Параллельные прямые
Шрифт:
— Куда?
— На Мальдивы! — чуть слышно повторил Гена.
— Подожди, а как же паспорт для Верочки?
— Все под контролем. Заявления на получение загранпаспорта, тоже пришлось затребовать с ее биологической. Она написала… Не буду говорить, с какими комментариями. Еле сдержался, первый раз в жизни руки чесались, взять за шиворот и тряхануть как следует так называемую женщину. Паспорт к обеду будет готов, фото которое Соня вчера сделала — подходит.
— Летим к Индийскому теплому океану, к Солнцу! На райские острова! — это Генка выкрикнул громко,
— Папа! А мама говорила, ты позже придешь, а куда это вы собрались?
— Мы собрались сынок! Все вместе: и ты, и Верочка, и мама, и я! — Гена отпускает меня, пакет на комод пристраивает, обнимает подскочивших к нему малышей.
— А как же бабуля? Она разве не с нами? — громко шепчет Мишаня.
— Ну уж раз это больше не секрет… С вами! Вернее не с вами, мы раньше вас вылетаем. Целой компанией. — как девчонка хихикает бабуля.
Я… Обалдеваю. Как любит говорить Люда.
Читай на Книгоед.нет
Ух ты! Класс! Пап, а там страусы водятся? Мне всего одно яйцо от него надо….
Мишаню не сильно расстроило отсутствие популяции страусов на Мальдивских островах. Папа ему про изобилие морских черепах у коралловых рифов поведал, и о том, что черепахи собственно не хуже страусов несут яйца. Теперь сын с горящими глазами крутит в мозгах новую идею. Скоро что нибудь выдаст. На тему высиживания чучелом селезня черепах.
Верочка впритык к Мишке уселась, мурлыкает какую-то песенку на своем тарабарском, мордашка у крохи умиротворенная. Она не очень понимает, что такое: острова, океан, зачем туда нужно лететь, но всё равно радуется, для нее главное — со всеми вместе.
Гена успел сбегать наверх за сменной одеждой, принял душ, в три глотка заглотил крепкий кофе, взбодрился, но попросил кофейку повторить.
Я ставлю перед Геной вторую по счету чашку кофе, отхожу к холодильнику, зависаю в раздумьях: куда девать скоропортящиеся продукты, которых и так хватало, да еще Геннадий за непонятной надобностью приволок. При всём желании мы такое количество запасов до вечера не съедим. Поворачиваюсь к Генке, хочу поинтересоваться, зачем скупал пол супермаркета, если знал уже, что отдыхать улетаем? Не успеваю открыть рот, муж мой опережает очень своевременным вопросом:
— Давайте подумаем, где будем жить по возвращению, на рассмотрении два варианта: просторная квартира в центре, и большой дом за городом. Меня устроит любое ваше решение. Кстати дом на Ново Рижском направлении.
— Дом. — Не раздумывая говорю я.
Какая мама не мечтает, чтобы ее дети росли на воздухе? Свои нюансы конечно будут, Мишаню возить на тренировки, да и Верочке занятия подберем. Но плюсов в проживании за городом мне кажется всё равно больше.
— Вы тут решайте, пойду навещу Матвеевну. — бабушка встает со стула, пытается выбраться из уголочка. Улыбается бабуля, но мне показалось она вдруг как-то сникла.
— Надежда Николаевна, если я правильно понял вы одобряете Машино решение, и тоже согласны на
— Я? А я здесь причем? Или вы хотите, чтобы я с вами жила? — голос у моей родной дрогнул.
Она, что, решила одну мы ее здесь бросим? Да я даже в мыслях не допущу подобного! Я вдоль окошка полезла к бабушке в угол. Обняла крепко крепко.
— Бабуль. Неужели ты могла подумать, что мы тебя одну оставим? Даже не надейся, от нас не отделаешься. Ни за какие коврижки.
— Надежда Николаевна, действительно, мы без вас никуда. Семья должна жить в одном месте. Надеюсь вы все не против, если моя мама тоже с нами поселится? Места на всех хватит.
— Ух ты! Папина мама, значит — наша с Верочкой бабушка! Класс! Сколько у нас теперь бабушек! И все будем жить в большом доме! — Мишаня на эмоциях хлопает себя по коленкам.
А Верочка… Верочка вдруг философски замечает:
— Бабусек ного ни бываит. Цем босе, тем луци. Сем хатит люби. Я сем подалю.
Кроха сползает со стула, пробирается к нам с бабулей, прижимается к бабушкиной ноге… У меня защипало в носу, слезы к глазам подступили: сколько же чистой, бескорыстной детской любви живет в сердечке моей тоненькой веточки…. Всем хватит. Малышка подарит.
Нельзя плакать, детей перепугаю! Поэтому улыбаюсь, выпускаю из объятий бабушку и неожиданно придумываю, что делать с излишками продуктов.
— Бабуль, давай Эльвиру Матвеевну фермерскими йогуртами, нарезками и прочими деликатесами угостим? Мне кажется ей должен понравиться риет из утиной грудки с малиновым соусом. Малышатики помогут сумку до второго этажа дотащить. А нам уже в опеку пора ехать.
Бабушка согласилась, по максимуму опустошили холодильник, сложили в пакеты: лоточки, коробочки, баночки, керамические горшочки накрытые шуршащим пергаментом. Мишаня с Верочкой отправились вместе с ней угощать Матвеевну.
Ну а мы с Геной, буквально следом за ними в отдел опеки выдвинулись.
Автомобиль Михалыч снова подогнал к самому подъезду, любопытная соседка так же как и вчера наблюдала за нами из окна. С очень недовольной миной, наверное жаловаться кому нибудь будет. Это я вскользь про себя подумала, в принципе меня ни любопытство соседей, ни их жалобы, никак не волновали. Мне было хорошо и спокойно, я уже ни на секунду не сомневалась, что в опеке все как нужно пойдет. Не могу объяснить почему. Может Генкино олимпийское спокойствие так на меня действовало
Гена сел рядом со мной на заднее сидение, взял за руку и очень уверенно сказал:
— Маш, я на сто процентов гарантирую, все будет хорошо.
Я молча кивнула, свободной рукой прижала к себе папку с документами.
Реальность даже превзошла ожидания, в отделе опеки нас встретили…. Как долгожданных гостей, можно сказать, с распростертыми объятиями. Был один неловкий момент: у меня в пакете документов, характеристики с последнего места работы не оказалось. Как-то совсем упустила из вида. Собралась рвануть к Татьяне, на Площадь Ильича…. К дверям из кабинета уже дернулась.