Параллели судеб
Шрифт:
– В моей жизни определенно началась черная полоса, - недовольно пробурчал Патрик и
пнул белую дверь грязным ботинком. Он вышел в холл и подумал о том, куда пойти, лишь бы не разбирать бумаги.
К его великой радости Патрика окликнула Жустин, врач-гинеколог и давняя знакомая. Когда-то у них был бурный роман, а теперь они встречались, время от времени по обоюдному желанию. Жустин была пухленькой брюнеткой, она всегда улыбалась во весь рот и постоянно болтала. У нее никогда не было отбоя от кавалеров, и она меняла их также часто, как свои машины. Патрик всегда
– О, Патрик! Я тебя еле узнала в новом костюме, - прокричала она с другого конца холла. Я собираюсь пообедать в кафе, пойдешь со мной?
– Да, - без особого воодушевления ответил он, - сейчас я готов идти куда угодно.
Довольная собой, Жустин подхватила Патрика под ручку и, нашептывая ему какие-то новости, повела в кафетерий на первом этаже.
– Смотри, вон там Николя сидит скучает, подойдем к нему, - предложила Жустин, уже махая рукой их коллеге и общему другу.
Николя был младше Патрика на два года и совсем недавно пришел работать в больницу. Появившись здесь, он сразу же привлек внимание женской половины персонала и составил конкуренцию Патрику, но в отличие от него Николя был более разборчив в связях, и его романы длились больше одной ночи. В его внешности все было идеально: правильные черты лица, коротко подстриженные светлые волосы и голубые глаза.
Патрик уступал Николя во внешности, но от этого он не становился менее привлекательным: у него не было той правильности в чертах лица, они казались резкими и угловатыми, а слегка выдающийся вперед подбородок и глубоко посаженные темные глаза придавали всему лицу ехидное выражение. У него были длинные черные волосы, которые во время работы он забирал в хвост. Он не стриг их с четырнадцати лет, потому что они были частью его образа в группе, а сейчас он просто привык к ним. Патрик никогда не стремился понравиться женщинам - они сами увивались за ним. Он часто не обращал внимание на свою одежду и мог не бриться целую неделю. Но это не придавало его виду неряшливости, а скорее наоборот, еще больше привлекало противоположный пол. Он был не слишком разговорчив, его считали самодостаточным.
Николя, будучи очень внимательным от природы, заметил:
– У тебя новый костюм? Откуда?
– Джоанна подарила, - не отрываясь от комканья бумажной салфетки, буркнул Патрик.
– А ты в отличном настроении, - снова заметил Николя.
– Неприятности с новой начальницей.
– Она первый день на работе и уже со всеми успела познакомиться, жалко тебя с утра не было. На планерке она показалась мне довольно решительной женщиной, не смотря на то, что ей всего лишь 25 лет, - проговорил Николя.
– Мне кажется, - перебила Жустин, - эта Фавье - родственница главврача или, может
быть, его любовница...
– Не суди людей по себе!
– грубо вставил Патрик.
– Хотя, мне все равно, с кем она спит. Мне нет до нее никакого дела, меня занимают более серьезные проблемы. Она на сегодня отстранила меня от работы,
– А меня эта дамочка очень даже заинтересовала, - продолжал Николя,она симпатичная, элегантная ...
– И на безымянном пальце у нее обручальное кольцо, - снова перебила Жустин.
Патрик удивлялся на своих коллег: они сплетничают о человеке, с которым знакомы один день, а, кажется, что они уже знают о ней все. Он же битый час сидел у нее в кабинете, но даже лица ее не запомнил.
– Что до кольца, то это не проблема ни для нее, ни для кого бы то ни было, - небрежно проговорил Патрик.
– Если ты, Николя хочешь побыстрее продвинуться по служебной лестнице, то охмури ее. Прыгни к ней в постель, Адель Фавье это оценит. После старика она примет тебя, не раздумывая, громко продекламировал Патрик, направляясь к стойке.
В это время он заметил, что Николя и Жустин прыснули от смеха, и показывают ему на женщину, которая стоит рядом с ним. Она посмотрела на Патрика, плотно сжав губки, и недовольно произнесла:
– Если вы, мсье Рено, считаете такой путь более продуктивным, то пользуйтесь им сами, а не советуйте своим друзьям.
С этими словами она взяла с подноса свой кофе и решительно направилась к выходу.
– Это Адель Фавье!
– воскликнул Патрик, усаживаясь за столик.
– Вы раньше не могли мне сказать?
Николя и Жустин бились в истерическом хохоте и не могли выговорить ни слова. Патрик подождал, пока они успокоятся, и, не дождавшись, ушел.
Глава 3.
Патрик чувствовал себя отвратительно - он второй раз за день поспорил с новой начальницей, вдобавок ко всему он так и не получил результаты вскрытия, а значит, он ничем не помог себе. "Чего я, собственно говоря, волнуюсь? Она меня не уволит. Сейчас извинюсь и все. В конце концов, меня абсолютно не интересует ее мнение ", - подумал Патрик и твердо постучал в дверь ее кабинета.
– Войдите.
– Мадам Фавье, разрешите, - Патрик вошел в кабинет и закрыл за собой дверь.
– Если вы по рабочим вопросам, то приходите после обеда.
– Нет, я по личному...
– Сомневаюсь, чтобы у вас ко мне было что-то личное, разве что личная неприязнь...
– Я пришел извиниться перед вами...
– Патрик пропустил мимо ушей последнее высказывание.
– Извиняйтесь, если считаете, что обидели меня.
– Я могу быть с вами откровенен?
– Как хотите.
– Если я скажу, что не хотел вас обидеть, то это будет неправда, Патрик сделал многозначительную паузу.
– Мм, - Адель отпила кофе из чашки.
– Сегодня вы унизили меня, обвинив в некомпетентности. Я был зол на вас еще и потому, что вы отстранили меня и...
– Я просто выполняла свою работу, и, заметьте, ничего не говорила о вашей личной жизни. А какое право вы имеете на то, чтобы распускать обо мне слухи?
– она поставила чашку на стол.
– Простите, а какую именно часть вашей работы вы выполняли, - Патрик сделал ударение на слове "вашей". Он снова начинал злиться и уже не думал об извинениях.