Паутина любви...
Шрифт:
– Где он? – процедил я.
– Эм… вы кто? Я сейчас полицию вызову…
– Милана! – заорал я, отодвинув от себя пожилую женщину и пробираясь в спальню на музыку. Конечно, блин, моя драма сопровождается всегда музыкой! Войдя туда, я раскрыл рот. Милана с бутылкой виски прыгала на кровати, а Александр рядом читал какие-то бумаги. Семейная идиллия, мать ее. Меня даже никто не заметил. Не медля ни секунды, подскочил и снял Милану, опуская рядом и забирая из ее рук бутылку, отбрасывая в сторону. – Едем домой, – рыкнул в ее потерянное лицо, пока она то хмурилась, то моргала.
– Какого хрена
– Я же сказал, приеду, заберу свое, – зло ответил я ему.
– Медвежонок Антон, какая встреча, – пьяно протянула Милана. – Александр дорогой, ты не говорил, что у нас будут гости.
– Это не гости, а так, недоразумение, – фыркнул он и подошел ко мне, резко оторвав девушку от меня, и она стукнулась об него, что-то промычав. – Вываливайся, иначе полицию вызову, – пригрозил он.
– А ты не хочешь рассказать ей, что чуть не убил меня? Да, малышка, твой принц сегодня заказал людей, выстреливших мне в машину, поэтому я опоздал, – довольно сказал я, смотря на Милану, которая с ужасом переводила взгляд с меня на него.
– Ты… правда? – тихо спросила она.
– Нет, конечно. Ты же знаешь его, какой он мастак врать, – усмехнулся мужчина.
– У меня есть подтверждение полиции о покушении, и я заявлю на тебя, – подошел и притянул Милану к себе.
– Ты жив? – спросила она. Действительно алкоголь отупляет ее.
– Нет, блин, в зомби превратился, – процедил я, а она покачалась на ногах, и мне пришлось ее схватить крепче.
– Меня сейчас вырвет, – простонала она и, отпихнув меня, шатаясь, понеслась куда-то вглубь.
– Отвали от нее. – Я посмотрел на него, кипя от праведного гнева.
– Нет, – с улыбкой ответил он и накинул халат, завязывая его на талии. – А хорошая мысль – прикончить тебя, но я не буду марать об тебя руки. Ищи другого неприятеля, потому что Милана и так моя. А может, подождать, пока тебя не прикончат? И она тогда немного поскучает и все равно будет со мной.
– Думаешь? – усмехнулся я и вытащил из брюк салфетку. – Вот, читай. Черным по белому, ее рукой.
– Да я видел и знаю все, это так, фигня. И она мне все рассказала, – пожал он плечами. – Но мозги у нее есть, и она понимает, что ты никто и ничего ей не дашь. Сам подумай, что ты ей предложишь? Тусовки? Секс? Наркоту? Ничего у тебя нет, ты не способен быть с одной. Потому что ты Волков.
– Но выбирает она всегда меня, поэтому не тебе думать по поводу нашей жизни, – резко ответил я и пошел на поиски Миланы. Девушка сидела в туалете, прислонившись к стенке, сжимая руками голову. – Малышка, какая ты дура у меня, – улыбнулся я, и она подняла на меня взгляд.
– Сам урод, – буркнула она. – Уходи. Ты ничего… ненавижу!
– Знаю, сам от себя не в восторге. Поехали домой? Я все объясню, я не собирался следовать пари, честно. – Моя рука осторожно погладила ее по волосам.
– Нет, – фыркнула она и сбросила мою руку. – Не прикасайся ко мне… противно. Фу.
– Алкашка малолетняя, – покачал я головой и подхватил ее на руки, услышав протест, я сильнее схватил ее и понес к выходу. Домработница держала сумку и туфли, и я перехватил их.
– Я хочу остаться. Выхожу замуж за
– Не хочешь и только открой свой ротик по поводу этой тупой свадьбы, – улыбнулся я. – Ты истеричка, неуравновешенная принцесса…
– Мудак, – вяло ответила она и, улыбнувшись, потерлась о мою шею носом.
– Так мы замечательная пара, – рассмеялся я. Ни ревности, ни злости, опять одна любовь. Я был точно уверен, что и она, может, не любит, но что-то чувствует. – Я же люблю тебя, идиотка, – нежно сказал я спящей на моих руках девушке и посадил ее в такси. Почему моя жизнь не может быть спокойной? «Реально обдолбанный наркоман», – усмехнулся внутренний голос. Наверно, так и есть. Но больше никто не помешает мне быть с ней, и похрен на все. Просто насрать на недоброжелателей. Я обнимал Милану, а машина спокойно покачивалась, пока не остановилась у дверей нашего дома. Расплатившись с таксистом, я поднял ее на руки и опять встретил злой взгляд Дороти.
– Мистер Волков, когда же вы успокоитесь? – бурчала она, идя за мной следом.
– Уже, Дороти, – улыбнулся я. – Нас не беспокоить, пусть хоть апокалипсис начнется, – сказал я и ногой захлопнул дверь. Положив девушку на постель, я осторожно и медленно раздевал ее, не веря своему счастью. Удалось. Моя. Рядом. Быстро раздевшись, лег, прижимая к себе свою ванильную любимую, и снова задохнулся от чувств внутри. Влюбленный мудак – это диагноз. Мой диагноз. Заснул, готовя завтрашнюю речь, чтобы уверить ее, что я никогда и ни при каких условиях не хочу расставаться. Главное, чтобы поверила, рассказала мне все, и будет у нас… А что у нас будет? Свадьба? Вряд ли. Просто жизнь, без всех. Только она и я. Без возражений, но с четкими правилами…
– И как это понимать, мать вашу?! – До одурения громкий голос заставил меня вздрогнуть во сне, а девушку в моих руках застонать. – Черт! Так и знал, что добром это не окончится! Вставайте быстро, и жду объяснений внизу! – орал Стас, а я накрыл нас с головой одеялом и продолжил упиваться своим дебилизмом.
40.
– Так, Милана, хватит! – Я отскочил от очередной туфли, полетевшей в меня.
– Свали отсюда, мудак! Ненавижу тебя! – вопила она, хватая теперь свою сумку.
– Я же все объяснил. Да, глупо, Милана! Но, блин… – Снова увернулся.
– Объяснил? – возмутилась она и уперлась руками в бока. – Мне пофиг на твои объяснения! Какого хрена ты забрал меня от Александра?! И что вообще ты делаешь тут? Разве вчера я тебе не ясно сказала? Наигралась!
– А вот теперь слушай сюда, истеричка, – процедил я и получил по лицу какой-то тряпкой. Но, сжав кулаки, быстро сократил расстояние между нами и перехватил ее руки, уже готовые бросить в меня очередную вещь. – Ни хрена ты не устала, ни хрена не надоел. Врешь! Тебе стало обидно, вот все. Ты даже не выслушала меня! А я, как идиот, бегал за тобой по всему городу, чтобы спасти тебя. Это тебе ни о чем не говорит, больная дура? Но ты моя гребаная дура! Блин, Милана я хочу быть с тобой! Понимаешь? К черту все, буквально все. Я хочу, чтобы ты была со мной по-человечески! Ты нужна мне! Необходима! С силой тряхнул ее, а она потрясенно смотрела на меня, моргая.