Пасквин
Шрифт:
Жена мэра. Хорошая должность ничего не имеет общего с подкупом. Спроси-ка нашего пастора, он тебе скажет то же самое.
Mэр. А что это за должность?
Жена мэра. Не знаю, и лорд тоже пока еще не знает, но это будет замечательная должность.
Мэр. Пусть сперва скажет, что это за должность. Взяток я не беру, но я хочу знать, что это за должность. Да здравствуют свобода и собственность! Пусть скажут сперва, что это за должность. (Уходит.)
Жена мэра. Идем за ним, дорогая, посмотрим, как он будет голосовать:
Лукавством хвалится, - как он смешон!
Я докажу, что власть в руках у жен.
Тpэпуит. На этом заканчивается второй акт.
Жена и дочь мэра уходят.
Мистер Фастиан, каждый акт моей пьесы имеет свою особую мораль, и она особенно ярко выражена в конце акта; поэтому я мог бы, подобно автору "Цезаря в Египте" *, снабдить каждый акт особым эпиграфом. Итак, первый акт, сэр, ясно говорит: "Все продажны, все подкупны!" Второй акт показывает, что все мы под властью юбки. Третий акт покажет... Но вы сами увидите, что именно он покажет. Входите, милорд, полковник и господа избиратели. Милорд, вы начинаете третий акт.
Входят лорд Плейс, полковник Промиз и несколько избирателей.
Плейс. Будьте спокойны, джентльмены. Я позабочусь обо всех вас. В ближайшее время все вы будете прекрасно устроены. В таможне и в акцизном управлении немало вакантных мест.
Первый избиратель. Не можете ли вы, ваша милость, устроить меня на службу во дворец?
Плейс. Конечно, могу. А какую должность вы бы хотели?
Первый избиратель. Нет ли какой-нибудь должности вроде пожирателя говяДины *, сэр? Если вы, ваша милость, устроите меня на должность пожирателя говядины, то это будет как раз по мне.
Плейс. Сэр, будьте спокойны, я не забуду про вас.
Второй избиратель. Милорд, мне бы тоже хотелось, попасть во дворец. Мне все равно, какая бы ни была работа, лишь бы я был хорошо одет, сыт и пьян. Хорошо бы мне попасть на кухню, либо в винный погреб. Я чертовски люблю белое вино!
Плейс. Белое вино, говорите вы? Ну, тогда вы сможете быть поэтом-лауреатом *.
Второй избиратель. Поэтом? Нет, милорд, какой я поэт, я не умею сочинять стихов.
Плейс. Это не имеет значения. Вы ведь сумеете написать оду?
Второй избиратель. Оду, милорд? А что это такое?
Плейс. По правде сказать, я и сам хорошенько не знаю. Но я уверен, что вы сможете быть придворным поэтом, даже не умея писать стихов.
Тpэпуит. Теперь, милорд, отойдите в сторону, разговаривайте с избирателями, а то вы помешаете полковнику.
Фастиан. Слава богу! Наконец-то мы услышим полковника!
Пpомиз. Будьте спокойны, сэр, я сделаю для вас все, что смогу.
Фастиан. Честное слово, полковник недурно начинает, но, кажется, это уже было кем-то сказано.
Тpэпуит. Ну что ж! Даже если бы я вывел в пьесе целую сотню придворных, все они говорили бы то же самое, и ни один из них не сдержал бы своего слова.
Третий избиратель.
Пpомиз. Я вам это устрою, сэр.
Третий избиратель. А что, ваши офицеры тоже восковые? Я бы сумел их смастерить из самого лучшего воска.
Пpомиз. Нет, только полковой священник.
Третий избиратель. О, у меня как раз есть для него кусок замечательного черного воска!
Тpэпуит. Видите, сэр, полковник умеет разговаривать на военные темы. До сих пор, мистер Фастиан, действие пьесы развивалось спокойно, а сейчас вы увидите бурную сцену. Где же толпа? Входите с двух сторон и начинайте тузить друг друга. Полковник, вам сейчас не надо сражаться, пожалуйста отойдите. А вы, господа избиратели, станьте поближе к своим лидерам. Встаньте вместе с полковником на середину сцены.
Толпа пытается ворваться на сцену.
Обождите, джентльмены! Понимаете, как только полковник уйдет, так вы и начнете драку. Милорд и полковник, стойте перед своими избирателями! Да ну же, ну же, ну! Пожиратель говядины, станьте позади милорда, а вы, специалист по солдатам, позади полковника... А теперь, господа, говорите... Плейс и Промиз. Джентльмены, мы будем защищать ваши интересы.
Милорд и полковник со своими приверженцами поспешно уходят в разные двери. На сцене появляется толпа людей, выкрикивающих вразброд: "Долой охвостье!" "Никаких придворных!" - "Долой якобитов!" * - "Долой папу!" - "Не хотим акциза!" - "Да здравствуют Плейс и Промиз!" - "Да здравствуют Фоксчейз и Танкард!" Начинается потасовка, дерутся кулаками и дубинками и, наконец,
выталкивают друг друга со сцены.
Входят сэр Гарри, Фоксчейз, сквайр Танкард и мэр.
Сэр Гарри. Молодцы ребята, молодцы! Клянусь честью, нынче наша взяла!
Мэр. Да, сэр Гарри, кулаками-то мы всегда себе проложим дорогу! Если бы нам только удалось распустить армию, мы бы зажили на славу! Ей-богу, сэр, я выдержал из-за вас здоровую перепалку! Ваши противники сумели переманить на свою сторону мою жену: милорд посулил ей тепленькое местечко. Но меня не заманишь! Я стреляный воробей, меня на мякине не проведешь.
Сэр Гарри. Я знаю, вы честный человек и любите свою родину.
Мэр. Верно, сэр Гарри. Все, чего я хочу от своей родины, - это чтобы она не мешала мне жить в свое удовольствие...
Фастиан. Господин мэр как-то неожиданно протрезвел.
Трэпуит. Я думаю, вы сами бы протрезвели, если бы ваша жена обрушилась на вас с таким градом упреков и ругани. Но если, по-вашему, этого недостаточно, чтобы протрезветь, то пускай мэр остается под хмельком, хотя это вовсе не обязательно. Пожалуйста, сэр, сыграйте эту сцену так, как будто вы все еще навеселе.