Паразиты Сознания
Шрифт:
...Я слышал разговор врача и ассистентки. По ходу дела, он кое-что объяснял ей, задавал вопросы в качестве экзаменатора. Теперь и я знаю, что киста представляет собой тонкий сосуд, в котором скапливаются продукты нагноения, появляющиеся при болезни чего-либо. Моя возникла от воспаления заднего конца подъязычной косточки и расположилась прямо на гортани. Это усложнило процесс. От неё, в глубину шеи, до больного места, тянулся длинный тяж - ножка. Но самое скверное оказалось в том, что полая опухоль срослась с гортанью. Пришлось её, как сказал врач, "вылущивать". Это выражалось в микроскопических подрезаниях хряща под оболочкой кисты. Во время
Затем, начали добираться до воспалённой косточки, она где-то под языком и сзади. Найдя её, хирург влечёт болячку поближе к разрезу. Возникает боль. Мне колют ещё новокаин и опять тянут. Но, увидев воспалённый конец кости, врач в чём-то засомневался и решил вызвать более опытного в отношении удаления кист.
Интуитивно я почувствовал - что-то не то, врач чего-то не договаривает. Операция застопорилась, я лежу с разрезанной шеей, другого хирурга не могут найти. С начала неприятного для меня процесса прошло часа полтора, настроение прескверное. Начинают прекращать своё действие анестезирующие инъекции, появляется боль. Я начинаю подвывать, мне делают повторные уколы и тут появляется другой эскулап. Происходит небольшой консилиум и за дело берётся пришедший хирург.
Опять тянут к разрезу содержимое нижней челюсти, звучит команда подать кусачки. Раздаётся хруст, ещё и... облегчение. Воспалённый конец косточки отделён вместе с ножкой кисты. Через некоторое время гнойный сосуд удачно отъединён, но.... В действие опять вступает "закон подлости". Со стороны гортани, от кисты отходит ещё тяж, теперь уже в направлении щитовидной железы. Это я слышу из разговора моих мучителей. Из короткого совещания следует решение: позвать заведующего отделением. Снова перерыв, я продолжаю лежать с запрокинутой до отказа головой. Прошло более двух часов с начала операции. Всё онемело, затылок болит от твёрдого стола.
Наконец приходит заведующий отделением. Выслушав коллег и осмотрев моё несчастье, начальник приходит к одиозному решению: под общим наркозом добраться до щитовидной железы и по мере необходимости, произвести нужные действия. Я был вне себя от услышанного, но что мне оставалось делать? Покориться судьбе, которой я теперь так благодарен! Скоро пришла женщина и сделала мне укол. Появилась лёгкость в теле, у меня "поехала крыша" и я провалился в пустоту.
...Вдруг, как мне показалось вначале, я открыл глаза и увидел операционную, но в необычном плане: я смотрел сверху, видел сразу всё помещение и всех находящихся в нём людей. Все одновременно говорили, кричали, кололи уколы, давили на грудь, дышали в рот человеку, лежащему на столе. Его тело было раздетым. Внезапно меня пронзила мысль, нет, я как-то понял, что на столе лежит моё тело. Мне стало жалко себя. Мой лечащий врач - хирург растирал мои руки и ноги, а я думал:
"Почему же мне не щекотно?"
Ко мне пришло осознание того, что я умер. Меня это почему-то не взволновало. Я им крикнул:
– Оставьте, вы мне уже не поможете, - но меня никто не слышал.
Невозможно описать моё состояние и ощущения. Я не нахожу слов, их просто нет в нашем лексиконе. Обратив на себя внимание, я увидел, что нахожусь в теле, но не в физическом, а в какой-то, не могу подобрать слова, не бесформенной массе, но и не соответствовавшей в точности человеческому телу. Оно было бесцветным,
Я понимал, о чём говорят люди, но не слышал разговор, а как бы узнавал их мысли своим сознанием. Они ещё не открывали рот, чтобы сказать, а я уже знал мысль, которую они хотят выразить. Сознание было совершенно отчётливым. Это было очень приятно. Все явления, происходящие как вблизи меня, так и вдали, я мог воспринимать одновременно, как-то сразу осознавать их и делать необходимые выводы или находить правильные решения.
Время утратило свою реальность, но и не исчезло совсем. Происходящие вокруг события начинают протекать, несомненно, быстрее. Все эти и другие ощущения, и понимания, приходят, нет, осознаются в какой-то миг. Я не могу описать это нашими словами, потому, что иной мир не таков как тот, в котором мы живём, но и это объяснение не совсем соответствует истине.
Я испытывал странное равнодушие к своему
телу, мне было хорошо и покойно, не было боли. В какой-то момент, я подумал о том, что скоро о моей смерти узнает жена и сразу же, увидел её, ни о чём не подозревающую, в своём кабинете. Она работает врачом в районной больнице. Перед ней сидела женщина и рассказывала о своей болезни.
Потом пришла мысль о маме, как она воспримет известие о моей смерти? И тут же оказался рядом с ней, в доме. А она живёт далеко от города. Хочу подчеркнуть, что перемещения в пространстве были мгновенными. Мама сидела и пряла шерсть, она всем вязала тёплые носки. Я позвал:
– Мама, это я - Виктор!
Тщетно, она не слышала, и мне стало очень жалко её, ведь своей смертью причиню ей столько горя. Сын умер, а она прядёт, и что-то напевает, не ведая о случившейся трагедии. Подумав об этом и увидев всех своих родственников, я почему-то снова вернулся в операционную.
К моему удивлению, здесь продолжали суетиться вокруг моего тела, но это нисколько не тронуло. Мне было всё равно. Вскоре печальные мысли незаметно исчезли и я подумал: "Что же мне делать дальше? Почему я один и где оказался? Может, сплю?"
Но сознание чётко показало - это не сон.
Глава 3
Вдруг кто-то хлопнул меня по "плечу" и я услышал:
– Вис, Вис, друг мой, ты ли это?
Я оглянулся и увидел... "человека", парящего в воздухе, рядом. Он был тоже "бестелесный", но я видел в нём мужчину, причём очень знакомого. Он был одноглазый и с кривым носом. Интуиция подсказывала, что это кто-то из моих близких, но я никак не мог вспомнить. А он крутился вокруг, смеясь, похлопывал меня и подшучивал.
И мне действительно стало совестно, как никогда. Ведь судя по обращению, это был далеко не чужой человек, но.... Потом он закричал:
– Да обними же ты меня, ведь я Ваб..., - и сказал незнакомое мне слово.
У меня "ёкнуло в груди". Я обнял его, прижал к себе и опять ощутил, что это кто-то свой. Видя моё замешательство, пришелец заметил:
– Ах, Вис, Вис, какой ты тугой! Ну, ничего, скоро узнаешь очень многое, в том числе и меня. Думаю, ты будешь рад этому.
А осмотрев операционную, он заявил: