Паутина любви...

Anyuta

– Эй, ты, вставай и отваливай отсюда. – Я шлепнул девушку по голой попе, и она открыла глаза, видимо, ощущая тот же эффект, что и я, от бурной ночи.

– Чего? – прохрипела она.

– Не расслышала? Вставай и сваливай отсюда, – повторил я и поднялся с постели, собирая с пола свою разбросанную одежду. Девушка начала ругаться, обзывая меня нецензурными словами, а я, не слушая ее, прошел в ванную. Не трогает. Ни капли. Прохладные струи помогли расслабить затекшие мышцы, в голове немного прояснилось. Когда, обновленный и готовый «творить», вышел из ванной заметил, что девушки нет, только мой телефон с разбитым экраном валяется на полу. Истеричка. Ничего не меняется в этой жизни. Я не обещал жениться на незнакомой девке, только секс. И

даже его сейчас не помнил. Я протопал в гостиную. В нос ударил запах глазуньи и жареного бекона.

– Доброе утро, алкоголик, – рассмеялся Роман, стоящий в фартуке у плиты.

– Как сказать… – я подошел к стеклянному столу и сел на стул.

– О, какие люди проснулись, – протянул зашедший в одних боксерах «вырви глаз» Максим.

– Ты что тут делаешь? Своей квартиры нет или твоя шлюшка выставила тебя? – поддел я его.

– Тащили тебя вчера полуживого с твоей шлюшкой, чтобы ты трахнул ее, потому что уже в машине начал раздевать ее, – тем же ответил он и сел рядом. – Ты должен быть мне благодарен, сученыш.

– И по какому поводу так надрался? – спросил Рома и поставил передо мной воду и флакон с обезболивающим.

– Захотелось создать проблем одному мудаку в трусах «Спанч Боба», – буркнув, я бросил взгляд на Максима и запил две спасительные таблетки.

– Думаю, обмен утренними любезностями можно считать закрытым. А теперь рассказывай, что вчера было? – с интересом придвинулся ближе Максим, намекая на семейный ужин.

– Ничего, я извинился, – пожал я плечами, не желая открывать все, потому что сейчас мог выдать не ту информацию, которую следовало бы знать всем.

– А она? – допытывался друг.

– Сказала, что уже давно забыла и переросла, – безразлично ответил я.

– Но ты не поверил? – Рома, расставив перед нами тарелки с едой, сел рядом.

– Нет, – сжал я губы. – Если она приехала, чтобы снова расстроить отношения своего отца и мамы, я прибью ее.

– И какая она? Такой же оловянный солдатик, как и раньше? – задал вопрос Максим отрезая кусок бекона.

– Влюбленный оловянный солдатик, так точнее, – рассмеялся Рома.

– Ничего особенного, только волосы и сиськи отросли, – усмехнулся я.

– На это будет интересно посмотреть, – подмигнул Рома.

– Она же росла на наших глазах, а самое важное мы не узрели. Обидно.

– Посмотрите, мне надо ее забрать и отвезти в салон, – сказал я, отпив апельсиновый сок.

– Ну, расскажи еще, как она себя вела? Ведь в последнюю встречу она склеила тебе рот суперклеем, пока ты спал, а затем уехала к матери, – заржал Максим.

– Как любящая сестра, обняла меня даже…

– Что она сделала? – поперхнулся Рома.

– Обняла, – повторил я.

– Ни хрена себе ничего особенного. Она ненавидела тебя с той ночи, а тут вдруг обняла? – недоверчиво произнес Роман.

– Да я тоже офигел, – признался я, вспоминая ее аромат, окутавший меня в тот момент. Теплые руки, погладившие мою спину, и открытую улыбку пухлых губ. – Но я ей не верю.

– Будет весело. Все как в старые добрые времена. Стас прилетит завтра, я с ним говорил вчера, у него последние съемки. Алекс сказал, что постарается побыстрее закончить с делами и за старшую оставит в вашем офисе Жанну. Вся компания в сборе, – довольно сказал Рома, а Макс поднял руку, по которой ударил друг, дав пять.

– Который сейчас час? – спросил я. Посмотрев на полную тарелку еды, ощутил отвращение ко всему вокруг себя.

– Половина второго, – ответил Макс.

– Блин, мне в два часа надо за этой принцессой заехать, – недовольно протянул я и встал. Ребята дружно засмеялись, а я закатил глаза и пошел переодеваться. Натянув белую майку и черные джинсы, засунул разбитый телефон в задний карман. Подхватив документы от машины и кошелек, вышел, встретившись с парнями в холле. Мы подъехали к дому в начале третьего. Но я нарочно медленно парковался, затем неохотно вышел из машины, пока парни

обсуждали Милану. Сжав губы от недовольства ситуации, в которую попал, я открыл парадную дверь и остолбенел. В доме грохотала музыка, и шла она из гостиной. Мы удивленно переглянулись и пошли на звук. То, что я увидел, повергло меня в еще большее недоумение. В гостиной под звуки ламбады выплясывала Милана в коротких шортах и топе. Я знал, что она мечтала стать балериной, но неожиданно передумала и поступила на медицинский. Но ни разу не видел, как она танцует. Эта девочка всегда стояла в сторонке и краснела, когда Стас пытался вытащить ее на танцпол. А сейчас мне представилась возможность лицезреть этот номер. Длинные загорелые ноги двигались в ритм, бедра как будто жили своей жизнью, выделывая точные и соблазнительные движения. Распущенные русые волосы развевались на ветру от быстрых поворотов. Никакого стеснения, робости и оловянного солдатика. Сейчас перед нами была завсегдатая клубов и вечеринок, девушка, полная сексуального магнетизма, с великолепной подтянутой фигурой. Она не замечала нас и продолжала танцевать, а мы рассматривали ее как нечто невообразимое. Я заморгал, чтобы сбросить наваждение. Каждое движение отзывалось внутри, заставляя подчиниться животному инстинкту. На это дело я всегда был слаб, любил женское тело, как и любил наслаждение, которое можно получить от него. И сейчас реагировал как самец, и не более того. Соврал парням. Милана изменилась больше, чем я мог представить. Было бы проще запудрить ей мозги, как и пять лет назад, и узнать, что заставило ее приехать намного раньше остальных. Но передо мной вчера предстала девушка с женственными формами, яркими глазами неизвестного мне оттенка глубин океана. А главное, она стала уверенной, не краснеющей при моем появлении и не облизывающей губы от возбужденного состояния, если я рассказывал непристойности и истории о своих похождениях. Незнакомка, которую я когда-то специально обидел, сейчас заставляла меня улыбнуться и пофантазировать. Видимо, секс прошлой ночью был ужасным, потому что сейчас я был готов забыть о своих намерениях и поиграть в игру забытых лет. Она повернулась в нашу сторону, продолжая танцевать, пока наши глаза не встретились. На секунду ее лицо замерло в удивлении, как и тело, но затем она, широко улыбнувшись, смахнула с лица непослушные пряди и, подбежав к проигрывателю, выключила музыку.

– Господи, вы меня напугали, парни, – рассмеялась она, прижимая руку к быстро вздымающейся груди.

– Привет, малышка Милана, – первым из нас очнулся Рома.

– Привет, Рома, Макс, Антон. Только сейчас я заметил, что она была босиком, и аккуратные маленькие пальчики, покрытые красным лаком, завели меня еще сильней. Да что за ерунда?!

– Ты должна быть готова к двум, – напомнил я, сжав зубы и разозлившись на себя за такую реакцию на какие-то пальцы. Фетишист хренов! Завелся из-за алого лака! Придурок! Совсем постарел!

– Прости, – тихо сказала она, опустив глаза так, что мне захотелось погладить ее по волосам и сказать, что это я идиот.

– Собирайся, мы подождем. – Я немного смягчил голос. Милана подняла голову и радостно улыбнулась.

– Я мигом, не злись, братик. – Она подскочила ко мне и чмокнула в щеку. Этого я не ожидал и даже немного подался назад, когда ее мягкие губы коснулись моей кожи, а руки легли на плечи. И Милана быстро упорхнула, оставляя нас в шоке.

– Ничего особенного? – восхищенно прошептал Рома, поворачиваясь ко мне.

– Да… малышка Милана изменилась, да еще как. Я бы не прочь с ней… – Макс сделал движение бедрами, за что получил от меня по плечу.

– То, что мы увидели, было очень круто. И я уверен, эта девочка не написала бы то идиотское любовное письмо и вообще такого, как ты, не заметила бы, – усмехнулся Рома.

– Да, точно, – рассмеялся Макс и толкнул меня по-дружески.

– Она не клюнет на такого засранца, как ты. Ей нужен примерный принц, а не алкоголик со стажем. Малышка выросла, а ты постарел.