Пасынок Судьбы
Шрифт:
— А как проходит это преодоление?
— Ты сейчас пробежал около сорока километров. Твой предел был всего лишь десять! Ты продвинулся в беге сразу на четыре шага за раз!
О господи! Боль напомнила о себе. Я чувствовал каждую мышцу на ногах, даже те, о которых и не представлял. Я застонал.
— Но как я мог пробежать больше возможностей моего тела?!
— Это и называется внутренняя энергия!
— Не понятно…
— Ну смотри. Вот, допустим, я скажу тебе: отжиматься столько, сколько сможешь. Ты остановишься, допустим, на сотне.
— Ничего себе, это прямо как я сейчас бегал, да? В конце я даже не уставал!
— Ладно, продолжим тренировку. Встань.
Я попытался. Не смог, просто не смог.
— Я не могу, ноги не слушаются.
— Да? — он притронулся ко мне рукой. — А сейчас?
Боль мгновенно прошла.
— Что это было?!
Я уже должен был привыкнуть ко всяким чудесам, но он меня удивляет все больше и больше.
— Просто высвободил некоторое количество Ки. Оно временно заменило мышцы, так что сегодня ноги качать больше не будем.
До самого вечера он развивал мое тело: растяжку, мышцы, выносливость и тому подобное. На каждом тренажере я выходил за свои пределы. После каждого такого раза в голове теплело, и непонятно откуда приходила… радость, что ли? Айнер объяснял это загадочным словом: гормоны. Насколько я понял, гормоны мне будут необходимы. Потом еще рассказал о каких-то адреналинах и эндорфинах… В общем, день был насыщенный.
В конце тренировок я просто спал стоя, (научился как-то…) и, когда Айнер объявил сон, я вырубился, не успев понять это.
В этот раз мне ничего не снилось. Я валялся как убитый. Когда я проснулся, (а это было очень неприятно, потому что разбудили меня пинком в бок) я удивился, насколько быстрым был сон. Будто моргнул. Закрыл глаза — уснул. Открыл — проснулся. Я даже не менял позы во время сна. Как уснул: руки-ноги в разные стороны, так и проснулся.
— Э-эй!
Черт, мало ему. Пинал маленьких, а теперь еще и в ухо орет. Демон…
— Да встал я, встал. — Я чуть приподнялся, что бы он увидел и снова вырубился.
Сквозь сон снова мне в бок прилетело и, уже во второе ухо, наорали. Я вскочил как ошпаренный. Снилось, что-то нехорошее, наверняка.
Айнер, удовлетворенный тем, что я все-таки встал, снова начал составлять расписание.
— Иди, умойся. После тренировка.
Через десять минут я был готов. Правда мышцы болели ужасно и, почему-то, хотелось пить.
Айнер встал передо мной, скрестив руки на груди.
— Сегодня будем уделять внимание мышцам тела.
Дальше я отжимался, качал пресс, и мышцы спины и так далее… Все по сто раз. Сейчас я лежал на спине и унимал боль.
Ко мне подошел Айнер.
— Отдохнул?
Знает же, лис, что нет.
Я отрицательно покачал головой.
— Отлично. Тогда еще по сто раз сделай.
— Я же только что сделал, зачем еще? — Забунтовал я. Ему явно нравилось
— Еще пятьдесят раз. За каждый бунт будешь получать наказание. Ты ученик я учитель. Я говорю — ты делаешь.
Слова упали назад в легкие. Проклиная его я встал, скрипя зубами и начал все по новой.
Во время очередного поднимания тела я почувствовал, что пресс стал ватным и никак не хотел поднимать меня. Я упал на спину весь уставший.
— Почему ты остановился? Продолжай.
— Я сильно устал, — слова предлогами вырывались из горла.
— Продолжай. Преодолей боль и делай.
Черт! Черт! Черт! Я попытался подняться и снова пресс отказывался слушаться, оставаясь на одном уровне. Пот застилал глаза, а голова болела от напряжения. Только я подумал о том, что бы расслабиться и упасть на спину, как шею обожгло чем-то горячим. Я тут же напрягся, и голова оказалась у колен. Значит, я сделал этот чертов раз!
— Видишь, можешь, когда захочешь.
— Так это ты сделал?! Ну, я тебе!.. — я попытался подняться, но пресс сильно болел и я опустился на четвереньки.
Отдышавшись, он снова начал меня гонять. К концу дня я сделал около тысячи отжиманий, приседаний… и тому подобного… Так что, когда он сказал: спать, я снова вырубился не успев понять этого.
Так продолжалось две недели. Каждый день он увеличивал нагрузки. Потом прибавился еще бег, всяческие марш-броски и тренировки на выносливость.
Через три недели я уже почувствовал результаты. Конечно, накачанным я не был, но хуже от этого не стало. Как объяснил мастер (теперь я звал его именно так) он тренировал особые волокна мышц. Сколько он мне не объяснял, я ничего не понял. Понял только одно: тренировки есть, результат есть, мышц нет.
Сейчас я мог бегать многие тысячи километров (по словам Айнера) не уставая. Недавно я побил свой рекорд в скорости. Я смог пробежать стометровку за девять секунд. Когда мастер сказал мне, что он сам это расстояние преодолеет за… секунду, я не поверил, но, когда он показал мне, я очумел (и это только бегом). После этого я начал уважать его. Дни продвигались монотонно. Сначала мне это до смерти надоедало: подъем, тренировка, еда, тренировка, еда, тренировка, сон. Иногда вообще без еды… Но я уже начал привыкать к такому расписанию. В конце дня я иногда думал: «Быстрее завтра!».
Тренировки были тяжелые. Не только потому, что я весь день был под палящим солнцем. Как назло, в основном мы тренировались не на ровной и плоской равнине, а по каким-то горкам. Он это называл пересеченной местностью. Айнер утверждал, что это для приспосабливания к различным обстановкам.
Сейчас я проделывал различные упражнения с мышцами. А ведь я уже «качаюсь» три недели. Закончив, я размялся и побежал к нашему «лагерю», расположенному за несколько километров от меня. Я же сейчас был у речки. Айнер показал мне, что тот ручей, из которого набирал воду, выше по течению был самой настоящей речкой, шириной в тридцать метров.