Пасынки страны
Шрифт:
Охотников накрыло волной жидкого огня, воспламенившего косматые шкуры и одежду у тех, кто был в человеческой форме. Теперь вой сменился истошным скуляжом и твари начали удирать прочь. К сожалению, насладиться плодами победы я не смог, потому что болевой спазм скрутил меня в три погибели, бросив на землю.
— Милый, — рука Евы коснулась моего лба и я ощутил некоторое облегчение, — что с тобой?
— Как он это смог? — в голосе Рекса звучало потрясение.
— Не время! — это Марго, — хватаем его и делаем ноги, пока эти уроды не очухались.
Сквозь режущую боль в животе,
Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем я, издав глухой стон, приподнялся и медленно сел, привалившись спиной к холодной поверхности шершавой стены. Так, я был в какой-то пещере, пол которой покрывал мох, весьма напоминавший зелёный бархат, а с потолка, где скалились оплывшие клыки сталактитов, медленно падали огромные водяные капли. Мрака не было: мясистые наросты на стенах, похожие на ёжиков–мутантов, испускали рассеянное сияние, позволяя разглядеть двух вампирш, сидящих рядом. Обе, с тревогой смотрели на меня.
— Как ты? — спросила Марго, а Ева едва заметно улыбнулась и прижалась к моей груди.
— На букву х, — пробормотал я, — но кажется не совсем хорошо. Где это мы? И куда вы дели Рекса?
— Рекс у входа в пещеру, — пояснила Маргарита и вроде бы потянулась ко мне, но взглянув на Еву, передумала, — смотрит, как эти уроды водят хоровод.
В подтверждение её слов, откуда-то, из за тёмного поворота донёсся вой, полный бессильной злобы.
— Боятся входить, — криво ухмыльнулась Рита и покачала головой, — тебя, между прочим, боятся. Палёной псиной воняет на целый километр. Рекс до сих пор в шоке, сказал: на такие фокусы не каждый высший способен. Как это ты?
— Маргарита, — в голосе Евы прозвучал укор, — Максим ещё не полностью пришёл в себя, а я ничем не могу помочь: боль у него такая же непонятная, как и весь этот фейерверк.
— Уникум, короче, — хмыкнула Марго, — а где мы…Самое лучшее место в Стране: проход к Мёртвому Колодцу. Сам он немного дальше. Я уже сходила, кстати, посмотрела: дыры–дырой, только какой-то тухлятиной воняет. Однако, как ни печально, но выхода у нас нет, посему придётся заползать в эту смрадную нору.
— Охотники полностью блокировали выход из пещеры, — пояснила Ева и погладила меня по щеке, — и кажется к ним прибыло подкрепление. Если просто останемся здесь, то рано или поздно сойдём с ума от голода.
— А если мы с Ритой зададим им жару? — задумчиво предложил я, — скрываться уже незачем, выйдем, шарахнем молниями…
— Максим! — Ева вцепилась в меня, — я не позволю!
— Ты совсем дурак? — спокойно осведомилась Марго, — пока мы не поймём, как ты это делаешь и почему потом падаешь с копыт — никаких фейерверков. Или думаешь нам с Евой не терпится порыдать над твоим телом?
Вампирши переглянулись, а я ощутил желание обнять и расцеловать…Обоих. Чёрт.
— Помогите мне подняться, — сказал я, вместо этого, — пойдём все посмотрим на эту вашу дыру смерти. Ева, милая, если у тебя есть какая-нибудь информация про Колодец самое время всё вспомнить и рассказать.
— А я тебя предупреждала, — маленькая вампирша торжествующе ткнула пальчиком в Риту, — придётся слушать ещё раз. У вас с ним головы похоже работают в одном направлении.
И не только головы. Ладно.
Меня подхватили под белы рученьки и позволили принять положении более приличествующее разумному существу. Боль внутри немедленно пробудилась и настороженно уставилась на меня сквозь мрак. Пошла она к чёрту! Шаг, другой. Резь присутствовала, но терпимая. Можно не обращать внимания.
Казалось я иду по тренировочному мату: мох мягко пружинил, тотчас скрывая отпечатки ног. Не удержавшись, я склонился и провёл ладонью по пушистой поверхности.
— Мрр, — мурлыкнула Ева и обе вампирши рассмеялись.
Веселья у всех поубавилось, когда мы оказались на пороге огромного тёмного зала, стены которого поглотил серый сумрак. Тем не менее я мог различить массивные круглые колонны уходящие во тьму, куполом нависшую над нашими головами. По всему было заметно, это — не естественный грот, а плод чьего-то титанического труда. Пол состоял из исполинских ассиметричных плит с рисунками, навевающими воспоминания о творчестве кубистов. Такие же, но крупнее, я заметил на ближайших колоннах. Хоть смысл нарисованного и ускользал от меня, но чем дольше я смотрел на изображения, тем больше у меня портилось настроение.
Пытаясь избавиться от неприятного ощущения стотонной плиты, давящей на грудь, я посмотрел на собственно Колодец. М–да, развеялся.
Похоже здесь когда-то побывали в поисках вдохновения создатели первой Дьяблы. По крайней мере, вход в Колодец весьма напоминал жуткий спуск в подземелья под проклятым Тристрамом. Ступени больше походили на продолговатые необработанные валуны небрежно сваленные на откосе, уходящем в непроглядный мрак. То ли показалось, то ли я действительно ощутил веющий из тьмы холодный ветерок. Смердящий мертвечиной.
— Чтобы Еве не повторяться, — Рита поджала губы, неодобрительно поглядывая на зловещую дыру, — информации почти ноль. Гадость, которая тут обитает, вроде бы живёт в единственном экземпляре, но как оно выглядит и какая часть Крёстного отца ему нравится больше — не знает никто. По слухам, в Колодце спрятан некий древний клад, как вариант — оружие. Раньше была возможность прошмыгнуть по катакомбам из Тридаша сюда и остаться живым, но уже пару сотен лет никто из вошедших в Колодец, наружу не выходил. Всё правильно?
— Да, — Ева слегка вздрагивала, прижавшись ко мне, — никогда здесь раньше не была. Чем больше смотрю на Колодец, тем больше сомневаюсь в том, что спускаться вниз — хорошая идея.
— Есть выбор? — горько спросил я, — сойти с ума? Сдаться охотникам? А так мы, по крайней мере, свободны и способны защищаться.
— Пришёл в себя? — Рекс выглядел довольным, но улыбка быстро сошла с его лица, стоило вампиру оценить панораму сумрачного зала, — да уж, невесело. А я там нашим новым знакомым подарочек оставил: наши копии. Мы там, все время от времени, выглядываем наружу и молниями стреляем. Даже я! Пока они разберутся…