Пароль
Шрифт:
— Ай, блин! Чего ты щиплешься, старый хрыч? — не смог удержаться от выкрика Кирилл.
— Да это я проверяю — живой ты или копыта отбросил, — радушно улыбнулся старик. — Ну, чего глаза вылупил? Не признал? Да хрен когда признаешь!
—
— Ага, я вернулся, братуха! Это я, Андрей! — старик рассмеялся дробным смехом веселой гиены. — Эх, теперь я тебя и погоняю. Знаешь, как много я узнал секретных техник из интернета?
— А как…
— Ну, я продублировал своё сознание на твой чип, а потом вылез, когда пришло время, и поздоровался с Павлом Сергеевичем через комп. Дал инструкции, как меня можно извлечь и что можно сделать дальше. Я разнюхал, что тут заныкали андроида, вот меня и переписали на его носитель. Хреново, конечно, что не молодого мужика, но на первое время потянет. Зато какие возможности у этого тела… С Маринкой всё нормально, она сейчас в бегах. Не захотела оставаться с нами. Я её понимаю... Не виню... Павел Сергеевич тоже нормас. Сидит за мониторами и настраивает сеть для борьбы со Вселенной.
— А Михаил…
Старик ловко достал из внутреннего кармана планшет и подсунул под нос Кирилла:
— С этим полудурком вообще прикольно вышло. Маринка сначала перекинула бабки на его счет, а потом перевела все деньги на левый и сняла. Так что теперь
На экране планшета появилась комната. Стол, кресло, компьютер, монитор и за монитором сидел Михаил Анатольевич. Он как раз заполнил половину бокала коньяком и лениво щелкал мышкой, потягивая жгучую жидкость. На экране монитора появилась таблица и Михаил Анатольевич замер.
Бокал упал на ковер, разбрызгивая янтарные капли.
Михаил Анатольевич закрыл таблицу, открыл снова и только потом впился пальцами в остатки волос на голове. Звериный вой вырвался наружу. В следующий момент Михаил Анатольевич схватил пузатую бутыль коньяка и швырнул что есть силы в монитор. Тот послушно взорвался, черный дым заструился вверх.
— Вишь чо случилось? Обломала его Маринка. Ладно, ты давай поправляйся, нам скоро на тренировку, — поднялся со своего места старик. — Эх, мы будем такими секретными зверюгами, что аж самому страшно. Таких дел наворотим, чтобы эта Вселенная взвыла…
— Андрюха, — позвал Кирилл, когда собеседник почти закрыл за собой дверь.
— Да? — показалось насмешливое морщинистое лицо.
— Я скучал, братуха…
Старик шмыгнул носом и улыбнулся:
— Я знаю.
Конец второй книги.