Паразит
Шрифт:
И здесь я похолодел, для верности забираясь под шерсть военного и приготавливаясь к бегству.
Леший продолжил:
– Но он мёртв. Я в этом полностью уверен. Восстать из мёртвых Чёрный не мог. Следовательно, против нас орудует кто-то, очень и очень на него похожий. Но кто? А главное, как его найти?
***
Ситуация начинает выходить из-под контроля. Леший меня практически раскрыл, остановившись в одном шаге от совершенной разгадки. Знай он о навыке Эвакуация, был бы абсолютно уверен, что против фракции бордовых орудует восставший из мёртвых Чёрный. Но это и не столь важно. Самое главное – военный
После того как военный восстановился от наркотиков, Подключение упало до сорока пяти процентов. То есть идею подчинить Лешего при помощи навыков Паразита можно смело отбрасывать… К счастью, на этот случай я приготовил план Б. Он гораздо более рисковый, но вариантов сейчас попросту нет. Нужно действовать быстро.
Тем более, что всё шло именно к этому…
Уже через час гвардия под командованием Лешего совершила обыск всех зданий и закоулков базы бордовых. Леший решил, что вряд ли этот некто, ведущий подпольную работу, является членом фракции. Первое – почему он начал её вести только после появления в ней Лешего? Второе – как тогда объяснить странное поведение белых пилигримов, которые взбунтовались в паре десятков километров от самой базы? Третье – кто в таком случае привёл в дом серого пилигрима, если восемьдесят игроков постоянно находились в армии, а оставшиеся двадцать сидели в полуземлянках (об этом с уверенностью доложила Susan)? Следовательно, надо искать постороннего. Чужака.
Но на базе его не оказалось. Гвардия отправилась на проверку соседних локаций.
Таким образом за несколько часов упорных хождений вокруг базы псари с вервольфами добрели до лесного озера, того самого, что находилась рядом с Курганом памяти. Странным образом водоём сохранял свою чистоту и не превращался в болото, хотя озеро было бессточным, а пополнялось за счёт дождевой воды и, очевидно, подземных источников, очень хорошо слышимых под землей, на пути к Залу предков.
Залу предков…
Хм… а ведь это можно использовать!
– Небольшой отдых, – объявил Леший.
Псари, взяв с собой вервольфов, тут же разбрелись вокруг озера, чтобы, вытянув уставшие ноги, растянуться на узкой полоске песка и насладиться уходящим теплом осени. Леший решил пройтись в одиночестве. Ему было над чем подумать.
Меня уже трясло. Мысли в голове выстраивались в причудливые комбинации…
Наконец, я улыбнулся. Вернее, попытался это сделать: лицо Слышащего не позволяло проявлять эмоции. А жаль…
***
Лес… Высокие сосны протыкают верхушками пушистые облака, спустившиеся сегодня очень низко. В кроне сосны можно различить небольшую саблезубую белочку, старательно грызущую кедровые орешки.
Уже через секунду, повинуясь моему внушению, белочка сиганула прямо на Лешего.
Военный от неожиданности отскочил и хотел было уже поймать эту оборзевшую малявку, но белка, хищно оскалившись, побежала в сторону. Леший махнул рукой, мол, больно надо за ней гоняться. Однако белка вдруг остановилась и повернулась к военному, характерно
Военный ухмыльнулся и, заинтригованный, отправился следом за НПС.
Саблезубая белка между тем добежала до какой-то металлической плиты, заросшей мхом, но с вполне угадывающимися символами. Леший с изумлением поглядел на плиту, пытаясь понять, что означают эти иероглифы, но, как и я в прошлый раз, вполне определённо смог угадать лишь очертания антропоморфной фигуры, находящейся ровно посредине плиты. Именно на плечо этой фигуры и запрыгнула белочка, призывно виляющая хвостиком и подзывающая Лешего подойти поближе.
Военный, пожав плечами, встал на плиту и нагнулся к белочке, протягивая ей шишку с кедровыми орешками. Однако НПС, вместо того чтобы взять угощение, вдруг впилась зубами в палец Лешего!
Военный опешил от такой наглости. Он замахнулся вторым кулаком, чтобы размозжить белочке черепную коробку, однако капля крови, соскользнувшая с его пальца на металлическую плиту, уже активировала механизм. В последний момент белочка отпрыгнула в сторону, а вот Леший не успел, с коротким криком проваливаясь под землю.
***
– Ну ты и сволочь! – зло прошептал военный, лёжа на спине и глядя вверх, где в освещённое солнцем отверстие выглядывало НПС.
Живая и невредимая белочка показала что-то наподобие фака (я постарался максимально похоже согнуть пальцы НПС) и благополучно скрылась из виду, оставляя взбешённого Лешего в полном одиночестве.
Подняться по отвесным каменный стенам военный не мог, а звать на помощь посчитал делом бессмысленным: его подчинённые находились метрах в ста от плиты, крик бы попросту потонул в массе лесных звуков. К тому же Леший не хотел выдавать своё присутствие: мало ли кто обитает в местном подземелье.
Поэтому ему ничего не оставалось, кроме как пойти по тёмному коридору, будто вырезанному в камне руками умелых строителей. Леший шёл осторожно, постоянно вслушиваясь и оглядываясь назад, тем не менее его не могли не привлечь странные знаки, которыми были изрисованы стены тоннеля. У некоторых из них он даже останавливался, чтобы получше рассмотреть затёртые элементы, изображавшие в основном чудные переплетённые символы.
Не знал, что у военного развито художественное восприятие…
Ещё более Лешего поразил сам Зал предков. Помещение размером с волейбольный зал осветилось разом вспыхнувшими магическими факелами. Играющий свет пламени вырвал из темноты многочисленные статуи, изображавшие разнообразные необычные виды существ, живших в Игре до нас.
Леший по долгу останавливался у каждого изваяния, рассматривая необычную физиологию представителя каждой расы. Но когда он подошёл к пятнадцатому памятнику произошло что-то совершенно странное.
Ковёр, красной полосой лежащий параллельно линии памятников, взмыл вверх. Невидимая сила отбросила его на несколько метров, являя Лешему металлическую окружность, расположенную в центре Зала предков.
Секунда – и диаметр окружности осветился синим, но ещё более засияла замочная скважина этой странной двери. И прямо в воздухе появилось полупрозрачное изображение огромного изогнутого ключа, длинной в метр, созданное тем же мягким синим светом. Сопровождалось всё это натужным механическим гудением скрытых под ногами приборов.