Парня звали Дом

Павлиенко Алексей

Остепенение. Устойчиво и в меру уступчиво как разложение на атомы и дисциплинарный дипломатичный квадрат. А вы подумали дипломат и тем более если батальон… Вульгарно прежде всего и безымянно. Треуголка… Наполеона. А вот и слова… Умолчание и Акстись. В прорву. Шуток и балаганных сцен. Это – предчувствие рассвета. Так будет. Не может не быть. И счастье есть. Не промахнуться бы. В идеале этот рассвет – букинист.

Или современник и все равно поэт. А как очернительная и саркастическая кляуза от критика, почти заказная от недоброжелателей – Это агония огня. Распутника на распутье. Куда же.... Податься. Так и рассвет. Как начало. Две стороны

одной медали. Как новости, хорошая и плохая. Очень смешная и просто грустная. Луна. А от времени суток осталось одно. Ответственное решение. Новый день, полный неожиданностями и заполненный удачами и промахами.

Пусть вторые будут незначительными и незаметными, а первыми в масштабах вселенной или осени, не иначе. Утраченный смысл. Ангельский гонорар. Рассвет. И дьявольский гонорар, разве не ночь? Тогда что же? Акула и осень? Дьявольский смех. Пустословие. Он не поэт. И даже не клоун. Аскет. Как два начала не только в человеке, но и в доме. Света и тьмы. Без них не куда. И все примерно знают об этом. И догадываются. Стелятся облаками. Рожают с иконами и умирают с дождями. Черного юмора горсть. Винограда. Вина бы. Домашнего.

Дом отдыхал. Вернее, сейчас он уснет. При первых, или в первых лучах солнца, купаясь и обмываясь. Стараясь понравиться ветру. Гордость. Или упрямство? В рассвете. И благородство. Так и знал, что дворянин. Нет, все – таки больше мушкетер и клоун. Двойник рассвета. Или дальний родственник, еще из детства.

Идеальная родословная – туман… Идеальный герб – слон. И идеальный девиз Дом. Шутка. Немного провокационная и похожая на светскую только критикой, со стороны Больших слов в маленьких стихах. Такое бывает. И вселенная вздрогнет от нового тика, как взрыва. Это вселенское начало стало рассветом. У дома. Где живет поэт. Или гений. Так просто? И эстетически заверено смертью. И счастьем. Что будет быстрее? И вселенная не содрогнется, а только станет тенью поэта и его ангелом хранителем.

Как бы не звучало это поэтично и романтично. Светало. Теперь уже наверняка. К счастью. И цирк шапито, в облаках и в обмане. Навстречу. По-домашнему. С клоунами на ходулях впереди. Дому бы такие?.. У кого бы украсть. Коварная шутка злодея. Зевая. Дом Отдыха. С бассейном. И дом осени… Со склепом. Но все равно с мороженым на любителя…

Присутствующие понимали, что дома тоже стареют и болеют. Хоть внешне они более или менее сносны и сносу не подлежат. Светает. Жалуются на головные боли и отсутствие аппетита. Снижение веса или наоборот ожирение. Апатия и депрессия. Старение кожи и выпадение волос, в данном случае упрямство и непостоянство. Черепицы начинают течь и протекать тоже. Изжога и черный дым из трубы. Облака подумывают, что это паровоз.

Букет на длинных стеблях, но не джентльмена и попугая, а снобы и зануды, со свинячим похрюкиванием и поросячьим хвостиком на вертел. Не карьерист. Но запахи любит. Уже совсем расцвело. И не понадобится подзорной трубы и позорного столба, чтобы увидеть это. Природную наготу. Но не осень.

Как гости, которые не обижались, а укутывали ноги и отодвигались от камина подальше. Волны памяти и собственные флюиды, смешиваясь, окутывали их и в то же время предостерегали. От повторения прошлых ошибок. Память. Окутывали их богемным дурманом, как стихи и проза. "Овсянка, сер". "Вы маленький зануда, сер". Я вас раскусил и раскрутил на пару стихов. А не оплеух. Простите. Детство. Только кто или что у кого в гостях. Попугаи и облака.

Итак, от старости и святости. От сырости, особенно если дырявая крыша или сырой

погреб. К счастью без мышей и тараканов. Что вы, что вы. Не может быть. Но это почти в прямую зависит от нерадивости живущих и их менталитета. Как эмоции, так и крошки на столе для домового. Приятеля дома. Тоже "парня"? Скорее всего, нет. И уже очень давно. Старикашка. Но еще романтик. Просиживающий на крыше и наблюдающей за облаками целыми вечерами.

Птицами в их собственный час пик и закатами, целыми сутками и годами. Последние, из которых очень даже напоминают пожар. Закаты, а вы подумали года? Поразительно.... И принципиально не хочется тушить. Они не профессиональные пожарные. А закат, это как последняя стадия пожара – живая. Как говорят пожарные – агония. У огня самурайский характер. Дождя не хватает.

Листва.... Как мужское начало в доме. Мужчины, живущие в доме, интеллигентные, но не пьяницы. Выпятив живот, как и подобает мещанам. Сутулятся понемногу. Растрачивая тестостерон по пустякам. И адреналин тоже. Которого почти нет. Да не очень то и надо.

… Как будто поскрипывал снег. Половицы. И карамель. Как Кармен… Утро и трели… Как женское начало. Но не половина дома. Пуповина. И, воспользуюсь случаем, откровенно. В утробе было куда лучше и спокойнее. Шутка. Утро и мычание коровы. Запах парного молока и вкус сыра. Сливочного и экологически чистого и свежего продукта. По состоянию здоровья похоже на розовощекие облака. На чистом и голубом небе. Шутка.

… Ветерок и его запахи, сегодня более или менее "одноэтажные", а не городские. Цветение и легкий бриз от далекого водоема. Светло зеленого пространства и вечно зеленого женского романтического настроя. Лукавства. И его тени. В саду. Среди пчел и бабочек. Втирая им сказки, а в кожу мазь от загара. Ресницы.... Немного лукавят. Глаза. Немного свысока или исподлобья. Более или менее смирившись с дождем. Успокоившись в ритме и мире капели. Как это?.. Это к поэту. Все тихо и мирно, как там.... Но и в жизни нормально. И в доме. Второе дыхание, женское начало. Шутка. Или женское дыхание в ухо – два. В левое.

Слюнки текут, и захватывает дыхание. И ауру над головой. Шутка. Дом Городской, как трущобы. Слюнки текут. Ему не чужды слова и стихи. И он рад бы послушать. Но не укусит. И детьми его не пугают. Он добрый. Не старый и не молодой. И старит, и молодит, но не омолаживает. Лечит только рассветом и сном. Как гипнозом. И шутит. Мужское начало. Как хиппи и рок. Или Девидсон в гараже, который Харлей. Или просто красный Феррари.

Это и час пик птиц. Ах вы, маленькие зануды. Струны и качели. Шарманки и прочие трели. Не нужное зачеркнуть. Подчеркнуть только летнее, место и лестное душе облака. Полетаем? В конверте не листья, а мысли. Подытожим словами. А может быть стих, как мужское начало. Рассмотрим и это предложение. Немного печали. Свистели и пели. Как клоуны в цирке. Стихами. Писали. И плакали снами. Описались от смеха. И строго по расписанию – дрожь или дождь. Не простыть бы, мужскому началу, без сна.

И подкрепиться словами и выплакать дождь. Для начала побриться. В час пик птиц. А потом освежится рассветом, и продлить свою жизнь с облаками. Просто напиться. Вы будете долго смеяться, но это призванье. Быть в детстве поэтом. Мужское начало карьеры. Приколы и тернии. Аплодисменты и маятник двери. Как гости. Трели из часа пик птиц.

А прошло всего полчаса из мужского начала дома. Не мало. Осталось лишь сладкого на десерт. И завтрак закончен. Рассвет о былом. Дом. Можно и стих, на десерт. И пусть он в жанре растает и растормошит, сон. Дом.