласкающий Ветер (он сразу узнал ее: по голосу, по запаху, по ощущению особой нежности, что окружала козоногую, отличая от других Древних) опустилась на землю чуть поодаль, не решаясь приблизиться. То, что она скажет, огорчит владыку. Очень огорчит!
Тот-Кто-Пришел воспринимал Древнюю целиком.
Мысли ее были в смятении.
— Говори! — приказал он.
— Я не смогла соединиться с твоим братом! — проговорила Ласкающий Ветер горестно. — Не смогла!
— Отчего?
Тот-Кто-Пришел
Слово, облеченное в звук, становилось рельефным.
— Он желал меня! — растерянно произнесла Ласкающий Ветер. — Но чуждое в нем противилось и отняло у меня Дитя Дыма!
— Моего брата! — строго напомнил Тот-Кто-Пришел.
— Твоего брата. Существо его распалось, и чужое ушло к Чужому, где я бессильна! Желание плоти угасло! Я не смогла]
— Что говорит Память? — вопросил Тот-Кто-Пришел.
— Такое бывало прежде. Редко. ОНА может помочь. ОНА наполняет плоть жизнью, даже когда чужое уходит. Но ты. Господин, запретил обращаться к ОНЕ!
— Да! — Тот-Кто-Пришел дал понять, что сердится. — Госпожа не коснется моего брата. Госпожа ревнива: возьмет его жизнь, как жизнь моего отца!..
Тот-Кто-Пришел повернулся спиной к Древней и долго сидел так, молча, размышляя. Ласкающий Ветер покорно ждала.
— Да, — сказал наконец ее Господин. — Ты не должна обращаться к Дающей Жизнь. Жизнь моего брата принадлежит только мне! А я еще недостаточно силен, чтобы повелевать Госпожой!
— Повелевать ОНОЙ?!
Тот-Кто-Пришел повернул голову к ней. Для человеческого глаза это выглядело бы чудовищно: плечи остались неподвижны, а шея скрутилась так, что лицо обратилось к Древней; подбородок оказался над выступом позвонка.
Тот-Кто-Пришел уставился в блестящие глаза Древней. Широкие полоски белков над радужкой говорили о состоянии козоногой. Она была в ужасе.
— Когда-то мы были едины! — произнес Тот-Кто-Пришел, наполнив голос Силой. — И повелевал. Ты помнишь?
— Да, —прошептала Ласкающий Ветер. — Так было. Когда-то повелевал ты, владыка!
Она вспомнила, и в ее словах был укор.
— Сходи за ним! — приказал Тот-Кто-Пришел, не принимая упрека. — Принеси его сюда.
Древняя молча повиновалась. Слух АНКА еще долго ловил стремительный перестук ее шагов. Ласкающий Ветер спешила, хотела угодить Тому-Кто-Пришел.
Углубившись в собственную память, он понял: нет пути прямого воздействия на брата. Чистое мужское вещество-естество не повинуется его власти. Но существовал обходной путь. Путь этот был из путей Детей Дыма, из памяти Сэллери Двина и Рохана Двина, из путей обмана, которыми шло человечество. Но и путь обмана хорош, если Чужое захватило душу его брата.
— Я мог бы передвигаться и на собственных ногах! — заметил Рохан, когда Ласкающий Ветер опустила его на соломенную подстилку.
От АНКА струилось прежнее сияние, и Рохан мог видеть, что оказался в небольшом каменном гроте естественного происхождения. Двумя футами ниже блестела вода. От воды пахло морем.
— Объятья Древней нежны и приятны! — ровным голосом произнес АК{. — Грудь
— Ты расхваливаешь ее, как скаковую лошадь! — засмеялся Рохан.
— Многие предпочли бы ее объятья верховому седлу! — АНК одарил брата ответной улыбкой. — Но разве она не прекрасна?
Рохан взглянул на Ласкающий Ветер, и Тот-Кто-Пришел сразу же увидел черную трещину в сознании человека.
— Он пришел в себя до того, как ты вернулась? — спросил АНК козоногую на языке Древних.
— Да, Господин!
— Ты помнишь, что с тобой произошло? — спросил АНК Рохана.
— Мне кажется… — Рохан слегка покраснел. — Мы были близки?
— К сожалению… нет!
АНК внимательно приглядывался к своему брату, отмечая каждый оттенок его реакции.
— Ты любишь другую! — сказал сын Сэллери и Древней. — Ты любишь другую, и обряд соединяет вас!
— Мы обручены, если ты это имеешь в виду! — с легкостью отозвался Рохан. — Но… я не очень тебя понимаю!
— Брат мой! — горячо воскликнул АНК. — Ты обращен к другой, но Ласкающий Ветер подарит тебе бессмертие! И бесконечное множество любовей! Взгляни на нее, вдохни ее запах, отдайся ее ласкам. Она будет бережна с тобой! Все Древние будут бережны с тобой, пока ты не обретешь Силу! Обними его! — велел Тот-Кто-Пришел козоногой.
И тонкие сильные руки обвились вокруг торса Рохана.
— Поцелуй ее, брат! Ты хочешь ее поцеловать!
Освещенное зеленоватым светом лицо Древней было прекрасно, как мраморный лик Афродиты. Но оно было живым.
Рохан притянул к себе ее голову, и его вдруг пересохшие губы встретились с влажными горячими губами Древней.
Какой-то миг он ожидал, что в нем вспыхнет желание, страсть…
Но ничего не было.
ОНА НЕ БЫЛА ЖЕНЩИНОЙ!
— Отпусти его! — велел АНК, не скрывая разочарования. — И уходи!
Рохан посмотрел на окруженного сиянием юношу, потом снова на Древнюю, которой АНК повелевал с уверенностью хозяина. В собственном свете АНКА волосы его казались темными, а лицо — самым прекрасным из всего, что видел Рохан. Оно было потрясающе красиво. Даже совершенная внешность Древней казалась всего лишь гармоничной в сравнении с божественным ликом, в котором слилась воедино мужская и женская красота. Облик АНКА не был совершенным, он был ЖИВЫМ.
Рохан вдруг понял, что владыка Древних приглушает, прячет свою настоящую силу, не желая пугать его. И молодой человек был благодарен за это. Древняя вышла, и оба тотчас забыли о ней.
«Как он красив!» — думал Тот-Кто-Пришел. Он был очарован Роханом. АНКУ даже в голову не могло прийти, что среди Детей Дыма могут рождаться такие. То был не зов крови, ОНА не позволила бы обманываться Господину Древних. Нет, не зов крови! Чары более древние, чем история человечества. Но Тому-Кто-Пришел нет дела до того, откуда течет река. Он желал лишь утолить жажду. Если ему назначено вернуть на землю Ушедшее, брат будет рядом. Госпоже придется смириться с этим. На время. Пока ОНА и АНК не станут одним целым. И АНК больше не будет страдать от одиночества.