Паутина
Шрифт:
– Тихо ты. Чего орешь? – прошипел на бармена Нельсон.
А Зубок добавил, оскалившись, словно собирался тяпнуть бармена:
– Закрой свой хавальник. – Он вытянул голову, чтобы получше рассмотреть через лобовое стекло приближающегося к ресторану человека. Потом произнес тихонько с усмешкой: – Гражданин начальник.
– Ну что, будем брать его тут? – спросил Нельсон, но Зубок огрызнулся на это:
– Тебе же ясно сказали, проследить. Узнать сперва велено, где у него нора. Ты думаешь, он то, что нам надо, при себе
Нельсон не хотел уступать.
– Всяко может быть. Может и с собой. Обыскать его бы надо.
Но Зубок твердо стоял на своем. Сказал решительно:
– Вот что, давай, не будем устраивать самодеятельность. Сделаем, как велено. Жопой чую, бабца у него есть. У нее он и торчит. Вот там его и надо брать. Чтоб уже наверняка.
На этот раз Нельсон с Зубом спорить не стал. Они оба замолчали. Мент шел по тротуару рядом с «девяткой». Мог услышать возбужденные голоса и обратить внимание. А выдавать сейчас себя, им нельзя.
Они видели, мент подошел к дверям ресторана, но не вошел сразу, остановился возле «мерса», сделал вид, будто прикуривает, а сам взглянул на номер. Тот ли. Убедившись, что не ошибся, он не торопясь вошел в ресторан. Теперь надо было глянуть на публику. Его интересовал толстяк Пузо, про которого ему говорил бармен.
Прошло порядком полчаса, а мент все еще был в ресторане. И Аська занервничал.
– Вот гад! Сидит там, пьет, жрет. А у меня кишки наизнанок выворачивает, – сказал Аська, чтобы как-то разбавить томительное молчание.
Но Зубок отреагировал на это неприятным замечанием:
– Ты лучше беспокойся, чтоб они у тебя наружу не вылезли. Понял?
И Аська решил попридержать язык. Раз все молчат, ему что, больше надо? А этот Зубок ему не понравился. И даже не тем, что грубый. Опасный он какой-то. Такому убить, раз плюнуть. И лучше бы вообще никогда не встречаться с ним. И не встретился бы, если б не Пузо.
Из машины они видели зал ресторана. Мент сидел рядом с окном и сквозь опущенную тюль искоса наблюдал за «Мерседесом». Он ждал.
– Пойду, зайду, – кивнул Нельсон на ресторан, и, поймав на себе вопросительный взгляд Зубка, добавил: – Посмотрю на него поближе.
Чтоб в харю получше запомнить.
Зубок на это пожал плечами и ничего не ответил. Ему и отсюда было неплохо видно харю ментовскую. И зачем Нельсону светиться там?
– Иди. Только особенно не светись перед его рожей. Он ведь опер.
Но войти в двери парадного крыльца Нельсон не успел. Как из-под земли вдруг появился «жигуленок» ДПС, лихо тормознув возле новенького «Мерседеса». У гаишников своя любовь к иномаркам.
Нельсон немного поступил неосмотрительно, когда подогнал «Мерседес» за знак – стоянка запрещена. Забыл про бдительное око ДПС.
Рослый гаишник в жилете настроен был решительно по отношению к наглецу. Он не спеша, осмотрел «мерс» снаружи, потом уперевшись руками в левое заднее
Перед этим из зала вышли несколько парней. Но Федор не заметил, кто подошел к иномарке, хотя очень хотелось запечатлеть в своей памяти хозяина роскошной машины. Но не уйдешь, не расплатившись, и Федор подозвал официанта с хитрым вороватым взглядом.
В окно он видел как от подъезда ресторана к «Мерседесу» подошел человек, что-то сказал гаишнику, а тот указал ему жезлом на знак. Но тут же они поладили. На этот раз блюститель порядка не был таким уж строгим. Проверил документы, и не отказался от предложенных денег, которые тут же положил в карман куртки, после чего великодушно отпустил наглеца, приказав ему переставить иномарку на обочину проезжей части, чтоб не нарушать порядок.
Нельсон сел за руль.
– Неужели это Пузо? И он, кажется, собирается уезжать…
Федор выскочил в тот самый момент, когда «Мерседес» поехал. Получилось не так, как он ожидал. Не удалось ему рассмотреть хозяина иномарки. Столько здесь проторчать и не увидеть Пузо в лицо…
Сидящий на заднем сиденье «девятки» Зубок, самодовольно хмыкнул. Пока его все устраивало. С самого начала обговаривался такой вариант, чтобы Нельсон уехал. Тогда менту ничего другого не останется, как вернуться к своему убежищу. И вот тут-то понадобились двое молодых: Шнырь и Аська.
– Сейчас вы поедите за ним, – сказал Зубок бармену со Шнырем, – Проследите. И смотрите, не потеряйте мента. Головы поотрываю. – Пригрозил он, недружелюбно глянув на молодых помощников, потом добавил: – А я пока пойду, пожру, – и вылез из машины.
Шнырь скроил недовольную рожу, но вслух ничего не осмелился сказать Зубку. Ленчик Пузо велел во всем слушаться его. Но когда Зубок ушел, он не выдержал:
– Видал? Он будет жрать, а мы должны этого опера пасти. Как тебе?
– А ты слышал, чего он мне про кишки сказал? – в свою очередь пожаловался Аська и опять вздохнул, только на этот раз с облегчением, потому что этот ублюдок больше не пялился ему в затылок. – Ладно, Шнырь. Поехали. Нам теперь главное его не потерять, – кивнул он на уходившего Федора.
Тот уже подошел к остановке, но не стал ждать автобуса. Поднял руку, и возле него тут же остановилась белая «Волга» такси.
– Не потеряем, – пообещал Шнырь, прибавляя газу. – На такой каракатице, – сказал он про «Волгу», – он от нас не уйдет. – На всякий случай он запомнил номер той машины, в которую сел Туманов.
Шнырь не обманул. Минут через двадцать с небольшим белая «Волга» остановилась на Васильевской улице.
Как и в прошлые разы, из-за осторожности Федор не стал подъезжать к дому, где жила Даша. Остановился возле автобусной остановки, и дальше пошел пешком. Тем более идти тут недалеко.