Паразиты мозга (Часть 1)
Шрифт:
Сергей видел все это разумеется далеко не в первый раз и, казалось, уже должен был бы привыкнуть, но наверное есть вещи к которым привыкнуть невозможно.
Вначале девушка молчала, закусив губу, и только вздрагивала в момент удара, но потом, очевидно уже не в силах сдерживаться, стала как-то странно и жалобно подвывать. Сергею невыносимо тяжело было все это видеть и слышать, ему казалось, что это в его обнаженное тело вонзаются гибкие и хлесткие прутья. Он хотел уйти, но не мог, какая-то непонятная сила удерживала его на месте.
"...Преступность достигла
тельство было уже не в состоянии даже делать вид, что бо
рется с ней. Денег на содержание милиции не хватало, и тут
вдруг у кого-то возникла блестящая идея - привлечь к под
держанию порядка самих преступников. Правительство Москвы
стало продавать лицензии на поддержание порядка в том или
ином районе различным мафиозным группировкам, а деньги вы
рученные таким способом шли на содержание милиции. Так,
например, Кузьминки купила Люберецкая мафия, центральную
часть города поделили между собой азербайджанская и че
ченская группировки, Замоскворечье взяли себе долгопруд
ненские мафиози и так далее. Надо сказать, что мафиози в
деле наведения порядка достигли значительно больших успе
хов, чем милиция, КГБ и другие службы безопасности вместе
взятые. Первое, что сделали рэкетиры - это вновь ввели телес
ные наказания; причем, делалось это всегда публично и, как
правило, при большом скоплении народа. Основным видом воз
действия была порка розгами, но применялось также привязы
вание к позорному столбу и вымазывание в дегте и вывалива
ние в перьях. Девиц, которые пытались подработать возле
интуристовских отелей без специальных лицензий, раздевали,
брили наголо и отпускали с миром. Надо сказать, что такая
лицензия стоила очень дорого и по карману была только де
вицам из зажиточных слоев, а простым девушкам оставался
только незаконный промысел, и многие рисковали, тем более,
что бритую девушку брить второй раз бессмысленно, а иност
ранцам бритые девушки даже нравились, в этом было что-то
пикантное, да и стоили они в несколько раз дешевле. Блат
ные ввели также и смертную казнь. Они использовали свой
традиционный метод - ставили человека ногами в таз, зали
вали алебастром и сбрасывали в реку с моста. Чаще всего
для этого использовали Крымский мост. После введения таких
крутых мер неорганизованная преступность как-то сразу поу
тихла, ушла на дно, но стычки между мафиозными кланами за
сферы влияния, как ни странно, все еще продолжались.
Одной из таких спорных территорий, из-за которой
развернулась самая настоящая война между армянской и азер
байджанской группировками, стал район Таганской площади,
который москвичи прозвали Карабахом. Из-за большой войны
почти все армяне и азербайджанцы оставили свои родные мес
та и переселились в Москву, благо, что прописка была отме
нена как пережиток социализма, но и здесь они не смогли
ужиться. Часто по ночам жителей Таганского
пулеметные очереди и глухие взрывы противотанковых мин, а
окна освещали зарева пожаров. Жгли коммерческие палатки и
магазинчики..."
Экзекуция уже закончилась, девушку развязали, но она все еще продолжала лежать на прилавке, словно выставленный на продажу товар, когда вдруг на площадь выехало две машины: мерседес и вольво. Из первой машины выскочило трое человек кавказской национальности с обрезанными автоматами и принялись поливать очередями в сторону рэкетиров. Толпа бросилась врассыпную, а рэкетиры, даже не успев вытащить пистолеты, упали на землю истекая кровью. Сергей бросился за прилавок, на котором лежала девушка, и растянулся на земле, используя этот прилавок как естественное прикрытие. И тут что-то мягкое и теплое упало на него, и липкая густая жидкость потекла по его шее за шиворот. "Это та девушка, - подумал он, - они убили ее!" Он попытался двинуться чтобы сбросить тело, но тут услышал шепот почти в самое ухо:
– Тихо, не шевелитесь.
Между тем, дверцы второй машины открылись. Из нее вышел низкорослый пузатый мужчина с пистолетом в руке, подошел к убитым рэкетирам, потрогал их носком ботика и еще по разу выстрелил в каждого из них. Затем все они сели в машины, и машины, резко рванув с места, уехали. На площади не осталось ни одной живой души кроме Сергея и девушки. Девушка осторожно сползла на землю и села. Потом она тронула за плечо лежавшего на земле Сергея:
– Эй, вставай!
– сказала она низким, чуть хрипловатым, но приятным голосом, - Они уже уехали.
Сергей поднялся и тоже сел. Девушка смотрела на него спокойно и сосредоточенно. Все левое плечо у нее было в крови.
– Ты ранена?
– спросил он и показал на плечо.
– Нет, кажется нет!
– ответила девушка и принялась рукой вытирать кровь. Он достал из кармана платок и стал помогать ей. Действительно, раны не было, очевидно, это была кровь бандита.
Вытерев кровь, девушка поднялась на ноги:
– Я пойду возьму одежду, она там, - сказала девушка и махнула рукой в сторону площади. Она вышла на площадь, подошла к одному из бандитов, присела рядом с ним на корточки и закрыла ему рукой глаза, посидела так некоторое время, затем поднялась, подошла ко второму и сделала то же самое. Потом она подняла свою одежду и подошла к сидевшему на земле Сергею.
– Я оденусь, - сказала она, и он машинально отвернулся.
– Тебе их жалко?
– спросил он.
– Кого?
– Бандитов.
– Знаешь как в писании сказано? "Прости им господи, ибо не ведают что творят."
– Понятно, - сказал Сергей.
– Что "понятно"? Ничего тебе не понятно! Если бы они могли знать, что их ждет, я думаю они бы никогда не пошли на это.
– А кто вообще мог знать, что все будет именно так? Вот ты, например, знала?
– Ну, конечно, знала, - сказала она как что-то само собой разумеющееся, и прозвучало это настолько естественно и убедительно, что Сергею не захотелось больше спорить.