Пасынок Судьбы
Шрифт:
Для побега у меня оставалась буквально секунда, и я, выкинув себя вперед руками, прыгнул так, будто хотел нырнуть в воду, сделал кувырок. Набрав инерцию от прыжка, я так втопил, будто за мной гналась сама смерть. Впрочем, она действительно гналась за мной… В виде нескольких киров в балахонах, вооруженных до зубов.
Что за Гильдия, которую они упоминали? В какой Гильдии будут ходить с оружием?!
Мои мысли прервали несколько ножей, пролетевших мимо ушей.
— Ух ты, ж, блин! — невольно выдавил я — настолько было неожиданно…
Тут я отметил, что их было около восьми, видимо один остался с раненым. Снова спрыгнув вниз, я начал водить их по всяческим
Один кир, видимо, очень хорошо знал эти места и не попадался на мои уловки, ловко следуя за мной и вдруг — обогнал! Я немного уже подзабыл про слежку Ки и, завернув за угол, чуть было не напоролся на мощный удар коленкой в нос, когда кир прыгнул на меня. Кинув свое тело вперед, я скользнул по камню на согнутых в коленках ногах и остался совершенно недоволен… Пришел в себя я довольно быстро и хотел уже было кинуть нож, но противник дал мне другой шанс: пытаясь ударить меня правой ногой в область головы, я мгновенно вспомнил прием, которому научил меня Андрей. Сделав подшаг, я быстрее его ударил пяткой в коленку опорной ноги, послышался хруст и он упал на землю в немом шоке лицом вверх.
Ни фига себе эффект! Хоть это был и не слишком мощный удар, я умудрился сломать ногу! Удача?..
Я слишком много потратил времени на вопросы самому себе, и поздно заметил кира, летевшего на меня сверху. Ни убежать, ни кинуть нож я не успевал, парировать атаки сверху меня учили очень мало, и я сделал первое, что пришло в голову: достал нож из кармана и, в последний момент немного отклонив тело в сторону, глубоко всадил оружие в бедро. Кир упал на бок, но не потерял сознание, а метнул нож в меня. Скорее от неожиданности, чем от неумения, я еле-еле увернулся, а ведь мог вполне остаться на некоторое время без руки, попади он в плечо…
Он потянулся во внутреннюю часть балахона, но я быстро ретировался, сверкнув пятками за угол, одновременно пряча Ки.
Прошло двадцать секунд бега, и я отметил, что их осталось четверо, причем они разделились по двое и искали меня в разных концах переулка. Трое из них обладали примерно одинаковой силой, а один имел гораздо большую силу. Пощупав карман, я поморщился: в бою я потерял большую часть ножей, и сейчас у меня было в арсенале всего три ножа, считая мой собственный.
Определив, где находятся слабейшие Ки, я бесшумно двинулся в их сторону. Один из них стоял на крыше и наблюдал за тем, кто обследовал внизу. Видимо, они поняли мою тактику и не хотели более терять киров. Но ведь я их не убивал, всего лишь обездвиживал… Хотя, им-то от этого не легче.
Для осуществления только что придуманной мной тактики, пришлось обойти с другой стороны здание и уже после этого взбираться наверх так, что бы сразу же оказаться за спиной наблюдающего. Схватившись за выступы, я подтянулся и залез на крышу, одновременно следя за наблюдающим и за той парочкой, что была чуть поодаль сзади. Согнувшись, я подобрался буквально вплотную к киру, нашел внизу второго и, медленно достав из кармана нож, стал ждать. Буквально на секунду наблюдающий отвернулся от напарника, и я выпустил из-за его спины нож, который вонзился примерно в икроножные мышцы.
— Черт! — послышалось снизу, и стоящий передо мной резко обернулся на напарника, достал нож и, немного согнув колени, стал высматривать меня. В это время я, прицелившись, сильно пнул его в пах.
— Гха!.. — прорычал тот сквозь зубы, упав на колени и схватившись руками за больное место. Провести
— Тварь!.. — сквозь зубы прохрипел он прежде, чем потерял сознание. Отодвинув его от края крыши, я поспешно спрыгнул вниз и вбежал в переулок. Спустя еще две минуты я отметил, что с ранеными остался кир, а второй, самый сильный источник Ки, с большой скоростью следовал за мной. За этот час с лишним погони я сильно устал и потихоньку сбавлял темп, пока дыхалка окончательно не подвела меня, и я уже чуть ли не шагом вышел из переулка на мостовую. Солнце уже почти село и было немного темно, но я разглядел перед собой стену.
Тупик, — с грустью подумал я, оборачиваясь на противника, который уже понял, что я выдохся.
Прятаться здесь было негде, лишь вдалеке виднелись какие-то дома и закоулки между ними, но до них я бы не добежал в таком состояние и вооруженным киром за спиной… Противник не скрывал свое Ки, демонстрируя его мощь где-то в тени. Согнувшись, я оперся руками о колени и решил немного отдышаться, зажав метательные ножи в ладонях.
Неожиданно я заметил летящий в меня предмет и отпрыгнул в сторону. Черт, даже передохнуть не дает! С лязгом нож ударился о каменную стену и упал на мостовую. Потом последовала серия бросков, от которых я уклонялся как мог, и как не мог тоже. Всего я насчитал шесть ножей, лежащих на земле с изогнутыми кончиками, видимо, броски были такой силы, аж острие не выдерживало. Он уже достаточно засветил свое местоположение, и я решил воспользоваться шансом, кинув два последних украденных ножа. Из тени послышался такой треск, будто металл ломают просто руками, после до меня донесся звук упавших на каменный пол ножей.
Черт возьми, сколько я не тренировался с оружием, владел я им ахти как… Даже в бросковой технике, которой меня никто не обучал я, по-моему, имел бо'льшие успехи! Поэтому, достав из кармана свой кинжал, с грустью выкинул его куда подальше и стал потихоньку отходить вдоль стены направо, следя за Ки противника.
Заметив движение, я остановился и принял свободную стойку с немного согнутыми коленями. Из тени вышел высокий, широкоплечий убийца. На нем был темный балахон на подобии моего, только доставал до пола, а капюшон скрывал большую часть лица, не в пример моему. Некоторое время мы смотрели друг на друга, этих секунд мне хватило, что бы перевести дух и стать немного уверенней.
Он хмыкнул и стал расстегивать заклепки на плаще. Коснувшись капюшона, он снова ненадолго остановился, будто проверяя что-то, и рывком скинул его. Серый цвет глаз, черные волосы ложились на лоб и немного колыхались под ветром, прикрывая коричневую повязку. Лицо его было спокойным, я бы даже сказал умиротворенным. Впрочем, как говорил Андрей, все бойцы должны быть спокойны в бою: ярость затмевает разум. Сняв с плеч балахон, он кинул его себе под ноги.
— Я слышал, — начал он, выкидывая все оружие, какое было у него на балахон, — что Альтаир предпочитает рукопашный бой оружию.
Выбрасывал он его долго, а металлический лязг падающих друг на друга разных железяк прямо-таки резал по ушам в тишине вечерней безлюдной небольшой площади. Там были и кинжалы, и мечи, и много-много метательных ножей, и какие-то мини-арбалеты, и еще что-то совсем непонятное. Наконец, демонстративно подняв вверх последнее оружие — небольшой меч с небольшим круглым вырезом у гарды, он рукояткой вниз кинул его на остальную кучу. Именно кучу, так как было этого оружия у него навалом. И как он только бегал с ним, оно же все трясется, лязгает? Да и вообще, куда он его мог спрятать?..