Пассат
Шрифт:
— Вижу, ты, по крайней мере, не боишься, — заметил Рори, не сводя с него глаз.
— Проклятия мчави? — Маджид внимательно оглядел оправу из резных изумрудов, потом неторопливо заговорил: — И да, и нет. Видишь ли, он наложил чары на ту пещеру, чтобы туда никто не проник, однако мы спокойно вошли и вынесли все оттуда. Его заклинания не повредили нам. И я подумал, что раз являюсь наследником отца, а он явно хотел, чтобы я знал, где лежат его сокровища, чтобы при нужде мог ими воспользоваться, как сочту нужным, заклинания оказались против меня бессильны. А если так, проклятье мне
— И думаешь, тебя это избавит от всех дурных последствий?
— Думаю, что может быть. Потому и сказал: «Нет, не боюсь». Но также сказал и: «Да, боюсь», потому что такой человек может пожелать зла ради зла, и, возможно, на мою долю выпадет несчастье.
— Но считаешь, что эти штуки с камешками того стоят?
Маджид отрицательно помахал рукой.
— Я прекрасно знаю, что зло ждет меня на любом пути. Если бы я не взял сокровищ, то пожал бы зло от своих подданных, от пиратов и от Тувани — потому что денег у меня нет. А небольшой долей этих штучек я могу откупиться от них от всех и еще заплатить за массу удовольствий. Поэтому я выбрал меньшее зло.
Рори усмехнулся.
— Вполне логично. А как же быть мне? Ничто не удерживает демонов колдуна от расправы со мной.
— Ничто, — спокойно согласился Маджид.
Рори искренне рассмеялся.
— И тебя это нисколько не волнует — лишь бы с тобой ничего не случилось. Правильно, с какой стати тебе волноваться? Сам я спокоен. Никогда всерьез не верил в колдунов и не собираюсь верить теперь. Особенно если это означает расстаться со своей долей добычи. Но мне нужно от тебя кое-что другое.
— Еще одно ожерелье? — недоверчиво спросил Маджид.
— Нет. Бумага с подписью и печатью, где сказано, что золото — это плата или свободный дар Эмори Фросту, капитану «Фурии», за оказанные государству услуги. Дашь ты ее мне?
— Конечно. Но зачем? Золото у тебя.
— Сейчас да. Но может наступить время, когда другие начнут оспаривать мое право на него.
— Возможно, ты прав. Такую бумагу я тебе дам. Мои писаря ее приготовят.
— Я уже приготовил ее сам, — вкрадчиво сказал Рори. — Решил, что это сэкономит время. Написана она по-арабски, на всякий случай, с английским переводом. Нужны только твоя подпись, печать и для полной гарантии оттиск большого пальца.
Он достал из нагрудного кармана листок пергамента и протянул Маджиду. Тот с любопытством прочел и похвалил его арабское письмо. Рори признательно кивнул. Султан хлопком в ладоши вызвал раба, и когда все было принесено, расписался тростниковым пером, пониже поставил оттиск пальца и проследил, чтобы в самом низу Поставили печать.
Теперь ты удовлетворен, мой друг? — спросил он, возвращая пергамент.
— Да, спасибо, полностью. Я люблю иметь подстраховку, когда это возможно.
— Теперь, получив ее, может, отплатишь мне услугой за услугу?
Рори, слегка нахмурясь, быстро поднял взгляд.
— Какой? Сам знаешь, отплачу, если смогу.
— О, ничего сложного, — беззаботно ответил Маджид. — Я был бы рад, если б ты отправился на своем судне в Дар-эс-Салам, где, как ты
Он нагнулсд, словно сказал все, что собирался, взял короткий кривой кинжал с изумрудной рукояткой в форме головы попугая, и притворился, будто заинтересован ею.
— И?.. — произнес Рори.
Маджид улыбнулся и отбросил кинжал.
— Кажется, ты меня знаешь очень хорошо.
— Достаточно, чтобы понять — ты не отправил бы меня туда только ради такого пустяка. Что тебе требуется?
— Сведения, — ответил султан. — Я слышал, что некий хаджи Исса ибн Юсуф, очень уважаемый человек, живущий примерно в миле от того места, где строится мой дворец, связан с пиратами, сообщает им, сколько рабов можно найти, стоит ли плыть сюда. А также, в каких домах есть молодые рабы и ухоженные дети, какие дома хорошо охраняются, какие нет. Если это правда, а не злонамеренные слухи, распространяемые его врагами, он должен знать тебя, как работорговца, и ты в этой роли можешь повести с ним переговоры.
— И если это окажется правдой?
— Узнай, явятся ли пираты в этом году? когда? что они возьмут, дабы оставить в покое этот остров и добывать рабов в другом месте? Я дам тебе вот что…
Он сунул руку под подушку, достал небольшую, обитую медными полосками шкатулку, открыл ее и высыпал на ковер заблиставшие в лучах света ограненные и неогран енные камни: бриллианты, изумруды, рубины, аметисты, сапфиры, александриты, опалы. И среди них десяток жемчужин такой величины, чистоты цвета, такого блеска, каких Рори еще не видел.
— Думаю, этого хватит, чтобы убедить пиратов отправиться красть и покупать рабов в другое место, — сказал Маджид, мысленно оценивая стоимость сверкающей кучки. — Только не нужно показывать сразу все, может, хватит и половины. Это уже решишь сам.
Рори сидел, молча глядя на камни, Маджвд не сводил с него обеспокоенного взгляда и облегченно — или с сожалением — вздохнул, когда Фрост сгреб их, положил обратно в шкатулку и, закрыв ер, сказал:
— Посмотрю, что удастся сделать. Но мне кажется, ты кое-чего не принял в расчет.
— Что ты можешь их присвоить?
— Такая возможность есть, — усмехнулся Рори, — но я вел речь не о том. Тебе не приходило в голову, что вид этих камней может разжечь аппетит пиратов, они возьмут камни, а потом явятся посмотреть, не удастся ли раздобыть еще таких же. Если сочтут, что у тебя есть еще.
Маджвд задумался, хмурясь и теребя губу, потом наконец спросил:
— Что сделал бы ты на моем месте?
Рори усмехнулся.
— Я не раз говорил тебе, что.
— Да, да! — раздраженно сказал Маджвд. — Дай им бой! Не позволяй высаживаться. Вышли навстречу корабли и обстреливай, если не повернут обратно. Я много раз слышал нечто подобное, и снова говорю тебе, что это глупость. Если я не смог двинуть солдат против сторонников Баргаша в «Марселе», хотя сам встал во главе, и английские душки пробили для них стену, как заставить их сражаться с пиратами, которых они боятся гораздо больше? Кроме того, многие из моих подданных продают им рабов за хорошие деньги.