Партиалы

Уэллс Дэн

Кира присвистнула:

– Чуть не попались.

– Будет только хуже, – напряженно проговорил Сэмм.

– Ты ранен?

– Нет, – прохрипел он, – я… что ты решила?

– Партиалы не почувствуют, что я рядом, так? Я прыгну одному на спину и отберу автомат.

– Связью не почувствуют, но это не значит, что они тебя не увидят.

– А какую информацию они получат про тебя? – спросила Кира. – Мысли? Намерения?

– Не совсем, – ответил Сэмм. – Скорее, где я, как себя чувствую, в каком эмоциональном состоянии. Ну и так далее. Так что мне не удастся разведать

что-то такое, что поможет тебе захватить партиала.

– А мне и не надо, чтобы ты читал их мысли, – Кира оглядела широкую заросшую лужайку. – Ты мне нужен как приманка.

– Ничего себе! – развел руками Сэмм. – Ты серьезно?

– Не бойся, – успокоила его Кира. – Я тебя в обиду не дам. – Она ухмыльнулась. – Ты же сам говорил, что вы целиком и полностью полагаетесь на связь. Так что, если они почувствуют прячущегося за одним углом партиала, за другой даже не заглянут.

Сэмм покачал головой. Кира заметила, что он учащенно дышит. Партиал скривился:

– Как только ты на него нападешь, все остальные узнают, что он в беде.

– Значит, надо действовать как можно быстрее и сбежать, пока не подоспели остальные, – Кира потянула Сэмма глубже за колонну. – Я понимаю, это опасно, но мои друзья тоже в опасности. И им даже хуже, потому что у них нет тебя, – Кира заговорила тише. – У нас все получится.

– Все это, конечно, хорошо, – ответил Сэмм. – Но ты предлагаешь мне найти вооруженного разведчика, которого специально тренировали, чтобы его никто никогда не нашел. Это невозможно.

– Говори тише, – прошептала Кира. – Мы его уже нашли, – она указала за колонну. Сэмм осторожно высунул голову, тут же спрятался обратно и, прижав губы к уху Киры, прошептал:

– В сорока метрах от нас.

– Наверно, услышал, как мы спрыгнули с дерева, – прошептала в ответ Кира. – Едва ли он нас видел. Он не прячется, просто проверяет. – Она указала на дальний конец туннеля. – Ползи туда. Он тебя заметит и пройдет мимо меня.

Сэмм выглядел напряженным; казалось, каждый мускул в его теле свело, причем длилось это уже некоторое время.

«Другой партиал слишком близко, – подумала Кира. – Некогда проверять, ранен Сэмм или нет».

– У тебя точно все в порядке?

– Да, – прохрипел Сэмм, развернулся и пополз по кустам к колонне, а потом к следующей. Кира одобрительно кивнула: он все правильно рассчитал. «Так разведчику не придется идти мимо моей колонны, – подумала девушка, – а значит, скорее всего, он за нее и не заглянет». Сэмм двигался с трудом, как будто преодолевал сильную боль, и Кира решила, что он, наверно, ударился, когда прыгал с дерева. Но нет: это началось еще наверху, на эстакаде. Что происходит?

– Стой, – раздался приказ, и Кира с удивлением отметила, что голос женский. Девушка застыла, молясь, чтобы план сработал и разведчица ее не заметила. Сэмм замер на четвереньках в зарослях сорняков под мостом. Послышались шаги: Кира затаила дыхание. Мимо нее к Сэмму прошла мятежница. Теперь можно было точно сказать,

что это женщина: тонкая талия, округлые бедра и грудь, пучок черных как смоль волос под ремешком респиратора. По внутреннему углу глаз проходила тонкая вертикальная складка кожи, как у китаянки, и Кира удивилась: ведь в Войне за Изоляцию партиалы воевали именно с китайцами. Зачем создавать солдата, которого другие бойцы могут принять за врага? Партиалка целилась Сэмму в спину из ружья с большим черным глушителем. Кира догадалась, что это снайперская винтовка.

Девушка остановилась в нескольких метрах от Киры; если Кира бросится вперед, она преодолеет это расстояние в два больших шага, мятежница даже опомниться не успеет. Кира кивнула себе, готовясь к атаке. В школе проходили уроки рукопашного боя, и Кира выучила кое-какие приемы, хотя, конечно, профессионалом ее назвать было нельзя. Бойцы Сети безопасности утверждали: если партиал подошел так близко, уже ничего не поделать, они гораздо сильнее. Кира молилась, чтобы это оказалось неправдой, привстала на цыпочки…

– Не говори ничего, – произнес Сэмм напряженно, словно сквозь зубы. – Ни слова, – он поднес ладонь к лицу, прикрыл рот и нос. Кира напружинилась, готовясь к броску.

«Поясница, – сказала себе Кира. – Пнуть посильнее и пониже. Схватить за руки и ударить в основание черепа, чтобы сбить ее…»

– Сэмм, – произнесла девушка, и Кира оцепенела.

Она знает, как его зовут? Он ей по связи сообщил?

Или она из его роты?

– Не говори ничего, – прорычал Сэмм.

Кира лихорадочно соображала, сопоставляя одно с другим. Если эта девушка знает Сэмма, значит, они из одной и той же группировки. Следовательно, солдаты, которые проехали мимо, тоже были из роты Сэмма. Его товарищи и командиры. Он же сам рассказывал, что с помощью связи отдают приказы, а значит, они почувствовали, что Сэмм тут, и велели ему ответить. Вот почему он двигался как деревянный: сопротивлялся из последних сил.

Но почему он прячется от своих?

– Поговори со мной, Сэмм. – Женщина шагнула вперед, нацелив винтовку прямо Сэмму в спину. – Мы думали, тебя взяли в плен.

Сэмм опустил голову и едва не рухнул на землю. «Долго он так не протянет, – подумала Кира. – Вперед!» Она бросилась на врага, широко расставив руки, стараясь плечом попасть женщине в поясницу.

Но тут партиалка развернулась.

Стрелять с такого расстояния было уже бессмысленно, поэтому разведчица с силой ударила прикладом Киру в висок в тот момент, когда та обхватила ее за талию и повалила на землю. Обе девушки ахнули от боли, но у Киры голова еще кружилась после удара, поэтому партиалка опомнилась первой. Она отбросила винтовку, заломила Кире руку и больно уперлась коленом в живот. Кира отбивалась, как могла, царапала партиалке ногтями лицо и шею и совсем было вырвалась, как вдруг почувствовала у горла холодный металл лезвия ножа.