Para bellum
Шрифт:
Это были обычные донные мины.
Ну, почти.
Вместо магнитного взрывателя на них стоял таймер. Простой механический таймер. А чтобы мину можно было относительно нормально перемещать под водой к ней крепился легкий контейнер с воздушным пузырем для обеспечения плавучести чуть ниже нулевой.
Сами же водолазы имели не только ребризеры за спиной, чтобы не плодить пузырьков, но и электрические буксировщики, под пузом.
Ребризер был основан на разработках Роберта Девиса и во многом повторял аппарат, поставленный на вооружение Королевского флота в 1927
Буксировщик же очень напоминал советский «Протей 1», серийное производство которого наладили в 1959 году. Баллоны для нулевой плавучести, аккумуляторы, простые органы управления и моторчик с гребным винтом. Только, в отличие от «Протея 1» этот буксировщик был построен не на свинцово-кислотных аккумуляторах, а на серебряно-цинковых, которые в том же массе и объеме давали емкость большую в пять и более раз. Что позволило и буксировщик сделать компактнее, и запас хода ему увеличить. Да, принципиально дороже. Но экономить на ССО последнее дело. Во всяком случае так считал Фрунзе…
И вот такие водолазы, ухватив за ручки поданные им донные мины, устремились к своим целям. Легкая рябь и отблески фонарей делали поверхность воды сильно изломанной. Из-за чего эти пары плыли неглубоко, то и дело всплывая и осматриваясь.
Достигая своих целей, они погружались и укладывали мины на дно — прямо под носовую башню. Взводили таймер. Активировали взрыватель. И возвращались на подводную лодку.
То еще приключение.
Запутаться и заблудиться в темноте просто.
Особенно в воде.
Поэтому еще на подводной лодке перед выходом они изучали в перископ ориентиры. Подсвеченные объекты. Поглядывая на которые они всегда могли взять азимут до своей плавучей базы. Но даже несмотря на это провозились несколько часов с установками мин.
Заблудились.
Как не старались.
Как не готовились.
Как не делали пробные заплывы для изучения акватории, а лодка находилась в этом районе уже три дня.
Ничего не помогло.
Так-то пять команд установили бы свои пять мин меньше чем за час…
Впрочем, обошлось. С горем пополам все отряды диверсантов вернулись на подводную лодку. И та, дав малый ход, отправилась на выход. Выставив заодно в проливе мины.
Обычные якорные мины.
Британские.
Разукрасив их еще в Кронштадте надписями в гэльской графике…
А утром, в 9:06 по местному времени прозвучал первый взрыв.
Линкор Nelson аж подлетел немного носовой оконечностью из-за действия донной мины.
К нему сразу же устремились спасатели.
От берега и с других кораблей.
Однако в 9:09 произошел еще один взрыв, повредивший линкор Queen Elizabeth. В 9:11 взорвался линкор Rodney. В 9:12 линкор Royal Oak. И, наконец,
Пять взрывов.
Пять линкоров.
И это все — меньше чем за четверть часа. Ни одно сражение в новейшей истории не приносило Королевскому флоту такой ущерб в столь незначительный промежуток времени. Хотя, с точки зрения исполнения, ничего выдающегося в этом не было. Можно было и больше. Просто решили не рисковать и выделили время с запасом. А так, в 1943 году в Сингапуре, во время операции Jaywick 14 британских коммандос из специального отряда Z сумели пробраться в гавань и подорвать 7 японских кораблей. А степень их оснащения была сильно меньше…
Паника!
Дикая, безумная паника охватила людей что на берегу, что на кораблях. Особенно на кораблях. Ведь взрывы звучали удивительно часто. И аккуратно под носовыми башнями, провоцируя подрыв пороховых погребов.
Ситуацию спасало только то, глубины в бухте были не большие. И корабли, потеряв носовую оконечность оседали на дно, не переворачиваясь и не уходя полностью под воду. Это спасло много жизней. Очень много…
Паника эта передалась и в столицу.
Шутка ли?
За один день, меньше чем за час оказалось уничтожено пять лучших линейных кораблей Королевского флота. И где! На своей главной стоянке!
Война?
Нападение?
Но кто?
Почему?
А главное — как?
В Адмиралтействе знали, что в Токийской бухте не так давно была произведена скрытая постановка мин. Но там и простор! И какое движение! Так что ее в принципе мог произвести любой корабль, идущий в сумерках. Пойди разбери, что он скидывает за борт в этой темноте. Да и сам факт сброса за борт мин не зафиксировать. Видимость не та.
А тут как?
О подводных минных заградителях, что строили в Союзе, слышали. Но ведь они ставили обычные мины. А тут то под линкорами взрывались донные. И пройти под линкорами этот заградитель не мог — глубины не позволяли.
В общем — вопросов масса. Ради чего собрали экстренное заседание в Вестминстерском дворце. Большое. Туда и парламент сбежался, и представители разных ведомств. И начались очень бурные дебаты. Варианты назывались разные.
Кто-то вспомнил о том, что итальянцы развивали тему подводных пловцов. И что у Муссолини был повод. Они ведь пытаются его свергнуть.
Им возражали, не понимая, как он это сделал.
И Союз просклоняли.
И США.
И Францию.
И даже восточную Германию…
Тем временем по реке шла грузовая баржа, коптя чадящим угольным дымом. Не очень большая. На пару тысяч тонн грузоподъемностью. То есть — самое то, для перевозок по рекам.
Незадолго до этого они приставала к небольшому техническому причалу, высадив представителей компании, закупившей аммиачной селитры и разных резиновых изделий. Торговались долго. Владелец старой баржи пытался набить цену как мог, сумев выбить с них за срочность небольшую наценку, чему безмерно радовался.