Пасынок Судьбы
Шрифт:
Через несколько секунд я выбежал из трактира и, не останавливаясь, прыгнул в толпу, а точнее на мою цель — убийцу старика. Жало вырвалось из чехла и нашло свою цель. Я осмотрел вооружение наемников, и бросился на них, убедившись, что у них нет арбалетов. Выпустил сразу четыре метательных ножа в тех, у кого были копья — они были самыми опасными в ближнем бою. Достал кинжал и через секунду я влетаю в нескладный строй и добавляю к нему хаоса. Чуть отдергиваю капюшон, что бы лучше было видно вокруг, потому что слишком много противников. Все, абсолютное хладнокровие и отключение эмоций, я — машина убийств, я убиваю и не испытываю ничего к противнику, в бою я потерял свою человечность. Некоторое время все были ошеломлены натиском, этого мне хватило, что бы поразить ближайшего противника сердцеедкой, кинуть еще два ножа и побежать дальше. Удар справа — я наклоняюсь, уходя от атаки,
Я вздохнул, натянул капюшон, вытер кинжал и посмотрел в окно второго этажа. Так и знал, черт. Аля видела весь бой. Теперь ей будут сниться кошмары. Ну зачем она полезла сюда? Я же просил ее не высовываться! Одно объяснение: женщины. Их не понять. Еще раз вздохнул и махнул девушке. Она секунду постояла и исчезла в окне. Выбежав из трактира, она остановилась и осмотрела бывших живых людей, радующихся жизни. Скорее всего, это была первая хладнокровная резня в ее жизни. По мере того, как она шла ко мне, она все больше оборачивалась на наемников. Наконец она подошла ко мне и была удивлена, что не могла сказать ни единого слова, перед ней стоял человек, можно сказать идол, и… он плакал. Она захотела вытереть мне слезы, но я отмахнулся.
— Не надо. — Я отвернулся. — Извини, я всегда такой: в бою я машина, без эмоций, но потом я смотрю на умерших врагов и спрашиваю сем себя: «Неужели это сделал я?».
— И сейчас ты жалеешь этих наемников? — Она ласково спросила меня, поглаживая мою руку, пытаясь успокоить.
— Нет, — с гневом сказал я, слезы начинали отступать, — я жалею того старика-капитана, он был хорошим человеком, уверен, если бы он занялся ремеслом он был бы счастлив со своей семьей, но из-за того что он не выполнил задание, данное ему, его хладнокровно убили! Он просто испугался! Что плохого в страхе!?
— Ничего, — все это время она держала меня за руку, я даже не почувствовал этого, — Ал, с тобой все хорошо?
Я вытер слезу, и сказал с максимально мужественным видом:
— Да, извини, что тебе пришлось это увидеть, — Я потряс головой, убирая лишние эмоции и воспоминания, — Ну, пойдем к Гильдии?
В ее лице читалось: «Не зря он получил звание Абсолют, он так же был Мастером Перевоплощения».
Она хихикнула, скорее для того, что бы снять это напряжение.
— Пойдем, — она отпустила мою руку, хотя очень не хотела этого.
В середине пути я оставил Алю, сказав:
— Аль, я сейчас забегу к одному моего знакомому, прикупить пару вещей? — Вежливо я попросил отлучиться от девушки. — Понимаешь, на заданиях тратишь существенную часть своего снаряжения. — Улыбнулся я.
Девушка расхохоталась.
— Конечно, понимаю, — она улыбнулась, — иди уж, покупай, я тебя подожду.
Я поблагодарил ее, убежав в лавку, над дверью была табличка с изображениями каких-то непонятных дымящих колбочек, рядом было оружье, и изображение одежды. В общем, лавка с несколькими категориями. На самом деле это было не очень выгодно делать, так как держать сразу три магазина одному хозяину было трудно, да и если не покупают, приходилось закрывать. Денег просто не хватало. Но здешний хозяин, Мали, которого я знаю с того момента как начал тренироваться в гильдии, был известным человеком. Он практически в одиночку снабжал Гильдию Убийц всем,
Мали было около полсотни лет, с сединой, бородой, и взглядом, который буквально ухватывается за тебя, осматривая всего, запоминая каждую деталь. Мали был знаком с Мастером, они всю жизнь знали друг друга, говорят, что они хорошие друзья, но я ни разу не видел их вместе, правда я не часто вижу Мали, да и Мастера. Вообще Мали был добродушный старик, что бы о нем ни говорили.
— Привет, Альтаир! — Да, будничный радостный голос старика. — Как жизнь, Заказ выполнен и пришел прикупить вещички? Уж я-то тебя знаю. — Да, в этом он был прав, он видел всех насквозь, как и меня. Я улыбнулся.
— Привет, мистер Мали, и, как всегда вы угадали. — Лавочник потер руки. — Я пришел за снаряжением. Пойдем в кабинет или вы здесь мне продадите?
— Давай здесь, нынче мало народу заходит ко мне, никто не увидит, так что давай я тебе тут продам.
Отлично, пробыл я тут около пятнадцати минут, захватив все необходимое: заменил жало, (их нужно постоянно менять) сердцеедка очень эффективное оружие, в свое время, очень требующее ухода, леску, перчатки, метательные ножи, сколько потратил и парочку еще, в дальнейшем рассовал их по разным удобным местам, пару маленьких бутылочек с порошком. Расплатился, но, перед уходом Мали предложил мне клинок, кинжал очень похожий на мой, но, как выяснилось, он имел лучшую сталь и отличный баланс. В то же время был легким и удобным, подумав, я купил и его. Я поблагодарил старика и вышел из лавки.
Меня ждала Аля. Да, я не ошибся, она была красива. Очень. Осмотрев, меня она заметила разницу:
— Что-то многовато ты прикупил. И как ты с этим ходишь? Это же такая тяжесть.
Не знаю, на мой взгляд, тут ничего тяжелого нету, я привык к такому весу и без своего снаряжения чувствую себя голым.
— Это еще мало, я потратил еще больше денег после одного моего Заказа в Ротэ, — припоминая события год назад.
В том году мне дали Заказ на дворянина, который жил в замке. Я должен был подняться на несколько этажей, убить, и убраться оттуда незамеченным. Скажу честно: во время выполнения я был даже не уверен, получиться ли у меня это вообще или нет. Все-таки пробраться мимо охраны в сотню-другую-третью человек было затруднительно. Подниматься пришлось не внутри замка, а снаружи, и не по ступенькам, а по отвесной стене. Дело происходило ночью и был огромный риск или загреметь с высоты в десяток метров вниз на голову стражникам, или меня могли увидеть, просто подняв голову. К счастью, о смерти барона узнали только к полудню, то есть практически через сутки. В то время я давно нежился в кровати, думая о том, сколько мне дадут денег. Но я недолго радовался. Получив солидную зарплату, я мог залечь на дно и спать больше месяца, но, осмотрев свое снаряжение, пошел к Мали и потратил почти все свои заработанные деньги, осталось только на питание. Пришлось оставить отдых на потом и получать следующие Заказы. Вспоминая те времена, мы шли по мостовой.
Как раз выдалась минутка, и я мог лучше рассмотреть свою спутницу. Одета была Аля не как Убийца, а в легкой белой маячке с длинными рукавами, плотных, не стесняющих движения штанах и кожаных сапогах. Мне оставалось только гадать, где ее снаряжение. Хотя, если присмотреться, можно было увидеть кое-что из экипировки: чехол на левой руке, ножи, и кинжал за поясом. Аля заметила, что я ее рассматриваю и только усмехнулась, наверно ей понравилась моя заинтересованность.
Мы шли между одноэтажных домов какой-то неприветливой улочке. Аля, как и я, шла абсолютно бесшумно по дороге, выложенной из бугристых камней, а с виду не скажешь, что она Убийца, как-никак девушка квалифицируется скрытности.
Улица была какой-то неживой, прохожие старались идти ближе к домам, молодые парни казались какими-то хулиганами: посматривали на нашу парочку подозрительно, когда мы проходили рядом с ними, свистя в след. Я посмотрел на лавочку ключника, увидел самого мастера, взгляд его как бы говорил: «Не повезло же вам». Он будто бы извинялся перед нами. Странно все это было. Аля тоже чувствовала напряжение. Мы свернули в переулок, и я увидел там человек шесть молодых парней, прислонившихся к стене, они ухмылялись, глядя на нас. Мысли молнией пронеслись в моей голове: так вот почему прохожие были подавленные, этот парень, что свистел нам в след, точнее не нам, а в след Але! Тот мастер, что извинялся перед нами, он все знал!