Шрифт:
Август дышал последними летними теплом, хотя в воздухе уже чувствовалась прохлада осени. Небо, тяжёлое и серое, будто бы сдерживалось, чтобы не расплакаться, но через мгновение разразился ливень, освежив пыльные тропинки и промыв листья на деревьях. Дождь прошёл быстро, оставив после себя аромат влажной земли и травы.
Катерина, загорелая и с ясным взглядом, стояла возле калитки бабушкиного дома
– Ну что, поехали к полю? – сказал Катерине высокий и худощавый Витька, подъехав к ней на велосипеде.
– Сейчас только бабушку предупрежу, – ответила ему Катерина.
Шестеро друзей – трое мальчишек и трое девчонок – выехали из деревни, оставляя за собой след из звонких веселых голосов.
Когда они достигли старого дуба на краю деревни, Ольга, ехавшая в середине, притормозила и смущенно произнесла:
– Ребята, я не могу ехать дальше. Мама не разрешила выезжать за пределы деревни, тем более к этому полю …
– Да брось ты, – махнул рукой Николай, – мамы ведь не узнают. Поехали, чего бояться?
– Нет, правда, – возразила Ольга, качая головой, – мне нельзя. Я только до этого места доехала, а дальше не поеду.
Катерина, к которой всегда прислушивались, посмотрела на Ольгу с пониманием.
– Не будем заставлять её. Обещаем, что вернемся через час, – сказала она, поправляя свои длинные светлые волосы, запутавшиеся от ветра.
– Да, да, – подтвердили остальные, готовые продолжить путь. – Жди нас в деревне, Ольга!
Ольга вздохнула, но вернулась в деревню, зная, что она сделала правильный выбор. Она села на старую скамейку у дома своей бабушки и, крутя волосы, погрузилась в ожидание.
Катерина с друзьями, оставшись впятером, бодро взяли курс на поле возле леса. Дорога была длинной, и, проехав несколько километров, они добрались до небольшой ложбины, окруженной высокой травой, где уже виднелся густой лес. Весело переговариваясь и смеясь, ребята, не ощущая ни малейшей тревоги, окунулись в свободное пространство, над которым стояла тишина и только шелест деревьев да свист кузнечиков нарушали её.
Прошло три часа, Ольга сидела на скамейке, поглядывая то на часы, то на дорогу, ведущую к полю возле леса, но ребята все не возвращались. Бабушка Катерины, Кристина Александровна, заметила ее и подошла к ней.
– Оленька, почему одна сидишь? Где Катерина и остальные ребята? –
– Они поехали кататься к полю возле леса, – ответила Ольга, вздохнув. – Обещали вернуться через час, а их уже три часа нет…
Когда Кристина Александровна была маленькой, ее бабушка рассказывала ей, что лет двести назад тут стояла большая деревня, по местным меркам она была богатой. Говорили, что ночью в эту деревню приехали странные люди в черных плащах, пробыли несколько часов, но после их ухода все деревня вспыхнула огнем. Половина жителей так и не успела покинуть свои дома. С тех пор место стало гиблым: сколько бы ни пытались местные возродить его, оно не давалось. Поле вначале засевали пшеницей, но после того как во время уборки урожая с него пропало два комбайна вместе с комбайнерами, поле перестали засевать. Скотину в этом поле из близлежащих деревень местные жители не пасли, поскольку каждый раз она бесследно пропадала там. Один раз приехали на это поле «черные» археологи с металлоискателями, ходили по нему два, три часа и пропали, их машина так и осталась стоять возле поля, пока ее не забрала милиция. Местные жители из близлежащих деревень обходят это поле стороной.
Кристина Александровна стала тревожиться за Катерину и других ребят, через полчаса она подошла к отцу Николая, который уехал вместе с остальными детьми на велосипедах к полю. Когда отец Николая, Василий Степанович, загорелый, с широким лбом и карими глазами, узнал о случившимся, то нахмурился и немедленно начал собираться поехать за ними на машине. Когда они вдвоем ехали на автомашине «Нива», то их остановила встревоженная мать Лены и уже втроем они ехали к полю. Через двадцать минут они добрались до него. Недавний дождь оставил повсюду мутные лужи, и на чёрной, размытой земле и следы от велосипедных колёс сразу бросались в глаза. Они тянулись вдоль дороги, пересекали поле, но вскоре поворачивали, как бы обрисовывая дугу, и направлялись к перелеску с другой стороны. Мимоходом мелькнула мысль, что дети, вероятно, решили вернуться обратно, чтобы подъехать к полю с другой стороны, через небольшой перелесок. Недалеко от леса, они увидели перед собой огромную лужу. Василий Степанович остановился возле лужи и вышел из машины. Всматривался в эти следы он не мог отделаться от странного ощущения беспокойства и тяжести. Следы велосипедов дошли до самого края лужи и… пропали. Грунтовая дорога, ровная и сухая на другой стороне, выглядела будто новенькая, нетронутая ни детской ногой, ни колёсом от велосипеда.
Конец ознакомительного фрагмента.