Пасынки Асгарда
Шрифт:
Дмитрий выглядел осунувшимся, бледным, шатался из стороны в сторону.
–Завтра. Все завтра расскажешь, ок? А сейчас просто ложись в кровать.
–Да, брат, тебе б выспаться. –Сказал Тажик, поддерживая Дмитрия с другой стороны. –Эк тебя разморило-то.
Дмитрий вскинулся, что-то хотел сказать, но лишь вяло кивнул.
Так, силком, его уложили на свободную койку, не раздевая, накрыли одеялом.
–Что это с ним? –Спросил сарж, заходя в отсек.
–Устал, кажись. –Простодушно ответил Тажик. –День и ночь с доской той светящейся, разве ж так можно?
–Утоплю в
День кончился как обычно, они поболтали, и улеглись спать. По экрану показывали бесконечные ролики из жизни Асгарда, сарж уткнулся в планшет, и задремал. Виктор тоже удивительно быстро заснул.
А сон принес кошмар.
Все земляне, пришедшие на планету, оказались живы, и укрывались в тайной деревне посреди леса, куда их привел Смуглый. «Неустрашимый» завис высоко в небе и бросал на планету бомбу за бомбой, целя в деревню, а Виктор метался вокруг падающих бомб на мопеде и никак не мог сбить их все.
Глава 18
Наутро Дмитрий проснулся поздно, с красными глазами и оплывшим лицом, словно он и не спал ни минуты.
Сарж сдержал обещание, отнял у него планшет и приказал явиться к доктору.
От доктора Дмитрий вернулся умытый, причесанный, бодрый и румяный, но с очень нездоровым блеском в глазах.
–Ребят, надо поговорить. –Поймал он Виктора и Алексея наедине. И говорил по-русски.
Алексей колко глянул на Дмитрия, а Виктор мысленно вздохнул.
–Сейчас нельзя, Тажик рядом и вот-вот из столовой сарж Дон вернется. Давай чуть позже?
Позже не получилось, вернувшийся из столовой сарж застал Дмитрия с планшетом, и Дмитрий отправился в ангар, помогать техникам.
На экране шли трансляции новостей с планеты, где быстро разгоралась война.
Весь морской и воздушный флот Республики отправился на территорию Европейского Союза, плыть-лететь там недалеко было. И с давним врагом республиканцы не церемонились.
Что может быть у цивилизации, не имеющей в своем распоряжении делящихся веществ, но имеющей желание на оружие последнего шанса? Или биология, или химия. Жители Новой Европы в биологии не преуспели, а вот в химии продвинулись очень далеко, даже дальше, чем на Земле.
Облака ядовитых газов, видимые с орбиты, повисли над городами европейцев. К черной плеши, оставшейся на месте уничтоженного ядерным оружием города, добавились сизо-фиолетовые шипастые цветы, след применения химического оружия Окраинной Республики.
А что, ядовитые газы рассеиваются куда как быстрее, чем радиация, а на материальные ценности совсем и не влияют. Дождись, пока ветра развеют отраву, и можно проводить инспекцию трофеев!
–Они ж по мирным городам бьют. –Сказал Виктор, рассматривая картинку на экране. –Там ничего военного нет, просто город на берегу, а эти туда стреляют и уплывают, даже рядом не остаются.
–Стараются нанести непоправимый ущерб, пока враг слаб. –Сарж Дон даже не оторвался от своего планшета, на экране которого медленно ползли строчки текста. –Это называется геноцид. Надеюсь, что они доиграются
–Но те люди, которые живут в городах на берегу… Разве они виноваты?
–Вик, если тебе нечем заняться, то я могу выдать тебе наряд вне очереди, чтобы ты отмывал мопеды вместе с Диком.
–Сарж, виноват, сарж!
–Вот так-то. И переключите кто-нибудь канал. Меня тошнит от того, что я там вижу.
Тажик помахал рукой перед датчиком, изображение сменилось на вид большого города с игольчатыми зданиями, меж которыми проносились летательные аппараты.
–…Йохансонбург, столица Асгарда, по праву является жемчужиной в драгоценном ожерелье Брисингамен*…
* – в сканд.миф. драгоценное ожерелье богини Фрейи.
Дмитрий вернулся поздно, все уже спали.
С утра он выглядел получше, видно, успокоился и принял какое-то решение.
Выдержал внимательный взгляд саржа, демонстративно не посмотрел на планшет, лежавший на открытой полочке в шкафчике. Сходил в душ, вернулся подстриженный и побрившийся, стараясь не смотреть на экран, где демонстрировались картинки происходящего внизу, на планете.
Война на планете продолжалась, если это можно назвать войной. Лишившись основной военной базы вместе со флотом, Европейский Союз сначала предлагал переговоры, потом просил о безоговорочной капитуляции, а после просто умолял о пощаде. Республиканцы делали вид, что не замечают, и старательно поливали отравой все крупные города, уничтожая беспомощного противника.
К вечеру не выдержал барон Харальд. «Неустрашимый» завис на геостационарной орбите над Сервантесом, а барон по открытой связи посоветовал президенту Педро Остину успокоиться, пока не отравили всю планету, очистить небо над промышленными центрами Европейского Союза для транспорта с «Неустрашимого», и предоставить людей для перегрузки материальных ценностей.
Президент совету внял влет, химические атаки прекратились.
Грузовые катера приземлились среди отравленных химией промышленных районов, а солдаты Республики в громоздких защитных костюмах загружали их трюмы лютецием и рением из хранилищ. Дон Педро Остин провел радиотрансляцию из Брюсселя, захваченной столицы Европейского Союза, призвал все страны планеты поучаствовать в долгожданном справедливом суде над кликой ретроградов-предателей, столько лет не допускавших гордых жителей окраин к достижениям цивилизации и несправедливо перераспределяющих планетарные ресурсы. Конечно же, никто не отказался.
Войска, неожиданно для себя оказавшиеся победителями, продолжали исподтишка разорять поверженного противника, оружия массового поражения уже не применяли, справлялись так. А из портов Окраинной Республики через океан устремилось вообще все, что могло плавать. Люди барона брали только редкоземельные металлы, но ведь там, у бывшего заклятого врага, ещё много что было, не интересное пришельцам из космоса, но для республиканцев представляющее немалую ценность в качестве трофея!
Поговорить с Дмитрием получилось только под вечер.